class="p1">Черный дракон стоял на груде обломков у дальней стены. Его крыло прикрывало кого-то на земле. Я помчалась туда – не думая, не оглядываясь. Аиса и Кристен последовали за мной без слов.
Когда я подбежала, Киса отступил на шаг. Под черным крылом лежал Рейн.
И на одно ужасное мгновение мне показалось…
Но детеныш дракона коротко вскрикнул, и я прогнала от себя эти мысли.
Рейн лежал на боку, весь в крови, лицо было покрыто копотью, губы синие. Но когда я опустилась на колени и коснулась его щеки, почувствовала тепло.
– Рейн!
Он медленно открыл глаза.
– Аниса…
– Дыши, – просила я. – Давай. Вдох, выдох. Дыши вместе со мной.
Он попытался кивнуть, но тут же застонал. Я осторожно провела рукой по его спине. В одном месте позвоночник был… сломан. Я не стала говорить вслух. Он и так об этом знал.
– Мы унесем тебя, – сказала я. – Сейчас.
Некроманты уже подошли к нам. Один из них кивнул.
– На счет три. Аккуратно.
Мы подняли его вместе. Рейн стиснул зубы, но не закричал. Киса шел рядом, прикрывая нас от дождя, который стирал кровь с камней.
До пролома в стене было недалеко. Там нас ждали носилки и целитель. Мы опустили Рейна на плащ, укрыли одеялом. Муж смотрел на меня, и я не видела страха в его глазах – лишь растерянность.
– Я никого не слышу, – прошептал он. – Никого из стаи…
– Меня слышишь? – спросила я.
– Да.
– Этого пока хватит.
Белый дракон выглянул из-под моей руки, посмотрел на Рейна и тихо пискнул. Киса опустил морду рядом с его плечом, как будто говорил: «Я с тобой».
Я села на корточки, положила руку на меч Александра – холодный, мокрый, но все еще мой. Вокруг еще шевелились тени, кто-то кричал и плакал. Но здесь, в этом маленьком кругу, было тихо.
Победа не принесла радости – только ответственность. И пока Рейн дышал, я не имела права сдаться.
Дождь стекал по камням, как будто отсчитывал время до следующего выбора. А я знала, что сделаю его опять.
Глава 80. Винсент
Мертвые не ушли – просто отступили на шаг.
Они стоят за нашими спинами,
Ждут, когда мы закончим говорить,
И молчат – чтобы не мешать.
Стихи плохого таррванийского поэта
Дворец Алого заката
1 год правления Винсента Фуркаго
Аджит ждал у двери, прислонившись к косяку и пережевывая один за другим листья мяты. Без доспехов, но с мечом на поясе – как всегда.
– Вы будто снова на казнь, а не на речь, – сказал лейтенант, протягивая мне горсть мяты, – ваше императорское величество.
– Почти одно и то же, – ответил я и сорвал ароматный листок. – Если сейчас осрамлюсь, меня не казнят. Но доверие потеряю.
– Не осрамитесь. Просто скажите правду. Люди устали от красивых слов.
Я кивнул, помолчал и добавил:
– Я собираюсь объявить, что отменяю все титулы и звания, кроме воинских. Даже «императора» временно не будет. Пока не примем Хартию.
Аджит нахмурился.
– Это рискованно. Без титула вашу власть могут не признать законной.
– А с титулом меня признают прямым наследником Астраэля.
Он покачал головой.
– Вам виднее, наверное. Пусть лучше не поймут, чем поймут неправильно.
Перед выходом в зал я остановился у дверей приемной. Там уже собрались те, без кого этот день не настал бы никогда.
Кристен стояла у окна, скрестив руки на груди. Ее раны еще не зажили, но глаза горели.
– Спасибо, – сказал я просто.
Она кивнула – как солдат солдату.
– Мой долг выполнен. Теперь очередь за вами.
Давин лишь на мгновение поднял глаза, под которыми расплылись темные круги, и вновь уткнулся в свиток с именами павших некромантов. Вчера мальчик потерял учителя. Сегодня вел за собой армию.
– Аллистир гордился бы тобой, – тихо сказал я.
Давин посмотрел на меня и вздохнул.
– Он бы ругался, что я слишком медленно двигаю фланг.
Я положил ему руку на плечо.
– Ты делал это достаточно быстро, чтобы мы победили.
Давин слабо улыбнулся и свернул свиток.
– Спасибо, ваше величество.
Мойра встретила меня спокойной полуулыбкой. В глазах женщины не читалось ни торжества, ни усталости – только ясность.
– Благодарю вас, верховная. Без ваших воздушных коридоров мы бы не прорвались к дворцу.
– Мы служим не трону, – ответила она, – а Таррвании. Пока вы помните об этом – мы с вами.
Я учтиво поднес ее руку к губам.
А потом повернулся к Аисе.
Она стояла у колонны, прислонившись к камню, будто случайно оказалась здесь. В черном камзоле, без оружия, но с тем же прямым, немигающим взглядом, что и в день, когда мы впервые встретились в лесу.
Сердце у меня замерло – глупо, по-подростковому. Я на миг отвел взгляд, чтобы скрыть замешательство.
Она просто кивнула. Я – в ответ. Никаких слов благодарности – только чувство.
– Где Аниса? – спросил я, чтобы отвлечься.
– Ушла к раненым. Помогает с перевязками. А Рейн… – Аиса помедлила. – Сломал позвоночник. Асира и Эжен не отходят от него. Говорят, выживет, но надолго выбыл из строя.
Я сжал челюсти. Дядя… мой щит, мой якорь. Без него я чувствовал себя еще более одиноким.
– Про меня все забыли спросить?! – раздался вдруг хриплый голос из тени арки. Эрнесто выскочил вперед, плащ его развевался, как крылья нетопыря. На щеке – чья-то кровь, в глазах – вызов. – Я, между прочим, вытащил из подземелий троих твоих гонцов, пока вы с отцом вели философские беседы!
Мойра не удержалась:
– Ты незабываем, Эрнесто. Даже если бы молчал – все равно бы помнили.
Он фыркнул, но ухмыльнулся.
– Ладно. Пусть живет. Главное – чтобы вина в погребах не тронули. Я их для победы приберег.
– Для победы или для себя? – спросила Кристен.
– Это одно и то же!
Все негромко рассмеялись, даже Аиса улыбнулась уголком губ. Впервые за долгое время здесь звучал искренний смех – не натянутый, не вымученный.
Я глубоко вдохнул: пора. И вышел на балкон.
Внизу, на площади, собралась толпа. Не кричащая, не восторженная – просто ждущая. Люди стояли плотно, плечом к плечу, их лица были иссечены годами страха. Но во взглядах читалась не покорность. Надежда. Осторожная, как росток, пробивающийся сквозь трещину в камне.
Подойдя к перилам, я спрятал за спину дрожащие руки.
– Народ Таррвании, – громко начал я. – Вчера пал Астраэль Фуркаго. Но это не значит, что война окончена. Война окончится, когда в
