его и знать, что с ним всё в порядке, однако беспокойство терзало сердце из-за новых знакомых.
– Он очень подозрительный, – словно прочитав её мысли, отметил Хань Цзишэ. – Слишком уж добрый и красивый для мужчины.
Зацепившись за мысль о подозрительности, Хань И не обратила внимания на последнее замечание племянника.
– Мне кажется, это женщина, – со всей серьёзностью пояснил он.
Тяжкий вздох вырвался из груди Хань И. Она покачала головой, поражаясь тому, что Хань Цзишэ волновали далеко не те проблемы, о которых стоило переживать.
– Женщина или мужчина, не это важно. Подозрительно, что в конце концов мы оказались с этой парочкой. К тому же у меня есть подозрение, что они изначально знали, где мы оказались. Не теряй бдительности. Позже обсудим подробности.
Кивнув, но с таким сомнением, что Хань И едва не начала молиться богам, Хань Цзишэ всё же пошёл вместе с ней к так называемым учёным. Шу Дуньжу разместился напротив Юнь Сяо. Хань И не хотелось сидеть рядом со своим спасителем, поэтому, мысленно извинившись перед Хань Цзишэ, она тоже заняла место напротив. Хотя не сказать, что лицезреть его мрачный вид было приятно.
– Я взял на себя смелость заказать для всех чая и пирожки с мясом, хозяин сказал, они очень вкусные, – улыбнулся Шу Дуньжу. – Даже несмотря на то, что мы оказались в Диюе, голод нас не покинет.
– Когда вы поняли, что мы оказались в Диюе? – поинтересовалась Хань И, решив не чесать ногу через башмак[48].
– Ну-у, – задумчиво протянул Шу Дуньжу, постучав пальцем по подбородку. – Думаю, когда увидел письмена в пещере, перечисляющие грехи.
– Письмена? – усомнилась Хань И.
– А ты их не видела? – удивился Хань Цзишэ.
Нет, Хань И их не видела, точнее, не уделила времени для изучения пещеры, когда сидела в углу и плакала. Но весьма странно, что она не заметила письмена. Допустим, она оказалась недостаточно внимательна, однако парочка учёных вела себя подозрительно с момента знакомства.
– Вы же знаете, что собой представляет Диюй? – воспользовавшись повисшей тишиной, обратился к ней Шу Дуньжу.
– Место, где пытают грешников? – риторически уточнила Хань И.
Её голос прозвучал немного едко, поэтому повисла неловкая пауза, которую удачно сгладил мужичок, принёсший чай с пирожками. От чудесного запаха, поднимавшегося от белых пампушек, у Хань И рот наполнился слюной. Она потянулась за угощением, но тарелка вдруг отъехала в сторону.
– Ты уже поела, – сухо заметил Юнь Сяо.
Сказать, что Хань И едва не убила его взглядом – ничего не сказать. Зато Хань Цзишэ проявил ловкость рук, подхватив горячий пирожок и с нескрываемым удовольствием надкусив мягкое тесто. От гневного взгляда Юнь Сяо у Хань И невольно вырвался смешок.
– Будет тебе, Юнь Сяо, пусть покушают, – ласково пожурил его Шу Дуньжу, подвинув тарелку с угощением на центр стола. – Нам нужно набраться сил, чтобы идти дальше.
– Что, уже? – с набитым ртом буркнул Хань Цзишэ, откровенно удивившись.
– Нет, конечно же, не сейчас. Кушай-кушай, —придвигая к нему тарелку с пирожками, улыбнулся Шу Дуньжу, а затем обернулся к Хань И. – В общем смысле госпожа права, это место, куда отправляются души после смерти. В первом зале их судит великий судья Циньгуан-ван[49]. В его зале происходит суд над душами: безгрешные отправляются сразу в десятый зал для перерождения, а остальным нужно пройти восемь залов и поплатиться за свои грехи, чтобы вновь переродиться.
– Бессмыслица какая-то, – нахмурилась Хань И. – Если это действительно так, то почему здесь находятся только люди из давних эпох? Помимо нас с племянником и Го Бао разве что тот актёр казался человеком нового времени.
– Возможно, в ваше время люди не так сильно верят в богов. Молодой господин Хань рассказал, что Сын Неба более не защищает ваши земли, а люди предпочитают полагаться на себя, а не на небеса.
– Только нас-то особо набожными не назовёшь, – пробубнил Хань Цзишэ.
– Сначала прожуй, а потом говори, – упрекнула его Хань И.
– Вы ведь дерзнули взбираться на высоты гор, чтобы дотянуться до неба, – недовольно отметил Юнь Сяо. – Вот вас боги и покарали, отправив в Диюй.
– Тогда страшно представить, что там стряслось с этим актёром, чтобы он также разгневал богов, – иронично усмехнулась Хань И, но ожидаемо не получила ответа. – Значит, нам нужно пройти семь оставшихся залов, чтобы обрести возможность переродиться. Судя по тому, что происходило на тропе второго зала, нам придётся соблюдать определённые правила, чтобы выжить?
– Увы, но не всё так просто, – вздохнул Шу Дуньжу. – Если стражи второго зала не почувствовали в вас определённый грех, это не значит, что в других залах вас оставят в покое. Напротив, это будет означать, что ваш грех лежит впереди. И, вполне вероятно, не один.
– Значит, – задумчиво протянула Хань И, взяв чашечку с чаем, – монстры могут гоняться за нами в последующих залах. И если поймают, придётся пережить пытки, которые могут длиться днями.
– Вообще-то месяцами, если даже не годами.
И чем она заслужила подобную участь? Да и ладно она, юрист, который защищал интересы компании, оставляя простых людей с проигранными делами в суде. Но Хань Цзишэ? И где теперь искать Го Бао? Может, монстры уже поймали его и теперь пытают, насаживая на вилы.
Деревянные браслеты показались неожиданно тяжёлыми, отчего Хань И отставила чашечку и нахмурилась. Нет, всё же происходящее звучало как бред: грешники, искупление пытками, право на реинкарнацию. Может, людям из минувших эпох такая история и показалась бы достойным объяснением, но только не Хань И.
Одним из страшных деяний минувших времён считалось осквернение словом или делом императора правящей династии. Только какое отношение имела к этому Хань И, если последний император Китая официально отрёкся от престола и умер ещё в прошлом столетии? Почему продолжали прибывать новые души? Откуда? И по каким законам осуществляют так называемое правосудие судьи? И не менее интересный вопрос: зачем эта парочка так называемых учёных прибилась к ним? Не тянет на обычное совпадение.
Как и всегда, во всём придётся разбираться самой, никому не доверяя. Но теперь от её решений зависела не только собственная жизнь, но и безопасность Хань Цзишэ. Где бы они ни оказались, она обязана защитить его, потому что за потерю племянника Хань И добровольно сгорит в аду.
Глава 7
Дворец второго зала
Если не брать в расчёт, что цвет неба не менялся в течение суток, а из-за городских стен постоянно доносились жуткие крики, местечко мало чем отличалось от городов, которые Хань И видела множество
