Вот теперь я понимаю, что такое Проклятые Земли на самом деле. До долины Семи Перевалов мы вообще как по парку шли, пускай и сильно запущенному. А я все думал, чего все этих земель так боятся? А по эту сторону все сразу стало более чем понятно. Каждую ночь нас теперь кто-то обязательно будит. Эльфийки, вон, даже ночные дежурства поделили, хотя и очень не любят этого дела, особенно светлая – от меня, Нарина и Зары, не обладающих магическим даром, в этом смысле не было никакого толку. Я, бывало, оставался на пару часов с Эль или Ларой, чтоб поддержать компанию, так видел, как одна вдруг выпускала в темноту стрелу, а другая огненный шар. А вой подтверждал, что выстрел был не напрасным.
Во время одного из таких дежурств я порасспрашивал темную про огненные шары. Почему они у нее почти не светятся в темноте? Только при попадании во что-то бывает вспышка, да и то яркость больше от горючести мишени зависит. А вот те шарики, что они с Эль развешивали над столом, светили очень даже неплохо, почти как электролампочки на сотню ватт каждая. Для начала эльфийка объяснила, что боевые огненные и бытовые осветительные шары – это две совершенно разные вещи. Я, конечно, согласился, оправдываясь тем, что, разумеется, мне это известно, просто привел как пример разной яркости свечения.
– Так и огненные шары бывают очень разной яркости, – объясняет Лара, – особенно у неопытных магов.
И для примера запустила в сторону стоящей недалеко от нас и чернеющей на фоне темного неба скалы очень яркий шарик, а взрыв был вообще ослепительным – фейерверк в чистом виде.
– Опытные же маги учатся экономить далеко не безграничную магическую энергию и не расходовать ее на красивое, но бесполезное свечение боевого заклятия. Иногда, конечно, бывает нужно и ослепить, но этому тоже учатся.
Потом эльфийка неуверенно попыталась объяснить, что такое спектр. Ее неуверенность заключалась в том, что она сомневалась, а пойму ли я эти объяснения. Но тут уже я прочел ей лекцию о свойствах света, то, что помнил из школьной физики, а помнил немало, так как учился еще во времена СССР, и про спектр, и про длину волны, и про ультрафиолет с инфракрасным излучением, которых люди не видят. А эльфы? Эльфы, оказывается, тоже не видят, но самый краешек и того и другого способны различить, а вот маги, при желании, видят в любом спектре. Один из способов ночного зрения в этом, кстати, и заключается.
– И на какую дальность ты можешь запустить свой огненный шар?
– Локтей на сто, это почти предел для большинства боевых магов, а многие обычно предпочитают атаковать с меньшего расстояния.
– А для других боевых заклинаний?
– То же самое, для многих, где идет прямое магическое воздействие, меньше.
– А шар, значит, не прямое?
– Им я могу управлять локтей до сорока, а потом он полетит уже сам по себе, причем медленно, так что любой сможет уклониться.
Вот так, беседуя у ночного костра вроде как ни о чем, можно узнать много нового об этом мире, и риска вызвать подозрения незнанием элементарных вещей тоже никакого, потому как просто для поддержания беседы болтаю. А сведения, сообщенные темной, совпадают с моими собственными наблюдениями, сликовники тоже подъехали к нам ближе пятидесятиметрового расстояния, прежде чем начать магические атаки.
На зеленых орков наткнулись совершенно неожиданно. Идем себе по уцелевшему участку дороги, радуемся, что не нужно продираться через заросли или лезть через нагромождения камней. Слишком уж мы перегружены, чтоб пренебрегать хоть какими-то дорогами, а тут почти автострада. Еще у таких участков дорог есть одна полезная черта, их нечисть почему-то недолюбливает. Так вот, шли, радовались, в том числе и тому, что этой самой нечисти вокруг не ощущается, и вдруг за поворотом, на большой поляне возле дороги, отдыхающая толпа зеленых. Странно они как-то отдыхают, костров не жгут, песен не орут и ведут себя так, как будто совсем не дикари. Но даже, несмотря на это, непонятно, как мы их проморгали? Я-то ладно, но вот ушастые, да и Дрейк тоже хорош – сумки, видите ли, тяжелые и по сторонам смотреть и слушать уже не надо.
Эледриэль. Светлая эльфийка
Ну вот и все. Орков в отряде больше двух сотен, и у нас нет никаких шансов. Ва’Дима вызвали на поединок, и ничего уже нельзя изменить. Глупый обычай, очень глупый, но орки его придерживаются. Когда встречаются два отряда, один воин из первого может вызвать любого воина из второго. Дерутся насмерть без правил, потом отряды расходятся без всяких претензий и последствий для остальных членов. Вот я и говорю, что глупый обычай, бой без причин и выгоды, даже оружие побежденного не достается победителю. И нельзя ни откупиться, ни выставить замену, даже любой намек на это приведет к бою на истребление. И Ва’Дим явно боится, оно и понятно, перестрелки на большом расстоянии не предвидится, а ни магией, ни толком мечом он не владеет. Можно сказать, что обречен, и сам это прекрасно понимает.
– Какие правила? – спрашивает он у нас.
– Никаких, можно все, – мрачно отвечает гном.
– Совсем никаких? – зачем-то уточняет человек.
– Совсем.
Странно, услышав об отсутствии правил, он вместо того, чтоб испугаться еще больше, наоборот, приободрился. И в глазах вместо обреченности появился какой-то снисходительный интерес вперемешку с сожалением или даже жалостью. Жалость к собирающемуся убить тебя без причины врагу – непонятно.
Так бы сразу и сказали, что правил никаких, а то заладили – поединок, поединок. Смотрю на здоровенного зеленого орка, одетого в широкие штаны из, возможно, даже шелковой ткани, которая когда-то была малинового цвета, и кожаную жилетку, размахивающего кривым мечом, и жду, когда он закончит выпендриваться. Пускай правил и никаких, но приличия стоит соблюсти. Ну вот и все, танцы с бубнами закончены, предлагает мне нападать. Пожимаю плечами, стреляю, жду, пока упадет, и поворачиваюсь к оркам спиной. Все! Было еще желание с учетом расцветки штанов «Ку!» сказать, но воздержался, все равно юмора никто не поймет.
Всегда хотел так сделать. Как фильм про Индиану Джонса увидел, с тех пор и хотел. На мой взгляд, это был самый лучший поединок за всю историю Голливуда. Жду, пока закончится тишина, потом жду, пока закончится шум. Я, конечно, понимал, что одной пули девяти миллиметров может не хватить, чтоб завалить огромного орка. Но, с одной стороны, надеялся на ее останавливающий эффект даже при несмертельных ранениях. С другой, изображая равнодушие, на самом деле был готов в любой момент опять развернуться. Не понадобилось. А теперь можно и поворачиваться, посмотреть – что там? Уже ничего: ни тела, ни оружия. Не понял, а трофеи мне что, не светят? Как оказалось, точно. Тут я с обеими эльфийками согласен, глупый обычай, но оркам об этом говорить не надо. Кстати, об обычаях. Теперь, когда поединок закончен и другие конфликты между нашими группами не только не предусмотрены, но и строго запрещены (не такой уж он и глупый, этот обычай, все это эльфийские предрассудки), можно и познакомиться.
