выполнять ее поручение, а после, не поворачиваясь ко мне, произнесла:
— А теперь слушай, ведьмак, что я от тебя хочу получить в обмен на свою помощь.
Глава 3
— Надеюсь, не душу? — насторожился я. А что, похоже, от этих дам чего угодно можно ожидать. — Если речь про нее, то мой ответ сразу «нет».
— А у ведьмаков есть душа? — удивилась, уж не знаю, всерьез или наигранно, Верея. — Вы разве ее на силу не меняете?
— Мне про это ничего не известно, — теперь немного растерялся и я.
А что, если да? С другой стороны — вряд ли. Такие штуки делаются только по обоюдному согласию, мне же Захар Петрович в то приснопамятное утро на Гоголевском ничего подобного не предлагал, а я, соответственно, ни на что не подписывался. Этот старый хрыч просто поставил меня перед фактом, да и то уже позже, когда в виде призрака заявился ко мне домой ночью.
— Ну, значит, это не так, — миролюбиво предположила Верея. — Да это не столь важно.
— Кому как, — возразил я. — Мне вот моя душа дорога. Кто его знает, как оно там будет? И уж лучше я с ней окажусь, чем без нее.
— Меньше думай на подобные темы — посоветовала мне ворожея — Истину ты все равно узнать не сможешь до той поры, пока сам не окажешься в тех краях, о которых сказал, а гадать, что да как, дело бестолковое. И вообще — тебе нужно зелье из мандрагыра, о котором ты меня просил?
— Нужно, — кивнул я.
— Вот и ладно. Да, ты корень привез? А то, может, и говорить не о чем.
Я молча достал из рюкзака, который прислонил к ножке стола, холщовую тряпицу, в которой лежал мандрагыр, положил ее на стол и развязал узелок.
— Ох ты! — выдохнула Верея, которая, само собой, сразу же поняла, какую ценность видит. Матерая тетка, опытная, такой одного взгляда хватит, чтобы понять, что да как. — Опять ты меня удивил, ведьмак. Не расскажешь, где такое сокровище раздобыл?
— Нет. Это мои дела, при мне они и останутся.
— Твое право. — Пальцы ворожеи невесомо погладили коричневую поверхность корня. — Старый. Мощный. Еще есть?
— Все, что останется от этого куска после выполнения работы, то твое, — сообщил ей я. — Будем считать это оплатой за помощь.
— Ну, что там останется… — протянула женщина.
— Мне известен приблизительный расход корня для таких зелий, — усмехнулся я. — Треть минимум в котел не пойдет, то есть останется в вашей общине. Ну или лично у тебя. Но это меня не касается, сами разбирайтесь.
—Ладно, пусть будет так. Но обещай мне, что если ты надумаешь выставить на торги какое-то количество этой красоты, то я узнаю данную новость первой, — потребовала Верея.
— Идет, — согласился я. — Только сразу скажу — вряд ли. Мне проще набрать частных заказов, чем торговать таким сокровищем. Деньги имеют свойство заканчиваться, а настолько старый корень второй раз фиг найдешь.
— Удивлена, что ты в первый-то его отыскать сумел, — призналась Верея. — Ну а что до зелья… Есть еще одно но.
— Какое? — Я всем нутром понял, что сейчас услышу какую-то гадость. — И сразу — никаких поручений в стиле «пойди туда, убей того» или «найди то, чего на белом свете нет» мне выдавать не надо. Сразу говорю — нет. В этом случае я просто забираю корень и сваливаю отсюда. В конце концов, вы не единственные хранительницы знаний и рецептов из далекого прошлого. Россия велика, найду того, кто мне поможет.
— Найдешь, — не стала со мной спорить Верея. — Вот только время. С ним как? Оно ждать не станет.
— Значит — не судьба. — Я зачерпнул ложечку ежевичного варенья и отправил ее в рот. — Вкусно!
— Ты же ведьмак! — пристыдила меня ворожея — Как там у вас говорится? Не отступать и не сдаваться!
— Никогда ничего подобного не слышал ни от одного из собратьев, — хмыкнул я. — Может, в старые времена что-то такое декларировалось, конечно, но в наши дни подобный лозунг звучит как минимум странно. Ладно, заболтались мы. Что вам еще от меня нужно?
Губы Вереи изогнулись в полуулыбке, она побарабанила пальцами по столу, как видно, испытывая мое терпение.
Или надеясь на мою догадливость?
Стоп!
— Да нет, — я глянул на дверь, за которой недавно скрылась ее дочь, — вы чего? Ей же, по ходу, даже восемнадцати нет. Да если и есть, все равно на фиг надо. Я вам не…
— Ведьмак, ты себя особо не переоценивай, а! — хлопнула ладонью по столу Верея, с лица которой внезапно сползла улыбка. — Ты чего возомнил? Что ты самый умный, всем необходимый, что все только и думают, как бы тобой попользоваться? Вовсе нет. Как в голову-то только пришло, что я под тебя, обалдуя, свою дочь подложу! Тем более что смысла в этом вообще никакого нет.
— Ну, почем вам знать — есть смысл, нет его? — насупился и я. — Мы настолько близко не знакомы.
— И не будем, — заверила меня Верея. — А вообще, я о другом. Ты тут можешь с каждой из нас переспать, только толку не будет. Удовольствие — возможно, но не результат. Не родятся дети у ведьмаков и ворожей никогда. И ведьма от тебя понести не сможет, и мавка, и арысь. Обычная баба — да. С каким-то процентом вероятности, разумеется, но все же сможет. А мы — нет. Природа силы у нас разная, нельзя ей в единое целое сливаться, беда может выйти, потому Род нас и разъединил таким образом на веки вечные. Так что попыхтеть в кровати — это запросто, но и только. И сразу предупрежу — не с моей дочерью! Прокляну так, что никто помочь не сможет.
— Сказал же — сам не стремлюсь, — фыркнул я. — А чего тогда от меня надо-то?
— Это пусть тебе лучше наша старшая расскажет, — неожиданно встала из-за стола Верея. — А я пас. Очень уж ты странные выводы делаешь на ровном месте, себе дороже с тобой общаться. Пошли, я тебя к ней отведу.
Ну, положим, про то, что
