надвигающегося Хаоса, и в воздухе витал густой, почти осязаемый страх. Жители крепости уже перешёптывались в углах, и их вера таяла с каждым днём, словно снежинка на горячей ладони.
Талли шла быстро, хотя под ложечкой противно сосало от тревоги. Сколько дней прошло с тех пор? Она уже сбилась со счёта. Мелисса не приходила в себя, и каждый раз, проходя мимо её двери, девушка замирала, боясь услышать ту тишину, которая приходит, когда уже ничего нельзя изменить. Она тряхнула головой, стараясь отгонять тяжёлые мысли, их и так было через край. Брайан уехал совсем недавно, и при мысли о нём сердце сжималось от острой тоски. Она скучала так, что порой ей всерьёз хотелось бросить всё и помчаться за ним, но не могла, не сейчас.
Она так углубилась в свои мысли, что на повороте резко врезалась во что-то твёрдое. От неожиданности отшатнулась, инстинктивно прижимая руку к груди.
— Ой!
Талли подняла голову, и дыхание у неё перехватило. Перед ней стоял Бернар. Он смотрел на неё своими голубыми глазами, которые стали ей чужими — в них горела едва сдерживаемая злоба и холодное презрение. Он молча поджал губы, взглянул на неё как на досадную помеху, раздражённо дёрнул плечом и попытался пройти мимо, но она не отступила, заслонив собой проход.
— Да что с тобой такое?! — вырвалось у неё против воли.
Он не удостоил её ответом и сделал шаг вперёд, будто ничего не слыша.
— Бернар! — её голос сорвался на высокую, почти истеричную ноту. Она схватила его за рукав, резко останавливая.
Юноша круто обернулся, и его взгляд впился в неё. Он дёрнул рукой, пытаясь высвободиться, но девушка вцепилась в ткань его рубашки, её пальцы побелели от напряжения.
— Ты не имеешь права вот так поступать! — слова вырывались с трудом, она изо всех сил старалась не перейти на крик. — Мы друзья, а ты ведёшь себя так, будто я твой заклятый враг.
Бернар опустил взгляд, на мгновение замер, а потом снова отвёл глаза в сторону, сжав челюсть так, что напряглись скулы.
— Не говори со мной, Талли, — глухо прозвучало в почти пустом коридоре. — Просто… не говори сейчас.
— Нет! — она сделала шаг вперёд, снова преграждая ему путь. — Я устала, Бернар. Устала от твоего вечного молчания, от этой вечной злобы, от того, что ты стал совсем другим человеком. Тебя будто подменили. Ты злишься на весь мир, но только не на самого себя.
Он резко поднял голову. Пляшущие тени от факелов сплелись на его лице, делая черты резкими и незнакомыми. Желваки заиграли на скулах, а в глазах заплескалась настоящая ярость.
— Я злюсь на тех, кто предал, — выдохнул он медленно. — И ты. Ты предала больше всех.
Талли побледнела.
— Что ты вообще несёшь?..
— Ты выбрала одного из них, — его голос стал тише, перешёл в опасный, шипящий шёпот. — Того, кто разрушил всё, что у нас было. Кто забрал Астру. Кто сейчас рвёт грань между мирами…
Сердце её заколотилось так громко, что его стук заглушал всё вокруг.
— Брайан не один из них! — вспыхнула она, грудь тяжело вздымалась от нахлынувших эмоций. — О чём ты вообще говоришь? Не все жители Бермона хотят разрушить грань! И они не виноваты в том, что случилось с Астрой!
— А кто
