его крыльях говорили сами за себя. Мы с Джерм в панике переглянулись.
Пару минут спустя ещё один врезался мне в руль, и его завертело в воздухе.
По мере приближения к моему дому мотыльков памяти становилось всё больше. Мы катились так быстро, что они все проносились мимо, едва нас задевая.
Мы свернули в лес, чтобы сократить дорогу. Ветви хлестали нас по лицу, цеплялись и рвали одежду, но мы не сбавляли скорости. Я проследила за взглядом Джерм вверх – и ахнула: огромный ковер из тысяч магических мотыльков направлялся в ту же сторону, что и мы. Некоторые отрывались от общей массы и опускались к макушкам деревьев – как снежинки, предвещающие скорый буран.
Ноги горели, лёгкие, казалось, сейчас взорвутся, но попадающиеся на глаза знакомые ориентиры – дерево в той стороне, валун в этой – гнали меня вперёд. Мы были уже близко. А потом лес вдруг закончился, и мы выскочили на наш участок. Резко затормозив на траве, я повалилась на землю.
Я почувствовала, как Джерм рывком ставит меня на ноги, но всё моё внимание было приковано к моему дому: он весь был покрыт переливающимся ковром из мотыльков. Они же закрывали небо и ползали по всей лужайке.
Перепуганные кузнечики и светлячки, пауки, цикады и стрекозы выпрыгивали, вылетали и выползали из леса и кружили вокруг крыши.
Краем глаза я заметила какой-то светящийся сгусток, носящийся туда-сюда по лужайке. Это был Эбб.
Откуда-то из недр дома донёсся звон стекла, и секундой позже из одного из окон вырвалось облако мотыльков. Под давлением их рвущейся наружу массы входную дверь сорвало с петель. На землю посыпалась черепица. Привидения разлетелись по участку, растерянные и испуганные. Умелица Агата металась по кругу, не зная, куда приткнуться. Прачка порхнула мимо нас в лес. А я столько сил вложила в свои ловушки!
А потом в доме раздался душераздирающий крик.
Я бросилась на мамин визг, но она, держась за сердце, первой добралась до дверного проёма. Волосы у неё стояли дыбом.
– Мама! – Я побежала к ней.
И в этот момент увидела… как что-то летит над океаном в нашу сторону. Какой-то фиолетовый светящийся силуэт.
– Все в дом! – закричала я первое, что пришло в голову. Но мы не успели сделать и пары шагов, когда ураган из мотыльков врезался в боковую стену, и с жутким хрустом и треском вся передняя часть нашего дома обрушилась.
Мы все посмотрели в небо. Силуэт стал заметно ближе. За ним собирались низкие тучи.
Я наконец смогла разглядеть, что это колесница, слепленная из тысяч и тысяч мотыльков, а поводья держит фигура, облачённая во всё чёрное. Одна её рука была поднята, и мотыльки вились вокруг неё, будто приманенные огнём.
Воровка Памяти.
– И это слабейшая ведьма?! – взвизгнула Джерм.
Хлопанье крылышек оглушало. Мама сжалась в комок перед домом.
Сглотнув, я оглядела обломки. У меня дрожали руки. Где лук?! Мне нужно найти лук. Сейчас же.
Я принялась подбирать и отбрасывать в сторону обломки кирпичей и досок.
«Ты найдёшь его, солнышко, – думала я. – Просто сосредоточься, сфокусируйся».
Но когда мотыльки кружат вокруг тебя, как торнадо, это сделать сложно.
Всякий раз, когда я оборачивалась, колесница становилась ближе, и от ужаса меня замутило. Лука нигде не было видно.
Я уже почти впала в отчаяние, когда увидела торчащий кончик стрелы и, прыгнув туда, выдернула желанный свёрток из-под кучи мусора.
Тучи быстро сгущались, и когда я разворачивалась, мой глаз на секунду зацепился за странный силуэт в тумане.
Глядя в небо, я попыталась приставить стрелу к тетиве, но мешала дрожь в пальцах. Внезапно рядом со мной словно из ниоткуда возникла Джерм и, крепко схватив меня за руки, посмотрела мне в глаза:
– У тебя получится.
Но Джерм не умела лгать, и по её глазам я видела, что она в это не верит.
Всё же мне удалось слегка унять дрожь и прицелиться.
Ведьма быстро спускалась к нам.
Меня так и подмывало выстрелить, но я понимала, что нужно подпустить её ближе. На расстояние дуба во дворе Джерм.
Она приближалась. Всё ближе. И ближе.
Я уже могла разглядеть её печальные тоскливые глаза. Она ухмыльнулась мне.
И дождавшись нужной дистанции, я наконец выпустила стрелу.
В первую секунду я решила, что сильно промахнулась: стрела взвилась по широкой арке вверх и должна была пролететь над её головой. Но когда она уже начала опускаться, я поняла, что попала. Стрела падала, быстро набирая скорость, и я не верила своим глазам: она летела прямо в неё, оставляя после себя разноцветные ленты.
Джерм схватила меня за руку. Стрела вонзилась точно в цель.
И прошила её насквозь, не задержавшись ни на мгновение.
Колесница приземлилась под завывания ветра, и Воровка Памяти, освещённая оставшимися во дворе призраками, спрыгнула и, распахнув руки, поплыла ко мне.
– Идём со мной, дитя. Идём, и забудь всё.
Я отпрянула, но она успела коснуться моего плеча – всего лишь кончиком пальца, но этого оказалось достаточно, чтобы меня прошил ледяной холод.
Ведьма на секунду притормозила. А затем её мотыльки метнулись ко мне, распихивая насекомых, пытающихся меня защитить, и стали садиться мне на плечи, лицо, голову.
«Забудь, – услышала я кожей. – Забудь».
Я опустилась в траву – не потому, что у меня подломились колени, а потому, что не могла вспомнить, зачем стою. Джерм что-то кричала, но я ничего не могла разобрать.
Перед моим внутренним взором поплыли воспоминания: как мы с Джерм пили «Гаторейд» на её веранде, как Биби Уэст смотрела на меня после конкурса. Каждый образ поднимался из глубин памяти и начинал искрить, а затем исчезал.
Внезапно налетели дикие порывы ветра и смахнули с меня всех мотыльков. Между деревьями клубился туман, и теперь уже стало очевидно, что внутри его кто-то есть, хотя мне пока и не удавалось ничего рассмотреть.
Воровка Памяти попятилась на нетвёрдых ногах. Тучи над нами расступились, явив ниточку месяца, и в этот момент меня осенило: нам помогают пастухи облаков.
Тусклый лучик белого лунного света упал на лужайку. Воровка Памяти с криком отшатнулась и закрыла лицо. Взвыв от ярости, она выбросила руку к первой попавшейся ей на глаза фигуре – ею оказалась Умелица Агата. Стая мотыльков окружила её, и Агата закричала, а секундой позже мотыльки снова разлетелись в стороны, но Агаты уже не было.
Эбб на другом конце лужайки вскрикнул.
Воровка Памяти запрыгнула на свою колесницу, которая быстро поднялась и умчалась прочь как падающая звезда. Секунда – и она уже скрылась из виду.
Я лежала на траве, не
