он мужчина с крепкой силой воли, он выдержит. Я права, Самсон? — обратилась ко мне Серафина.
— Абсолютно, — отозвался я.
Хотя я уже сто раз пожалел, что сразу побежал сюда. А ещё понял, что Серафина, засранка такая, мстит мне за то, что не поздоровался. Просто мягко и невзначай наказывает. Откуда я это знаю? А потому что уже замечал за ней подобные способы наказания. То есть она старается не лупить в лоб, а сначала даёт понять наказанием, что недовольна, а уже потом, если не поможет, достаёт дрын.
Ну ладно, надо было реально поздороваться, потому что себе она такого никогда не позволяла. Виноват, каюсь, влачу наказание.
— Как бы то ни было, есть что добавить? — взглянула на Тефею Серафина.
— Тебе рассказали уже про великана?
— Да, я слышала. Действительно странно, но никак проверить мы это не можем. К тому же вы вроде пролетали над берегами холодных земель и ничего там не увидели.
— Не, не видели, — кивнула Ирис.
— Поэтому…
Поэтому и проверить они ничего не могли. Ну не посылать же каждый раз туда экспедицию в погоне за призраками, пока у тебя под боком другие империи мутят воду, плетут интриги с заговорами и готовятся к войне. Всегда есть и более важные цели, с которыми надо разобраться.
— Кстати, а как там дела с агадарками? С ними уже всё решилось? — оторвался я от письма. Столько раз видел эти отчёты уже, так что знал, как они должны примерно выглядеть.
— Отчасти. Мы нашли компромисс.
— Было сложно? — поинтересовалась Ирис.
— Как и всегда, когда нас пытаются загнать под каблук, считая, что мы должны подчиняться императору и выполнять его желания по щелчку, а не защищать империю. Я даже не злюсь, уйдёт, придёт такой же, и всё по кругу.
— А копчёные? — спросила Тефея.
— Агадарки уже знали, что мы не прогнёмся, поэтому в основном сопротивлялся именно император. Они попытались, но потом отмахнулись и предложили более реальные варианты. Пока сказать точно сложно, на чём сойдёмся, но всё лучше, чем было, — в её голосе слышалось облегчение.
— Значит, отправим нашего Самсона в гости утолять потребности копчёных? — улыбнулась Ирис.
— А можно не надо? — подал я голос.
— Да ладно тебе, как молодому парню, понравится.
— Мы никого никуда отправлять не будем, — произнесла Серафина. — Им надо, они сами придут к нам, а мы просто не будем препятствовать. В пределах разумного.
— Прямо в шпиль? — уточнила Тефея.
— Обойдутся. Устроятся где-нибудь во дворце. Про состав пока не знаю, возможно, он будет меняться, но точно пришлют какую-то… я не запомнила, но то ли свою ведунью, то ли какую-то жрицу.
— О-о-о… — протянула Ирис так, что я забеспокоился.
— Мне надо волноваться? — посмотрел я на девушек.
— Они не посмеют что-то с тобой сделать, — ответила Серафина. — Жрица, ведунья, да хоть гадалка — главное, что это будет происходить у нас и под нашим контролем, а не где-то у них.
— Тем не менее это не тот ответ на вопрос, — заметил я. — Хоть у нас, хоть у них, но я там явно фигурирую. Что вообще там за жрицы, что у Ирис аж лицо вытянулось?
— Жрицы. Или хранительницы храмов, — ответила Тефея. — Это те, кто посвятил свою жизнь служению. Они ведут историю своего народа, следят за храмами, проводят обряды, ищут девушек, в ком пробудилась сила первородных, и стараются решать насущные вопросы.
— Какие?
— Как сделать, чтобы в агадарках чаще просыпалась сила первородных.
— Или как сделать мужчин небесными всадниками?
— Я очень и очень сомневаюсь, что они хотят сделать из мужчин небесных всадников, — категорично ответила Тефея. — У них правят женщины, и позволить мужчинам встать в один ряд с ними — это подвергнуть опасности свою власть, а на это никто не пойдёт. Они хотят понять, как именно ты стал всадником и есть ли возможность это использовать, чтобы поднять свою численность.
— Тогда это ударит по вам, — заметил я.
— Что бы они ни открыли, мы узнаем об этом, — ответила Серафина. — Найдут тайну, как поднять численность всадниц — прекрасно. Узнают, как мужчин делать небесными всадницами — что ж, нам это будет на руку.
Причём она ведь не сказала, что это будет ещё лучше, ведь серокожие на такое не пойдут, а Нарианская империя подобным не страдает. Нет, Серафина сказала, что это просто будет им на руку. Будто она и сама не горела желанием плодить небесных всадников, которые бы потеснили их на этом поприще.
— А у них какая-то вера своя там?
— Да, своя вера, — кивнула Тефея. — Они искренне верят, что берут своё начало от драконов.
— В смысле? То, что они были драконами, а потом внезапно стали людьми?
— Не людьми, а наследницами драконов, но… нет, они верят, что однажды первую из них родил великий дракон.
— Из яйца? — нахмурился я.
— Легенды утаивают от нас сам процесс…
— Но ты понял, что они на голову немного стукнутые, — хмыкнула Ирис, перебив Тефею. — Считают себя не просто особенными, а чуть ли не высшими существами, которым все остальные должны поклоняться. Но если они раскроют твою тайну, то, глядишь, перевес сил изменится, и все выдохнут спокойно.
— Будто те, кто живёт мечтой уничтожить друг друга, могут успокоиться, — хмыкнул я.
— Быть может, и так, — сказала Серафина. — Но мир точно изменится, и мне бы хотелось верить, что всё-таки в лучшую сторону.
А мне бы хотелось верить, что Серафина не настолько наивна, чтобы действительно в это верить. Любой прогресс в мире — это лишь повод для одних воткнуть заточку поглубже в спину другим, не более. И это всё при учёте того, что обычным людям всё это дерьмо нахрен не сдалось.
* * *
— Так о чём ты хотела поговорить, Тефея? — спросила Серафина, когда они спровадили Самсона из комнаты.
— По поводу самого Самсона.
— Опять? Что случилось? — устало вздохнула она.
— А должно что-то случиться?
— Обычно — да. Не знаю почему, но некоторые будто спят и видят, как бы на него пожаловаться.
— Нет, я не жаловаться, — покачала головой Тефея. —
