Ассарту упорно не доверяли – сколько ни убеждай их, что планета – вернее, Власть ее – о войнах более не помышляет. Это затягивало время, и командир Георгий заметно нервничал.
– Не понимаю, командир, – сказал Советник, подняв глаза на Георгия. – Мне думается, несколько часов не делают погоды: теперь, когда главный противник не существует более…
И он невольно поморщился, вспомнив о зрелище, какое представляла собой каюта Охранителя, когда – после очередного нырка – он хотел было навестить пленника. Стены в крови и лохмотья, которые трудно было даже назвать плотью.
– Вы, наверное, помните, – ответил на это Георгий, – что иногда о ком-то говорят: мертвый, он страшнее живого.
– Я знаю, – вздохнул Советник, – что вы имеете в виду. Но, может быть, он заблудится где-нибудь? Пространство велико и неласково.
– Оно жестоко, – согласился Георгий. – Но не для людей Космоса. И он не заблудится…
Транспорт внизу уже закрыл люки и подал предстартовые сигналы.
Картинка и в самом деле была угрожающей. С началом штурма Жилища и одного выстрела было бы достаточно, чтобы предохранительный механизм сработал – и на Ассарте началась Смена Разумов. Новые Цари Природы из глубины выступили бы на поверхность, чтобы довершить дело уничтожения человечества, давно и успешно начатое им самим, смести в мусорное ведро прошлого не оправдавших себя – и занять их место. У природы всегда множество запасных вариантов, потому что не человек, к счастью, творил ее; иначе она давно уже превратилась бы во что-то иное: Дух всегда находит формы для своего проявления, смысл же их чаще остается для нас непонятным. На этот же раз понять было нетрудно.
Спасение было в одном: ни единого выстрела. Ни одного. Хотя в масштабах планеты один выстрел – ничто. Меньше, чем ничто. Тепловой эффект его не поднимет температуры окружающей среды и на тысячную долю градуса. Энергия летящей пули не поколеблет планеты. И тем не менее любой излом начинается в одной крохотной точке. И может быть, именно этой крохотной вибрации достаточно, чтобы началось неудержимое, всесокрушающее движение смены не цивилизаций даже, но самого способа жизни.
В Мироздании есть некоторое количество таких планет, служащих как бы датчиками нормального уровня жизни. И на каждой есть одна или несколько личностей, являющихся датчиками уровня ненормального развития событий. Хотя внешне по ним этого не скажешь: те же моря, леса, поля, города, машины, а люди говорят на том же языке и носят такую же одежду, что и все прочие. Но именно с них снимается информация и уносится – куда-то. Обрабатывается. И делается вывод: вариант неудачен, поскольку пределы сохранения и развития нарушены. Нужно ввести в действие запасной вариант. В разных местах они могут быть разными. А на Ассарте он оказался вот таким.
Но это неведомо никому, кроме нескольких человек, заброшенных сюда извне и старающихся предотвратить то, что уже кажется неизбежным.
Возможно, их слишком мало для этого. Но больше их не становится. И они ищут выход…
– Ничего, – утешительно промолвил старший капрал. – Зато когда поблизости вместо страшных головорезов Яширы опустятся мирные корабли и последует приглашение на посадку от имени непобедимого Ги Ора… Вот только которого из вас?..
– Это уже детали, – усмехнулся генерал. – Так или иначе, если сработаем по плану – обойдется без выстрела. Кому надо прилететь – прилетели, кому улететь – помахали платочком, и дело с концом. Все правильно рассчитано. Не забудь и солдатам проболтаться: Предводитель лично выехал навстречу вражеским колоннам для рекогносцировки…
– Но он вернулся, господа изменники! – услышали они и невольно повернулись на голос.
Перед ними стоял Предводитель Армад.
Это было удивительно, и не по одной только причине. Прежде всего – потому, что ему следовало сейчас находиться очень далеко отсюда. В пространстве или на одном из миров скопления Нагор. А во-вторых, они оба стояли лицом к двери, и войти незамеченным Охранитель никак не мог. И тем не менее – вошел.
Люди, в общем не нервные, они на долю секунды все же дрогнули. Растерялись. Охранителю этого было достаточно. В одно мгновение он оказался у двери. И крикнул:
– Караульные – все ко мне!
Повторять ему никогда не приходилось. И с полдюжины вооруженных солдат вмиг оказались в штабном помещении.
– Арестовать обоих! – скомандовал Предводитель Армад. – Под замок! И не спускать с них глаз – под страхом расстрела!
Генерал и старший капрал успели только переглянуться. Конечно, они были вооружены и могли оказать сопротивление. Но каждый из них знал, что не станет стрелять ни за что. Можно было, конечно, обойтись и голыми руками. Но тогда мог выстрелить кто-то из солдат. И они позволили схватить себя.
Солдаты повиновались Повелителю Армад беспрекословно. И никто из них не обратил внимания на то, что их командующий как бы немного просвечивал насквозь. И не отбрасывал тени. А все остальные, естественно, отбрасывали.
Единственно генерал Ги Ор и старший капрал не только заметили это, но и поняли и должным образом оценили.
– Фанатик… – пробормотал генерал сквозь зубы.
– А может, к лучшему, – ответил Ур Сют. – Эй ты, полегче толкайся. А то ведь завтра, может, мне тебя придется вести…
– Как это он сообразил? – успел еще спросить Ги Ор.
5
Предводитель Армад, едва арестованных успели вывести, скомандовал немедленно готовиться к штурму Жилища Власти.
Подразделения начали занимать заранее намеченные позиции в развалинах и среди уцелевших домов.
Особая группа, предназначенная для прорыва через подземный ход – тот, что начинался под уцелевшей аркой, – была немногочисленной, но состояла из самых опытных воинов, вооруженных лучше, чем для самого лихого космического десанта. Чуть поодаль от них стоял Хен Гот в окружении трех как бы телохранителей, хотя главной их задачей, быть может, являлось не дать ему сбежать в самый напряженный миг. Как и обычно, историку стало страшно; однако деваться было некуда. Не исключено, впрочем, что он рассчитывал ускользнуть где-нибудь в лабиринте – выведя сопровождающих под огонь защитников. Но, скорее всего, Хен Гот вообще не понимал больше, на чьей он стороне. На своей собственной, наверное.
Ожидали только команды Предводителя Армад, чтобы группа отправилась в свой трудный путь.
Другой же Ги Ор – или тот, кто выступал на Ассарте в его облике, – сказал вышагивавшему рядом в тесном коридоре подвала столь же условному старшему капралу Ур Сюту:
– Ну что – выбираемся отсюда?
– Пожалуй, пора, – согласился капрал столь же негромко.
И прозвучала знакомая уже команда:
– Всем спать!
Шаги позади них сразу же стихли.
– Идем, – сказал Ур Сют – или кем он там был. – Тут есть второй
