искренним воодушевлением накинулась на выпечку.
– Погоди, – буркнула она, глядя на откушенный круассан. – У меня такого дома не было.
– Я сходил в пекарню за углом, – ответил Иво, наконец сделав пару глотков своего кофе.
Его взгляд без особого стеснения спускался то на обтянутую тонкой тканью грудь Пандеи, то на уложенные друг на друга ноги, одной из которых она покачивала, намеренно сев за стол полубоком. Но больше всего он смотрел на её улыбку, которая становилась то шире, то смущённее. В его глазах не было вчерашнего желания, лишь нескрываемое веселье, словно весь её флирт Иво видел насквозь. Она многое слышала о представителях Дома Соблазна, как восторженное, так и уничижительное. Говорили, что тягаться во флирте с ними без толку, но всё же Пандее хотелось попытаться. Вновь увидеть, как темнеет взгляд Иво, ощутить его губы на своих.
Она облизала пальцы, запачканные в джеме. Иво проследил за каждым движением, но единственной его реакцией стал наклон головы со снисходительной улыбкой. Дея притворилась, что не заметила, и решила использовать его же способности против него самого. Она сделала глоток кофе, одновременно вспоминая вчерашние жадные прикосновения, жар тела Иво, крепкие руки, сжимавшие её ягодицы, ощущение его вставшего члена, умелые движения языка.
Иво заметно напрягся, и Дея одарила его доброжелательной улыбкой. Её тело тоже реагировало на воспоминания, но, похоже, не так остро, как это происходило с ним. Иво больше не прикасался к своему кофе, взгляд стал пронзительным, а пальцами он схватился за столешницу, будто мог упасть со стула.
– Не зная правил, не стоит начинать игру, – тихо предупредил Иво, по его губам скользнула усмешка.
Пандея чуяла, что он вполне не против сыграть, но пока сдерживается, не видя в ней соперника.
– Ты про покер? Да, я не сильна в карточных играх, – с притворным недоумением парировала Дея.
Предупреждение лишь раззадорило, и, не глядя на Иво, она слизала крем с маленького пирожного, одновременно представляя продолжение. Как бы он усадил её на этот стол, раздел. Он бы действовал медленно? Нет. Скорее жадно, торопливо. Пандея сжала бёдра, представляя его язык на своём теле, губы на груди.
Иво шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы, его усмешка стала предупреждающей. Пандея сглотнула и отложила пирожное, не в силах проглотить ни кусочка. Воздух стал вязким. Сегодня воскресенье, они могли бы остаться у неё дома.
Внезапный звонок телефона заставил Пандею вздрогнуть и сбиться с мысли. Плечи Иво расслабились. Стараясь не обращать внимания на трепет в теле, Пандея заторопилась на поиски телефона. Тот трезвонил из-под подушек на диване, и пока она его отыскала, повисшее соблазнительное напряжение полностью рассеялось.
– Ник? – удивилась Дея, сняв трубку. – Как ты звонишь? Разве ты не дома?
– Я был дома, но сейчас в Санкт-Данаме. Нам нужно поговорить, – недовольно пробубнил брат, в трубке шумел ветер. Судя по всему, Ник был на улице, а из-за его недовольного тона по спине Пандеи поползли мурашки.
– Что-то случилось? С тобой всё в порядке?
Она видела, что Иво оставил завтрак, прислушиваясь к диалогу.
– Конечно, случилось! Ты не пускаешь меня к себе домой, хотя мы договорись! – отрезал Мениск. – Что у тебя происходит, Дея? То тебя заливают, то недоделанный ремонт, а после ты работаешь по выходным, и всё это именно когда я намереваюсь вернуться. В чём дело? И не ври мне.
– Я не вру, Ник. Квартиру правда пришлось ремонтировать из-за потопа…
– Хорошо, но сейчас ты дома, верно?
– Да.
– Тогда я еду.
– Нет-нет! Погоди! – Пандея нервно глянула на Иво, не зная, что делать.
Ник упрямый, а она не сумеет выдерживать его напор, расколется моментально, а скорее всего, выдаст даже больше, чем нужно, и брат её возненавидит. Она действительно чудовище, о котором он кричал в детстве.
– Где ты, Ник?
– У Переправы.
– Только у Переправы? Нет, Ник, возвращайся домой. Обещаю, в понедельник…
Иво забрал трубку из её дрожащей руки.
– Алло! Мениск? Это Иво, – спокойно заговорил он в трубку, глядя на Дею, которая, тяжело дыша, прижала руки к груди. – Да, тот самый Иво с выставки. Друг архонта Раздора. Верно. Прошу прощения, что задерживаем твою сестру, у нас была для неё работа. Да, даже в выходной.
Иво то отвечал, то прерывался выслушать ответ. Его ладонь легла Дее на плечо в немой поддержке, а сам он если и получил какой-то выговор от Мениска, то никак не продемонстрировал внешне, оставаясь расслабленным.
– Насколько я понял, ты у Переправы. Оставайся там, мы как раз туда собирались.
– Да? – вырвалось у Пандеи, Иво не отреагировал.
– Я понял, ты считаешь, что Пандея от тебя что-то скрывает. Меня? Нет, это вряд ли. – Сперва Иво улыбнулся, после моментально стал серьёзнее, услышав что-то ещё, а затем вернулась мрачная усмешка, хотя голос оставался ровным. – Не трать дыхания на предупреждения, кирий. Твоя сестра не станет встречаться с таким, как я. Она мне не по зубам.
Из-за разницы в тоне и выражении лица Пандея не могла понять, серьёзно ли он так считает или же издевается.
– Пандея всё тебе расскажет на Переправе, мы приедем через час.
Не став слушать ответ, Иво сбросил звонок и передал телефон Дее.
– Что? Какую правду? Нет! – очнулась она. – Я не буду… я не могу рассказать Нику правду, это же кошмар! Он меня возненавидит!
– У тебя менее получаса на сборы, кириа, – будто не слыша, напомнил Иво.
Пандея испуганно замотала головой:
– Нет! Никуда я не поеду! Все показания Ника были уничтожены, всё объяснили галлюцинациями, но ты не видел его, Иво! Ник ужасался и впадал в истерику при виде меня, крича о чудовище.
– Кириа… – попытался встрять Иво, но Дея отмахнулась:
– Нет! Годами ему снились кошмары о том, как я разодрала наших похитителей на части. Он говорил, что одному я разгрызла горло. Я… я ничего не помню, а он видел! Потребовались годы, чтобы он перестал меня бояться! А ведь всё время он был прав! Я не могу!
– Можешь и расскажешь, – строго отрезал Иво.
– Нет! Ни за что!
– Пандея, – осадил Иво, но сразу смягчился, пальцами обхватил её голые плечи, вынуждая слушать. – Ему было девять. Вы оба были детьми, и, конечно, он испугался. Но прошло много лет. Тебя мучали воспоминания, которые ты считала лживыми? Разве они исчезли?
Пандея нехотя мотнула головой.
– Что бы ты предпочла: и дальше думать, что всё было игрой воображения, или же правду, которую узнала?
Дея замерла, раздумывая над ответом. Вопрос был сложнее, чем казался. Оба варианта ей не нравились, она бы хотела никогда не переживать случившегося,
