— Ха-ха, — зашлась девушка с другого бока. — Вот из-за таких высказываний тебя и дразнят, сестричка.
Та даже не обратила внимания. Похоже, ей действительно часто доставалось.
— Не ждите от нас какого-то анализа. Думаю, будь вы хоть простым человеком, мы бы так же насладились и так же ничего не поняли бы. Кровь дурманит и питает. Ведь даже у пустышек есть оргон. У многих колдуний его лишь чуть больше. Просто пользоваться умеют. У музыканта ведь столько же пальцев. Не потому он играет на лиаре, а вы нет.
— А я могу! — взвилась другая девушка. — Даже простую мелодию наиграть не могут. А я могу! У меня в замке лиара работы самого Тара! Знаешь, какой звук?!
— С уверенностью можно сказать только то, что это кровь взрослого мужчины.
— Не-а! Не можешь. Так только кажется из-за потной шеи этого кабана. Пили бы мы с тобой из хрустальных бокалов, как тогда, на балу, и ничегошеньки бы ты не могла утверждать.
— Спорим?
— Спорим.
Опять ничего. А Ингвар рассчитывал на экспертное мнение.
Когда они уставали от вылизывания шеи или от препирательств друг с дружкой, Нинсон задавал очередной вопрос о своём местонахождении, об острове. Он отчётливо проговорил им каждое название. Лесные тени не знали таких.
Великан всё ещё пытался уместить в свою голову понимание того, что этих названий могло вовсе не существовать. Как и родившегося там Ингвара Нинсона.
Тогда он принялся выспрашивать о другом месте.
Призрак фамильяра повёл ушами и сощурил янтарные глаза, услышав название знакомого Омеласа, родного города Ингвара, где Уголёк не бывал, но о котором слышал много историй, рассказанных Великаном самому себе. Призрак фамильяра в облике кота бродил по обнажённым девичьим телам. Без смущения обнюхивал маленькие юные голые пупки. Трогал мягкой лапкой.
Но девушки никогда не слышали ни про Омелас, ни про его окрестности. Великан подумал, что вот оно, то поколение, появление которого пророчили университетские менторы. В лучшем случае знающее лишь то, что спрашивают на экзамене на Валькнут, и ничего сверх необходимого.
Клан Шелли был невелик, а замок был, скорее, старой доброй крепостью, чем современным дворцом, какие в чести у нынешней знати. Весь род Шелли состоял из отца семейства, Конрада Шелли. Баронессы, прекрасной во всех отношениях женщины, Иоанны Шелли. И четырёх отпрысков. Городок Нэйсворт стоял на реке Нея, принадлежал барону. Хоть негодяй Финн, чьи владения начинались сразу за межой, и оспаривал этот очевидный и несомненный факт.
Но ни одно из этих имён не отозвалось в памяти лесных теней.
В то, что такого богатого и влиятельного человека, как барон Шелли, могло не существовать, Ингвару верилось с большим трудом, чем в то, что не существовало его самого, маленького человечка, сказочника Ингвара Нинсона. Обыкновенно в собственном существовании сомневались в последнюю очередь. Ингвар же в последнюю очередь сомневался в существовании кряжистой крепости и почтенного Конрада Шелли.
Великан почти ничего не знал о той местности, куда попал. Он, конечно, слышал о расположенном на юго-востоке материке Тэйн. Но все знания сводились к тому, что земли эти лежали невообразимо далеко, за глубокой водой, полной кракенов и левиафанов. Даже названий здешних секторов он не знал, что уж говорить о княжеских гербах или окрестных гейсах.
Получив ответы, Ингвар и вовсе перестал понимать, куда двигаться дальше. Так часто бывает, когда задаёшь неправильные вопросы.
Шанс добраться до знакомых мест был мал даже при наличии собственного корабля и команды. Даже при наличии денег на толкового капитана, провизии для многомесячного плавания и амулета Ноя.
Оставались только уж совсем фантастические варианты перемещения домой.
Ковен или Конклав?
Их корабли реже пропадали без вести и реже подвергались нападениям большезубов и мохнатых китов.
Порталы?
Имея ключ, можно было попасть в любое место. По слухам.
Драконы?
Этот вариант был столь же маловероятен, сколь и универсален.
Нинсон с самого детства рассматривал его в череде возможных вариантов решения любой проблемы.
Малой ценой убедиться в существовании на материке барона Шелли не получится. Даже если отыскать торговца со столь далёким маршрутом. Сколько будет стоить такая услуга? А главное, как получить обратную весточку?
Так далеко от родины нельзя было ни найти общих знакомых, ни послать письмо с оказией. Да и кому посылать? Родственников нет. Друзей? С одной стороны, много. А с другой стороны, среди них вряд ли кто-то готов будет заплатить хотя бы марку за его возвращение.
А семейство барона?
Конрад Шелли достойнейший человек. Иоанна Шелли прекрасно относится к Ингвару. Дети души в нём не чают. Но выкупать слугу с другого конца света они не станут. Даже верного слугу.
Придётся ковать оказии самому.
— Хорошо, что я с вами встретился. А то пошёл бы не в ту сторону. Лучше отправлюсь к ближайшему городу. Бэгшот, да? На пару дней сил ещё хватит. А в городе уж будь что будет. Главное — пожрать.
— Главное — пожрать, — одобрила такой подход одна из сестричек и плотоядно облизала губы окровавленным языком.
— Знаете, Таро, может быть, вы взяли верное направление.
— В каком смысле?
— В смысле, иначе мы не пожрали бы, чего непонятного?! — загоготала лесная тень.
Младшая продолжала:
— Там километрах в десяти будет Навье озеро. Сильное место с дурной славой. Деревенские его побаиваются, приходят только в праздники, когда пьяные и гурьбой. Обычно там никого.
— И зачем мне туда?
— Вчера туда проехал человек. Старик на старой лошади.
— А, да, точняк. Было такое. Мы не знаем, чего он туда попёрся. Старик и озеро.
— Родная моя, мы же видели у него удочки. Как думаешь, зачем человек с удочками ехал на озеро?
— Рыбачить, что ли? А Таро он зачем нужен? Рыбы пожрать? Ему тридцать километров крюк. Пусть лучше сразу чешет в город, да там и пожрёт.
— Твоя сестра предлагает мне отнять у старика лошадь. Может быть, я так и сделаю.
— Вряд ли вы ухудшите себе репутацию, — усмехнулась лесная тень.
— Только старикана притопить не забудь. А то репутацию, ладно. Но на листовках нет описания твоей внешности, колдун. Хочешь, чтобы появилась? Если нет, то послушай меня — притопи старикана.
Глава 54 Уровень Сложности
Глава 54
Уровень Сложности
Ингвар вспомнил, что ничего не спросил про преследовательницу.
Он простился с лесными тенями только пятнадцать минут назад. Сестры ещё не ушли далеко. Он закричал, забыв, что отряд Красных Волков может быть поблизости:
— Барышни!
Нет ответа.
Значит, сделать ещё один глоток из тыквы-горлянки и продолжить путь. Ингвар пытался вообразить предстоящий диалог. Ничего не приходило в голову. Надо было определиться с одним из трёх вариантов.
Будет он уговаривать отдать лошадь.
Или попробует украсть её.
Или отобрать силой.
Нинсон плавно перешёл к вопросу, готов ли он убить ни в чём не повинного рыбака ради того, чтобы отобрать то, что необходимо ему самому. Жизнь Иггуля он легко обменял на свою.
Во-первых, Иггуль был подонком.
Во-вторых, кто-то из них всё равно должен был остаться в земле.
Во всяком случае, тогда, хлеща друг друга ножами под раскатами грома и всполохами молний, они вряд ли могли бы договориться разойтись миром.
Здесь же никто не должен умирать.
Здесь можно просто не встречаться.
Так, ладно, а как бы действовал Таро Тайрэн?
Если бы он не думал о себе, как об Ингваре Нинсоне, которого лишь незнакомцы в неоправданно затянутых диалогах называют Таро, а на самом деле считал себя легендарным колдуном. Как бы он действовал?
Очевидно — колдовал бы.
Это не подходит. Ставку на колдовство лучше не делать.
Ладно, а как бы он действовал, если бы был Таро Тайрэном, но лишенным возможности колдовать?
