class="p1">Все умолкли и сосредоточенно слушали, пока я читала вслух весь текст. Иногда выбор слов действительно был довольно необычен, пару раз я даже сбилась с рифмы и запнулась.
Когда же я закончила, Нелио спросил:
– А мелодия?
Мелодия…
– Про мелодию здесь ничего, – пожала я плечами и показала всем листок, с которого читала, чтобы они сами убедились. – Только текст.
– Но ведь гимн полагается петь, разве нет? – удивился Милан.
В итоге мы решили подняться наверх и расспросить об этом взрослых. Гуськом пройдя по крутой лестнице вверх, мы выглянули за дверь на первом этаже. В доме стояла тишина, поэтому первым делом мы решили поискать кого-нибудь на кухне.
Там мы столкнулись с Эрикой и Селией. Они лепили из слоёного теста какие-то фигурки и раскладывали их по противням. Селия испуганно вздрогнула, когда я спросила:
– А где остальные?
Эрика тоже занервничала и теперь беспокойно выглядывала в сад, чуть отодвинув штору в сторону.
– Остальные обходят дома всех аваностов Зоннберга и возвращают хозяевам их медальоны и атрибуты, – шёпотом пояснила Селия. – Надеюсь, сегодня вечером многие придут в Хёлленталь, чтобы чествовать вас как новых членов общины.
Тут вмешалась Эрика:
– Сейчас же возвращайтесь в подвал! Вы же слышали, что вам следует оставаться там, пока за вами не вернутся.
– Но… – начала объяснять я.
– Кому я сказала! – строго воскликнула хозяйка дома. – Быстренько-быстренько, вниз, – и, размахивая руками и кухонным полотенцем, она подтолкнула нас к кухонной двери. Будто мы неразумные цыплята, сбежавшие из курятника.
– А-а-а! – протянула Феа, когда мы вчетвером уселись на диване в подвале и уставились в одну точку перед собой. – Я так не могу, я скоро лопну от ожидания!
– Да, я тоже сгораю от нетерпения, – проговорила я, вытягивая руки перед собой. На удивление, мои руки совсем не дрожали, хотя казалось, волнение и трепет, исходящие из сердца, окутали уже всё тело. Что же нас ждёт этой ночью?
– Просто не верится, – сказала Феа. – Всего через несколько часов мы вступим в общину аваностов!
Милан уставился на свои пальцы и тихо сказал:
– Дядя Ксавер не допустит, чтобы это случилось. Он пойдёт на всё, чтобы только сорвать ритуал.
Когда он поднял глаза, наши взгляды встретились.
– Надо придумать какой-то условный сигнал, – предложила я. – Если один из нас его подаст, мы вчетвером атакуем Ксавера, чего бы нам это ни стоило.
Тёмный страх тут же расползся по подвалу.
– Как насчёт этой строчки из гимна? – предложила Феа. – Выше, выше, вместе – в небеса!
– Хм, – протянул Милан. – Как-то длинновато. Пока выкрикнешь, уже сцапают.
Нелио поднял обе руки.
– На карту поставлено наше вступление в общину, – резонно заметил он. – Мы не можем заранее знать, что произойдёт и появится ли вообще Ксавер, но выучить текст гимна просто обязаны.
Собственно, в этом он был прав. И мы приступили к заучиванию.
Периодически я сбивалась и буквально заставляла себя сосредоточиться.
– Ничего у меня не запоминается, – захныкала Феа через некоторое время.
– Да уж, было бы проще, если бы у нас была мелодия, – сказал Милан. Он встал и жестом позвал нас в круг. – Но раз мелодии у нас нет, надо её самим придумать. Будем исполнять гимн в стиле «Аваности». Текст, естественно, останется прежним, традиция всё-таки.
Мы поначалу отнеслись к этой идее скептически, но быстро ею прониклись и вошли в раж. Сначала спели гимн как поп-композицию, потом зачитали его в стиле рэп. Исполнили так, как если бы пели в церковном хоре, потом попробовали жанр техно. Превратили гимн в задорную народную песню, даже каноном на четыре голоса пропели. Это было очень весело, и мы забыли обо всех заботах. У нас получилось и отвлечься, и запомнить сложное произведение, напевая и пританцовывая.
Но вот, несколько часов спустя, в дверь постучали. Лёгкость и беззаботность тут же бесследно пропали, а на их место вернулось напряжение. Так чувствуешь себя в канун Рождества: когда знаешь, что грядёт нечто потрясающее, и невероятно нервничаешь.
– Да? – крикнула я.
– Пора! – объявила моя мама, появляясь в дверном проёме.
После этих слов моё сердце заколотилось пуще прежнего.
23
В свете факелов
Оглядываясь назад, я воспринимаю всё, что произошло той ночью, как сон. Все события, как прекрасные, так и страшные, слились вместе в грандиозном фейерверке.
Когда мы четверо поднялись вслед за моей мамой по крутой подвальной лестнице обратно в дом, оказалось, что уже наступили сумерки.
На первом этаже царила суматоха, но при этом происходило всё почти без слов и очень, очень тихо. Жалюзи на всех окнах были опущены. Лишь несколько ламп освещали происходящее.
– Садитесь кушать! – тихо позвала стоявшая в дверях кухни Эрика и поманила нас к себе. Едва мы, дети, расселись за круглым кухонным столом, нам подали горячий картофельный суп.
– Силы вам понадобятся, – приговаривала Эрика, разливая его по тарелкам.
Атмосфера действительно была несколько гнетущей. Мы быстро, не произнося ни слова, принялись за суп, лишь изредка переглядываясь друг с другом. Напряжение ощутимым облаком повисло над суетящимися взрослыми. То и дело кто-то стучал в дверь и быстро исчезал в гостиной, откуда доносился неразборчивый гул множества голосов.
Как только мы доели суп и смели с тарелки, стоявшей в центре, весь хлеб, на кухне появилась мама. Прикрыв за собой дверь, она вытащила из сумки перевязанный шнурком свёрток.
– Как только стемнеет, мы отправимся в Хёлленталь, – сказала она, развязывая узел.
Из мешочка она достала мой медальон – я сразу узнала его по выгравированному дереву на крышке – и надела его мне на шею. От соприкосновения холодной серебряной цепочки с кожей по телу тут же побежали мурашки.
– Хранительница очистила и освятила ваши медальоны в источнике Нагольд, чтобы они могли передать вам как можно больше магической силы, – тихо объяснила нам мама. – Никто не знает, что ждёт нас в Хёллентале, поэтому вы должны быть готовы на сто процентов.
Я шумно сглотнула. Прозвучала мамина реплика как угроза.
– А где сама Хранительница? – спросил Милан, когда мама надела медальон ему на шею.
– Она ждёт вас на месте общего сбора аваностов, – торжественно ответила мама, застёгивая цепочку медальона Феи у той на шее.
– Я так взволнована! – прошептала Феа.
В кухню заглянул отец Нелио и спросил:
– Ну что, готовы?
Я лишь слабо кивнула. Мама неуверенно улыбнулась и сказала:
– Тогда надевайте куртки и выходите в коридор. Время пришло!
Чуть позже около двадцати человек встретили нас в гостиной и коридоре, все ободряюще улыбались нам. Я почти никого из присутствующих не знала,
