Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 121
«Я смогла. Я победила. Я избранна!» – молотами билось в голове Алиедоры.
«Мама. Там же мама…» – где-то глубоко-глубоко и совсем слабо, заглушаемое яростным грохотом победной стали.
– Я твоя настоящая мать! – яростно зашипела Тьма.
– А я – отец! – поддержал и высунувшийся из облаков Дракон. – А тут – только те, кто породил твоё тело.
Но тело легко сменить. Для мудрой, для избранной нет ничего невозможного.
…Поток многоножек растекался всё шире. Кто мог – бежал, кто не мог – того настигали и в считаные мгновения обращали в дочиста обглоданный костяк.
Братья и сёстры…
Подружки…
Нет, это же просто слова. Для тебя, избранная, это бессмысленный набор звуков. Ты спасла себя и поклоняющихся тебе…
«Я спасла?» – удивилась Алиедора.
– Конечно, – ответила Тьма. – Без тебя их бы перебили. Ну или разорвали в клочья те, кого ты вызвала. Они обязаны тебе жизнями. И должны служить теперь – верой и правдой. Веди их, избранная!
Алиедора больше не смотрела на творившееся вокруг. Глаза подняты к небу, где среди мерно сеющих снежок туч извивается, ныряет и вновь появляется Белый Дракон.
– Ты всё правильно сделала… дочурка, – сказала Тьма.
– Конечно, – поддержал её Дракон. – Всё правильно. Они должны уйти с твоего пути – тебе шагать дальше, а им… им отправляться ко Мне.
* * *
Алиедора медленно брела по двору замка Венти, пинками отбрасывая оказавшихся на дороге дохлых многоножек. Бой кончился, варвары владели крепостью, хотя их и осталась треть от начального числа. Когда, в какой миг твари Гнили набросились на них, когда чуть ослабла воля доньяты, указывавшая им и гнавшая их вперёд, – Алиедора не помнила. Сперва-то она и вовсе решила, что варвары в безопасности от тварей Гнили, они же сродни; и потому настоящим шоком оказалось зрелище молча рухнувшего в жёлтый поток северянина.
Во всяком случае, уцелевшие северяне молча кланялись ей в пояс, и непохоже было, что судьба погибших товарищей их сколько-нибудь опечалила. Они погибли по воле Дракона милостивого, милосердного, и, значит, так надо. Капля Его крови забрала их жизни, послала к Нему по великой дороге, и воину достойно радоваться участи товарища, надеясь при этом, что он сам встретит такой же конец.
Наверное, они так думали. Наверное, они в это верили.
Как же пусто внутри. Ничего не осталось. Она сама выжгла собственный дом. Вызвала многоножек, подчинила себе Гниль. Вот они, защитники, – груды пустых окровавленных доспехов.
Мама. Нянюшка. Сестрички. Братья.
Почему все эти слова потеряли смысл?
«Я не видела, как они умерли. Милосердные Дракон и Темнота скрыли это от меня…»
– Ну почему же, – тут же всплыл холодный ответ. – Забыла, кто ты, капля Моей крови? Ты способна видеть глазами каждого из сотворённых твоей волей существ. Стоит только захотеть.
«Нет, я не хочу!» – беззвучно закричала Алиедора, но было поздно.
…Мама – она отбивалась как могла, подхватив чей-то клинок, и всё кричала, кричала, до самого конца: «Убейте ведьму!»
Убейте ведьму.
– А ведь она тебя узнала, – прошептала на ухо Тьма.
«Почему?» – простонала Алиедора, корчась от боли так, словно её саму раздирали сейчас бесчисленные крючковатые челюсти многоножек.
– Как может мать не узнать собственное дитя, взглянув ей в глаза? Пусть даже ребёнок грязен и нечёсан, всё равно. Твоя мать хотела твоей смерти.
«Она… она просто защищала других…»
– Именно. В тот миг у неё ещё оставались дети. Одним больше, одним меньше – невелика разница, правда? А ведь ещё и внуки, внучки. Ты – никто и ничто, беглянка, опозоренная, убивавшая, чтобы прокормиться!
«Они начали войну, чтобы только не выдать меня!»
– О, вспомнила? Однако войну начали не они, а король Хабсбрад, решивший, что настал момент поживиться за счёт Долье. Да вот только пирог не по зубам оказался.
«Не хочу ничего слышать!» – простонала Алиедора.
– Не хочешь потому, что это правда.
«Я их всех убила. Убила, потому что хотела жить. Продала их всех – за одну-единственную жизнь, свою собственную!»
Навстречу шагает кор Дарбе. Останавливается за пять шагов, тоже кланяется в пояс. Цепи давно сняты, но есть связывающее их крепче стальных звеньев.
– Капля Его крови теперь едина с Ним. – Варвар не спрашивает, он утверждает, а Алиедора даже не знает, что ответить. Едина? Что это значит? Вот эти голоса, влезшие ей в сознание? Это и есть единение?
Она смотрит в глаза северянину. Смотрит, не опуская взгляда. Впрочем, ей врать не впервой.
– Теперь мы пойдём дальше. – Дарбе поворачивается, смотрит на полдень, куда-то над крепостными стенами, – пойдём за реку, туда, где Мастера Смерти. Переведаемся во славу Дракона великого, величайшего.
Алиедоре всё равно. Хочется лечь, впечатать в щёку щербатый камень замка. Ничего больше, ничего, кроме этого.
И она ложится и чувствует, как край плиты корябает щёку, закрывает глаза – но всё равно видит стоящего рядом Дарбе; северянин с поистине варварским терпением ждёт. Она – Капля Крови, её пути – не для обычных смертных, пусть даже изменённых, пусть даже служащих Дракону великому, величайшему.
Может, кто-то всё-таки спасся? Где-то там, в глубине, в самых нижних переходах замка, в потайных галереях, что ведут к скрытым колодцам, Алиедора чувствует жизнь. Уцелели. Спрятались. Выжили…
– Добей. Докончи дело. Пути обратно быть не должно.
Алиедора лишь крепче прижимается щекой к холодному камню.
– Добей!
«Нет. Пусть будет как есть».
– Тебе выбирать, но ты рассекла не все корни.
Алиедора молчит. Молчит и очень хочет заплакать, но слёз нет и – она знает – больше никогда не будет.
* * *
Байгли Деррано и его отец досмотрели всё действо до самого конца. Конечно, они не могли видеть, что творилось внутри кольца замковых стен, но вот вырвавшийся из ворот грязно-жёлтый поток многоножек разглядели очень даже хорошо. Армия Деркоора в ужасе качнулась назад – тварей Гнили ратники боялись даже больше, чем неуязвимых северных варваров.
Однако клин бестий очень быстро втянулся назад, словно повинуясь чьй-то воле. Байгли только выдохнул, трясясь и беспрерывно благодаря про себя великого Ома Прокреатора; больше он ничего не понял и не понял даже, почему отец вдруг привстал в стременах и рявкнул:
– Мэтра Бравикуса сюда!
Запыхавшегося мэтра приволокли под руки двое дюжих сквайров.
– Почему они повернули? – Старый сенор в упор воззрился на пузатенького чародея.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 121
