примирительно произнес я — Ну — мертвая. Бывает. Ты с ней, между прочим, уже в каком-то смысле давно знаком.
— Ну, а то, что ты несколько раз рыгнул по дороге сюда — это нестрашно — прощебетала Жанна, погладив Николая по голове — Все мужчины так делают, когда думают, что их никто не видит. А еще они постоянно кое-где чешут. Есть у них такая привычка.
— Капец — не мог успокоится оперативник — Везде таскать с собой призрак! Смолин, ты чокнутый!
— Коль, я Ходящий близ Смерти — добавив в голос холода, напомнил ему я — Поэтому призраки — это часть моей профессии. Причем во всем их многообразии. Каких-то их них я убираю с нашего плана бытия, какие-то мне служат, а какие-то меня все время сопровождают. Как, например, Жанна, которая неотлучно следует за мной последние три года.
— Нет слов, одни эмоции — Николай поправил ворот куртки — Ладно, тебе жить. Так что твоя сопровождающая предположила?
— Что жену Черемисин на потом оставил — пояснил я — Такое в рамки случившегося укладывается, по идее. Но я бы поставил не на Светлану, а на супругу покойного Олега. Думаю, именно она будет следующей мишенью.
— Поясни.
— Теперь де-факто именно она хозяйка компании. Ну да, до полного вступления в права какое-то время должно пройти, но де-юре, предполагаю, нашего красавца вообще не интересует. Он работает с тем, что есть.
— А еще она жена предателя — Николай повернул ключ в замке зажигания — Только непонятно, чего он ее тогда этой ночью вместе с мужем не пришиб? Одним махом.
— Да откуда же мне это знать? — усмехнулся я — Может, у него план есть, вроде «одна ночь — одна смерть». Или ее вообще дома не было. Или вот тебе еще один вариант — в нем проснулась жалость. Предположений масса. Причем они все могут оказаться правильными, или, наоборот, ни один рядом с правдой рядом не стоял. Последний, думаю, так точно.
— В любом случае надо ее опросить — Николай снова достал смартфон — Так что поехали, прокатимся к безутешной вдове, пообщаемся.
— Зная нашу удачливость, предположу, что тащиться нам придется на другой конец Москвы. Да?
— Представь себе — нет — ответил Нифонтов, глядя на экран смартфона — Семейство Петровых в коттеджном поселке обитает, за городом, и отсюда это не так далеко. Если, конечно, в пробке не залипнем.
Нам повезло, мы не влипли в транспортный коллапс, хотя час на дорогу все же потратили. Причем Николай, как видно, обидевшись на то, что я ему не рассказал о Жанне, большей частью помалкивал, то и дело зачем-то поглядывая в зеркало заднего вида. Кого он там хотел увидеть — понятия не имею.
Коттеджный поселок, в котором обитал покойный ныне Петров оказался куда менее пафосным, чем, к примеру тот, где квартировал мой предыдущий оппонент из свиты колдуна Кузьмы. Так сказать — и дом пониже, и дым пожиже. На въезде вместо плечистых чоповцев дедок-сторож, дома если и не бюджетные, то близко к тому, не замки, скажем так. Да и дороги без разметки, что тоже показатель.
— О, смотри-ка ты, наши — сообщил мне Николай, подъезжая к высокому забору зеленого цвета, из-за которого виднелся довольно-таки красивый домик — Это хорошо, значит мы вдову тепленькой примем.
И правда, около массивной калитки стояла полицейская машина, около которой курили два мужичка, скорее всего следователь и сотрудник прокуратуры. Или еще кто, я в этих частностях не сильно разбираюсь. Так, на уровне сериалов.
— Пойду с ними пошепчусь, пока они не уехали — сообщил мне Нифонтов и шустро покинул машину, сказав мне напоследок — Ты пока не вылезай. Не надо.
— Он чего имеет в виду? — уточнила у меня Жанна — Что значит — тепленькой?
— Не то, о чем ты подумала — пояснил я ей — Наш с тобой друг имеет в виду то, что госпожа Петрова еще не отошла от только что закончившегося допроса и не предалась терзаниям по ушедшему супругу.
— Не друг он мне вовсе — буркнула девушка — И тебе, между прочим, тоже. Ты просто многого не замечаешь, вот так-то!
— Потом меня просветишь на этот счет — отозвался я — Как-нибудь вечерком под чаек.
Николай о чем-то беседовал с коллегами минут пять, после те сели в машину и уехали, а он помахал мне рукой, мол — вылезай, уже можно.
— По второму кругу ее эти парни опрашивали — доставая из кармана сигареты, сообщил мне Нифонтов — Был звонок сверху, велено разобраться детально и доложить незамедлительно. Оказывается, покойные короли древесины еще и на госзаказах сидели, а это уже не шутки. Надо думать, заносили они кому-то серьезному денег, вот он и хочет теперь понять, откуда ветер дует. Сейчас времена непростые, сверху вниз кубарем слететь даже по незначительному поводу можно за секунду.
— И чего нарыли?
— В первом приближении никакого криминала, естественно, нет — щелкнул зажигалкой оперативник — Ну, оно и понятно. Рабочая версия — инфаркт. Думаю, она в результате и останется единственной. Следов насилия нет, пулевых отверстий тоже, яда в крови не обнаружат, и так далее, и тому подобное. Да и откуда этой роскоши взяться? Все же было куда как проще. Раздавил друг Толя другу Саше сердце, как это у нежити обычно и водится, я такое уже не раз и не два видал. Судмедэксперт, понятно, немного удивится, но спишет все на постоянные стрессы, без которых большого бизнеса не бывает. Ну, а после дело закроют и сдадут в архив.
— Что вдова?
— Адекватна, подавлена, показания дала, под подпиской о невыезде автограф поставила без звука. Еще в доме какое-то время ошивался семейный адвокат, но потом, поняв, что его нанимательницу никто в острог волочь не собирается, куда-то уехал. Но это тоже в порядке вещей, у него горячие денечки начались. А нам подобное вообще на руку. Никто под ногами мешаться не будет. Ладно, сейчас докурю и пойдем. Да! Кличут вдову Римма Аркадьевна. Вот такое звучное имечко.
Прямо скажем — не очень обрадовалась нам вышеупомянутая Римма Аркадьевна, это было видно по ее выражению лица.
— Я уже дважды дала показания — устало произнесла она, как только увидела удостоверение Николая — Сколько можно? У меня горе. У меня муж умер. Давайте все опросы перенесем на завтра. А лучше — на послезавтра.
— Рады бы, да не можем — Николай убрал документ в карман — Позволите пройти?
— Прошу — обреченно махнула рукой она —
