потому что почувствовал себя укутанным Тьмой, несущей его куда-то в бесконечность.
Когда он очнулся, в памяти не осталось ничего, кроме этой ослепительной вспышки. А рядом лежал полупрозрачный камень цвета красного солнца, и от него исходило мягкое свечение. Нур автоматически положил его в карман, и вот только сейчас вспомнил об этом. Видимо, загадочный камень и стал причиной невидимости.
— Что ты такое? — пробормотал мальчик, крутя находку в руках.
В тот же миг перед глазами возникли полыхающие костры в форме круга, внутри которого словно порхали две бабочки. Нур ошеломленно замотал головой, и видение пропало.
Только спустя неделю он понял, что ему показали. Когда, в очередной раз проследовав за старейшиной, увидел костры, внутри которых находились две беременные фирхаши с близкими, а снаружи выстроились все старейшины. Нур и сам не знал, что именно его толкнуло прыгнуть через костры и присоединиться к находящимся в кругу. Он знал, что таким образом однозначно вписывает себя в их судьбы, но понятия не имел, для чего так сделал. И как только опустился на траву, почти впритык к обжигающему пламени, его вдруг плотной пеленой окружили яркие бабочки. Их крошечные крылышки умудрились поднять такую воздушную волну, что языки костра отклонились в сторону. Приглядевшись, Нур вдруг понял, что это не бабочки — это фирхаши. Крылатые фирхаши, которых раньше он никогда не видел. Мальчишка зажмурился и для верности потер глаза кулаками. Бабочки-фирхаши исчезли, будто их и не было.
— Я схожу с ума? — испуганно прошептал Нур в пустоту.
А потом заметил, что две бабочки-фирхаши остались, и они сидят в траве, безотрывно глядя на него. Над их головами вдруг возникла светящаяся корона, огромная — она могла бы укрыть обеих. Потом стала уменьшаться и, зависнув на мгновение, опустилась на голову одной из них. Тут же обе крылатые фирхаши пропали, а с поляны донеслись крики новорожденных.
— Мы показали тебе твой возможный путь, — раздалось прямо в голове Нура. — Какой ты сделаешь вывод, зависит только от тебя.
— Кто вы? — мальчик отвечал вслух, все равно в шуме, поднявшемся вокруг, никто его не услышит. — Я ничего не понял. Какой путь?
— Думай сам.
Голос исчез, и Нур даже не мог бы уверенно сказать, что он вообще был на самом деле. Зато мальчик четко услышал перешептывание старейшин.
— Их действительно четверо. Я видел дочек Тамилы, они родились только что.
— Как мы узнаем, что осколки действительно соединились с ними?
— Я попробую увидеть.
— Но они точно избранные!
— Пятилуние…
— Все четверо в один день…
— Надо забрать детей Тамилы…
— Как вы это себе представляете? У нас нет такой силы!
— Мы даже выйти за пределы купола не можем!
— Отправим к ней гонца для начала.
— Кого?
В этот момент костер полыхнул с такой силой, что Нур отшатнулся и не услышал ответа на последний вопрос.
* * *
Ро осторожно взял плачущую Лу из кроватки на руки и легко покачал.
— Она совсем крошка! — почему-то шепотом сказал он жене. — Я боюсь ей что-нибудь повредить.
— Не такая уж она и хрупкая, — улыбнулась Ниэ и протянула руки. — Она есть просит, отдавай!
Мужчина передал дочку матери, сел рядом и с задумчивой улыбкой стал наблюдать за тем, как Ниэ кормит малышку.
— Что за разговоры об избранности Лу и Эри? — спросила Ниэ.
Ро пожал плечами:
— Наши старейшины давно ищут пути возврата магии. Что-то теперь новое им почудилось.
— Мне не нравится, как они смотрят на нас.
— Перестань, мы с ними — не враги.
— Но ведь зачем-то им понадобилась наша девочка? — Ниэ невольно прижала малышку к себе крепче, а та недовольно заворчала, не выпуская грудь изо рта.
— Если тебя это успокоит, давай я схожу к старейшинам и расспрошу их.
— Ро, я боюсь, — прошептала Ниэ, глядя на мужа.
Тот подсел ближе и осторожно обнял жену, стараясь не потревожить Лу.
— Расскажи!
Ниэ вздохнула.
— Я не знаю, что рассказывать. Мне просто страшно. Я так чувствую.
— Все решения старейшины принимают только по согласованию со всеми нами, — напомнил Ро. — Тем более, те, что касаются всего нашего мира. Тут им и мнение жрецов придется учитывать.
— Дэсмишу, по-моему, сейчас вообще до нас дела нет.
Ро кивнул:
— Он ищет Тамилу.
— Ох, даже не представляю, каково ей сейчас, — поежилась Ниэ. — Потерять сразу обеих своих малышек…
— Это дела жрецов, — отмахнулся мужчина, — сами разберутся. Не вздумай еще и по этому поводу переживать!
— Мне вот интересно, — вдруг протянула она. — А как вообще до нас доходит эта информация? Вряд ли Дэсмиш забежал к старейшинам на чашечку чая и поделился своими проблемами.
Ро озадаченно взглянул на жену.
— Я даже не задумывался об этом. Но ты права. Действительно, как?
* * *
Нур забрел как можно дальше от жилья фирхаши и взгромоздился на высокое одиночное дерево, к которому не получилось бы подойти незаметно. Усевшись на толстой ветке, мальчик оперся спиной о ствол и вытащил из кармана осколок солнечного луча — так он назвал свою находку. Густая крона дерева создавала вокруг Нура легкую полутень, но камень все равно светился.
— Поговори со мной! — попросил мальчик, устроив таинственную вещь у себя на коленях.
Камень никак не отозвался.
— Это ты делаешь меня невидимым? Но как? Нужно сказать какие-то слова? Подумать? А может, ты вернешь мне древнюю способность всех фирхаши?
Тишина.
— Ты просто связываешь меня с кем-то могущественным? — продолжал попытки Нур. — Зачем ты пришел ко мне?
Равнодушное сияние в ответ.
— Может, ты имеешь отношение к Лу и Эри?
По полупрозрачной поверхности пробежали яркие искры. Нур встрепенулся.
— Значит, и правда девчонки не просты?
Искры пропали. Но Нур задумался, продолжая разглядывать камень. Провел пальцем по прохладной поверхности.
— Наверное, и я для чего-то нужен тебе, раз ты ко мне пришел.
Он словно размышлял вслух, пытаясь нащупать истину.
— Это ты дал мне подслушать старейшин и спрятал от них. Ты отправил в огненный круг. А потом показал крылатых фирхаши. Но среди нас не осталось крылатых. Даже Самая Древняя без крыльев, и она не хочет рассказывать, куда они делись. И что это был за свет, который почти напал на меня?
— Нам нравится, что ты любознателен и целенаправлен, — наконец, прозвучало в его голове, а Нур и ждал именно этого. — Мы добавили тебе энергии и дали то, что будет подпитывать. Но сможешь ли ты стать тем, кто вернет фирхаши потерянное, мы не знаем. Все будет зависеть от тебя.
— Кто вы?
— Это неважно. Однажды ты встанешь перед важным и очень сложным выбором: между твоей и чужой жизнью.
— Я должен
