— Со мной, — усмехнувшись, поправил его Сашка. И тут же добавил… прищуром увеличив разделявшее расстояние: — Извини, руки не подаю. Это отец тебе доверял… Пусть и зря.
Тип, весьма даже довольно хохотнул, тут же кивнув вновь. Не Кабарге-Скорповски — собственным мыслям. Потом, не приближаясь, обошел, разглядывая со всех сторон:
— Не самое лучшее место ты выбрал…
Вставший рядом с Ноликом Горевски вопросительно приподнял бровь. Мол, о чем это он?
Сашка на миг опустил голову, потом вновь посмотрел на Валесантери:
— Позже объясню…
— Так они не знали? — закончив круг, обманчиво добродушно фыркнул тип. Вот только взгляд был острым… режущим. — Зачем искал?
— Отдать долг, — Сашка не шевельнулся, но это для тех, кто не в теме.
Тип, поймав волну от того, внутреннего, скрытого телом движения, недовольно поморщился. Горевски — дернулся, демонстративно опустив руку к фиксатору парализатора. Красотка призывно облизнулась, смещая акцент противоборства…
— Это и есть Гросс?
Вопрос Ролика сдвинул происходящее, переставив фигуры. Вроде все те же, но расклад выглядел иначе. Четверо с одной стороны, вдвое больше — с другой.
Остальные предпочли отойти, создав массовку. Рядом, но за чертой. Хоть и невидима, а не переступить…
— Не похож? — Гросс вроде как даже расстроился.
У каждого капитана своя история. А уж у тех, кто наверху… Едва ли не легенды. Всем всё известно, но что из всего этого, которое на слуху — правда?! Да и существовала ли она?!
С Гроссом было так же. Пока числился среди молодых, мало кого интересовал. Если только для галочки.
Досье в соответствующих службах имелось. Голографические снимки — тоже. И в двадцать. И на три… пять… семь стандартов позже. В лице хоть и жесткость, но глаза еще с задором. Да и шлейф за именем тянулся не тот, когда с кровью и списком загубленных жизней, скорее уж с куражом, приправленным романтическим ореолом.
А потом, как отрезало. Лишь имя, как отголосок гуляющих по Окраинам рассказов о подвигах его команды.
Он появлялся и исчезал, чтобы вновь обьявиться, но уже не там, где его ждали. Стоял за Шахином, но сильно не отсвечивал. Айо, дурь, живой товар, технологии… Где-то рядом, но не с ним… пока не стал первым, тут же подобрав под себя все, что осталось от лидера. Хитрый, расчетливый, с тем чутьем, которое помогало выжить, даже когда загоняли в угол.
Чем это было? Милостью Судьбы или ее прихотью?
— А кто вас разберет? — Ролик дернул плечом, переступил с ноги на ногу…
— Стоять! — рык Гросса вдребезги разнес установившееся равновесие.
Звук метнулся, смешивая краски, размазывая в пространстве стремительные, но какие-то нарочито загруженные напряжением перемещения.
— Мать твою… — восхищенно простонала Красотка, с двух сторон зажатая весьма фактурными парнями.
— Кто бы говорил… — хрипло выдавил один из них, ощущая, как вибрирует рядом с его хозяйством раструб волновика.
Второй предпочел вообще ничего не говорить… Не потому что не хотел, не мог. Яд, который успела вогнать ему в шею демоница, к смертельным не относился, но парализовал не хуже оставшегося в фиксаторе оружия.
— Серьезно… — Гросс кивнул в сторону застывшей троицы.
— Могло быть и хуже, — Сашка закинул голову назад. Вздохнул…
Странно, но именно сейчас захотелось жрать. Не есть… именно жрать, набивая брюхо всем, до чего дотянется рука. Залить дешевым вином, пойлом, которое здесь подавали вместо виски, спиртом, который припас Ролик… Припас, чтобы потом… за победу…
А еще хотелось тишины. Просто тишины, когда небо без края, степь, ластившаяся под порывами ветра к земле трава, птицы и… никого вокруг. Лишь он на весь этот невозможный, нереальный мир.
— Ты похож на отца…
— Тварь он, — огрызнулся Сашка, опуская голову. — Ненавижу! — выдохнул, не сдерживая сути. Посмотрел в глаза Гросса… — Ты ведь тоже его ненавидел?
Прошлым не пробило, просто выставило по ранжиру. Разные поколения, но в одном были задатки другого…
— У меня была причина, — вольный не шелохнулся, но для того, чтобы окружающее съежилось до них двоих, хватило и слов.
— У каждого из нас были и есть причины, — равнодушно согласился Сашка. Потом поддернул рукав, выщелкнул из комма слот, протянул Гроссу: — Я не зря сказал про долг.
— Что это? — вольный не торопился протягивать руку.
— У этого, — Сашка кивнул на Горевски, — приказ уничтожить нас обоих. В случе чего…
— Предлагаешь расслабиться? — хохотнул Гросс.
Сашка — не поверил. Все остальные — тоже, уж больно зловеще прозвучало.
— Предлагаю закончить разговор, — отозвался Кабарга-Скорповски. — Захочешь найти — найдешь. Не захочешь…
Когда у горла зашипело выплавленной лезвием плазмы, не шелохнулся, лишь в глазах мелькнуло… разочарованием.
— Пойдешь со мной, — от взгляда Гросса вот это, искреннее, обнаженное в своей прямолинейности безразличие к смерти не ускользнуло.
— Не пойдет, — Горевски тоже не сдвинулся с места, но во всей позе было от готовности.
— Не пойдет, — повторила за ним Красотка. Улыбнулась так, что стали заметны покрытые кротосом клыки.
— Не пойдет, — продолжил Ролик, распахнул полы куртки…
Сашка ухмыльнулся, Гросс задумчиво поморщился. Арсенал выглядел солидно, уравнивая шансы даже в их варианте.
— У тебя есть предложения? — Гросс перевел взгляд на Сашку.
— Они есть у тебя, — тот взглядом указал на слот. — Там все, что касается твоей семьи.
На этот раз убеждать не пришлось. Вольный принял прямоугольник накопителя, втиснул в разъем своего комма.
Глаза на миг стали пустыми…
— Я тебя найду, — Гросс резко развернулся и направился к выходу.
Остальные потянулись за ним, оставив после себя даже не тишину — безмолвие, когда и хотел бы что-то сказать, да слов не находилось.
— А этого забирать не будете? — разбивая и это псевдоспокойствие, поинтересовалась Красотка, успев до того, как напарник того… застывшего, покинет зал.
— А нахрен он нам нужен? — грубо отрезал тот, но вернулся. Подошел к демонице… как раз, чтобы назвать безрассудством. — А ты… ничего! — произнес, наклонившись к самому уху.
— Предлагаешь продолжить? — Красотка приподняла голову… губы вскользь, ненароком коснулись чужого подбородка. — А до утра не сдохнешь?
— Так ты проверь? — скабрезно хохотнул вольный. Вот только глаза смотрели серьезно, с вызовом. — Ну, как?
— Договорились… — Красотка дерзко улыбнулась, ладонью прошлась по его штанам, словно намекая, с чего начнут, когда встретятся в следующий раз. Потом кивнула на парализованного: — Найди кляп. Минут через десять пойдет отходняк…
Красотка уходила последней. Прежде чем покинуть зал, оглянулась, бросив взгляд на тот, другой выход…
Судьба…
Милость или прихоть?! Все, что осталось от него, зацепившего, только имя. Фрай…
Правая рука Гросса… Хоть смейся, хоть плачь, хоть…
Тело двигалось на инстинктах, маршрут отхода вбит до автоматизма. Но тут думай — не думай, а расклад однозначный. У нее своя правда, у него…
— Он — найдет, — Сашка положил руку на плечо, когда добрались до барделя, в котором и устроили лежку. Просто подошел, встал рядом, разделяя на двоих то, с чем одной справиться оказалось не по силам.
— Кто? — не сразу понял обернувшийся Горевски. Потом нахмурился… — Сука ты…
И ведь бросил беззлобно, скорее, срывая не торопившееся отступить напряжение, но все равно горчило.
— Сука, — кивнул Сашка, отойдя к столу, Схватил бутылку с водой, сорвал крышку, захлебываясь, влил в себя половину. Когда откашлялся, вновь посмотрел на Валесантери. В глазах если что-то и было, то глубоко… не добраться. — Слушай приказ, майор… — он медленно выдохнул… кивнул на Красотку: — Со мной пойдет она. Остальные…
Для остальных были свои битвы. Каждому по силам… Для них — то, что сверх меры!
То ли милость. То ли…
Глава 4
* * *
