Возникшая тишина давила на сознание. Дарк судорожно пытался собраться с мыслями, он знал, что должен что-то спросить, но никак не мог понять, что же именно.
– И как же мне теперь со всем этим жить? – смог наконец он подобрать хоть какие-то слова.
– Да просто, как раньше жил… – буркнул Фламер.
– Не беспокойся, в нужный момент коллективное сознание само подтолкнет тебя на правильное действие, само введет тебя в гущу событий. Посмотри, как твоя жизнь протекала до этого дня! Мы, морроны, знали, что угроза человечеству кроется в столкновении с ордами орков, в падении «Великой Стены». Коллективный разум, или можешь называть его «судьбой», «роком», привел тебя в Кодвус и смоделировал цепь событий так, что ты уже сейчас оказался в самом центре интриги. Единственное, что от тебя требуется – не противиться своему собственному «я» и не слушать ничьих советов.
– А если я, нет, мы проиграем? – задал Дарк неожиданно пришедший в голову вопрос.
– Тогда случится ужасное, – ответил Анри, – человечество может погибнуть, а если и выживет, то ты воскреснешь лет через сто и должен будешь ликвидировать последствия твоего промаха.
Братья по второму рождению переглянулись, и Мартин утвердительно кивнул головой Фламеру, давая свое согласие на ознакомление неофита с известным всем морронам печальным фактом.
– Среди морронов, – со вздохом печали произнес Фламер, – ходит легенда о Неприкаянном Конте. Еще на заре человеческой цивилизации он упустил возможность повлиять на события. Восстав вновь, Конт обнаружил, что цепочка последствий так сильно разрослась, что для исправления ошибки надо перебить половину людей. Коллективное сознание натолкнулось на хронологическое противоречие, столкновение произошло у него в голове и полностью уничтожило, подавило его собственное «я». Говорят, он до сих пор бродит где-то в горах, раздираемый на части множеством спорящих внутри него голосов. Согласись, это куда хуже, чем обычная смерть, так что слушай только самого себя и постарайся не упустить свой шанс!
Глава 13
Старые долги
Прошло два дня после встречи Дарка с некромантом, целых сорок восемь долгих часов бесплодных ожиданий под домашним арестом в конторе Дантона.
Дарк сидел у открытого окна и меланхолично наблюдал за дождем, идущим уже несколько часов и успевшим изрядно надоесть обитателям города.
Холодные капли бились о крыши домов и о булыжную мостовую, а затем, образуя ручейки и потоки, стремительно текли по улицам, оставляя на брусчатке следы пенной грязи.
Созерцание жизни природной стихии, в котором он коротал время вынужденного бездействия, явно шло на пользу. Оно не только успокоило и осушило эмоции, бушевавшие ранее в нем, но и дало возможность собраться с мыслями и разработать более-менее приемлемый план действий на ближайшие дни.
Прекрасно отдавая себе отчет, что в то время, пока он сидел здесь, в теплой, уютной комнате, и потягивал куэрто из высокого стакана, где-то там, вдалеке, происходили важные события и свершались необратимые процессы истории, Дарк был спокоен и не собирался никуда спешить. В его обостренную во время судьбоносного разговора память глубоко запали мудрые слова Гентара, что коллективный разум сам смоделирует ситуацию и бросит в нее Дарка, словно ударную, решающую силу. Пока интересы общества молчали, бывший капитан имперской гвардии, а ныне член клана морронов, Дарк Аламез решил заняться куда более мелкими, собственными делами.
Фламер покинул его сразу же, как только они миновали городские ворота. Сославшись на необходимость решить несколько важных вопросов, друг растворился в толпе неторопливых и непривычно довольных жизнью горожан. В принципе, Дарк и не ожидал, что тот останется и будет на пару с ним участвовать в заварушке. Позиция морронов была проста: он, то есть Дарк, должен действовать один, полагаясь лишь на свои собственные силы и ведомый внутренним «я». Любое вмешательство или даже опрометчиво данный совет по пустяковому вопросу мог нарушить единую цепь событий, заглушить «голос разума» в сознании Дарка и, следовательно, привести к необратимым последствиям.
«Мы с Анри продолжим анализировать ситуацию, но вмешаемся только тогда, когда будем точно уверены в правильности наших поступков, – объяснил ему напоследок Мартин, – а до тех пор тебе придется действовать одному, полагаясь лишь на собственные силы и внутреннее чутье».
Несмотря на то что беседа в башне некроманта затянулась гораздо дольше, чем планировалось, вернуться в контору Дарк успел вовремя. Как только он скинул грязные дорожные сапоги, во дворе послышался стук конских копыт, ругань и оправдывающиеся голоса гномов. Приехавший со складов хозяин наводил порядок в своем логове.
Как ни странно, но с самого момента приезда Пауль ни разу не зашел к пленнику, а при случайных встречах приветливо махал рукой, бросал пару общих фраз, в основном насчет самочувствия Дарка, и тут же убегал под предлогом необходимости срочных приготовлений к выходу каравана. Нелепость отговорок была ясна. Пауль решил соблюдать строгий нейтралитет в общении с товарищем, пока всемогущий Диверто не примет какого-либо решения относительно его судьбы.
Неприятности поджидали Дарка и на другом фронте: вчера к нему приходила Ильза, расстроенная провалом порученного ей дела. Встреча была мимолетной, сугубо деловой и абсолютно не сентиментальной. Тайком, прячась от посторонних глаз в одном из сараев, девушка вкратце успела рассказать, как, проблуждав полдня по незнакомому лесу, обнаружила стоянку отряда и привязанного к дереву пленника в черном маскировочном плаще. Разобраться, был ли это Гаврий или кто-то другой, она не успела, бывшие соплеменницы накинулись на нее сразу же, как только увидели. Уйдя от погони, девушка не медля вернулась в город и разыскала Дарка.
Судя по реакции амазонок, им уже удалось побывать в библиотеке храма и обнаружить вместо желаемого артефакта зияющую пустоту сундука. Но почему же отряд еще здесь, а не вернулся в Лес, остались ли они в надежде схватить Ильзу и вернуть украденные, по их мнению, свитки или их предводительница была движима иными причинами? Не придя к единому мнению насчет странного поведения амазонок, друзья расстались: Ильза вернулась в гостиницу, где и должна была ожидать дальнейших вестей от Дарка.
Вдыхая свежий ветер, врывающийся вместе с брызгами в комнату из распахнутого окна, Дарк не заметил опасности, таившейся в стакане с темно-красной жидкостью. Уже во второй раз куэрто сыграло с ним злую шутку, вино проникло в кровь и отуманило мозг гораздо раньше, чем он смог заметить первые признаки опьянения. Голова наполнилась негой и приятным дурманом, веки отяжелели, и ослабевшая рука выронила почти пустой стакан.
* * *
Как старый, добрый друг, приходящий без приглашения и когда заблагорассудится, его снова посетил сон о Джер…
Отряд эльфийских повстанцев напал на деревню. Дикое ржание лошадей перемежалось с криками ужаса, боевыми кличами эльфов и стонами умирающих. Кругом был огонь, кожа лица ощущала жар от горящих деревянных построек и домов. Дым застилал глаза, сквозь него были видны лишь смутные очертания суетящихся в панике людей и контуры конских задов.
Справа от Дарка из смрадной мглы выскочил эльф и с дьявольским азартом в блестящих от возбуждения глазах кинулся на него с занесенным для удара мечом. Клинок просвистел в воздухе и обрушился на голову Дарка, рассекая ее пополам и проходя дальше вдоль тела. Сталь остановилась лишь у пояса, слегка звякнув о железную пряжку ремня, которую не смогла перерубить. Эльф отчаянно рванул меч на себя, но так и не смог вытащить его из тела, разрубленная плоть начала быстро срастаться, и оружие застряло в ней. Гримаса ярости исчезла с лица воина, ее место заняла тень ужаса и первородного страха, парализовавшая тело разбойника.
– Мориэль! – испуганно успел выкрикнуть эльф, прежде чем рука Дарка, подобно змее, взлетела вверх и одним смертоносным движением разорвала ему горло. Кровь врага фонтаном брызнула в лицо, приятно освежая иссохшую от близости к пожарищу кожу. «Эльфы, отродье отродьем, но какая нежная кровь… – говорил кто-то невидимый, сидящий у него в голове, – …мне нужна их кровь, много крови!»
