и Диме? Да нет, это всё просто жуткая боль от страха за подругу. Не любовь. Хотя, нет, любовь, просто другая, любовь к другу, а не к женщине.
Зачем они торчали тут, не понимал ни он, ни Джессика. Мичико приходила несколько раз, а Кристоф разок отлучался, Шан даже не спрашивал куда и зачем. Приходили представители Кен-Шо и генерал от какой-то из рас Согласия, все они о чём-то говорили с Генрихом и Артуром. Шан пытался слушать, но не слышал. Их никто не пытался выпроводить, никто не обращался к ним за их мнением, фактически они просто занимали целый диван в переполненном и без того помещении. А тут и правда было полно людей. Учитывая пару охранников Артура около двери, одновременно в кабинете находилось десять-двенадцать человек, тут даже не было столько мест, чтобы комфортно сесть. Но на их диван, равно как и на кушетку Эбигейл, никто не претендовал.
– Мы должны лететь на Конкордию, – сказал он Джесс после часового молчания и созерцания книжных корешков и обложек в огромном шкафу у стены. – Тут от нас нет толку, а там мы нужны друзьям. Может быть, ещё пара ног…
– Мы должны лететь на Конкордию, – кивнула Джесс. Вот так просто, не надо было ничего объяснять.
– Артур, Генрих, – Шан встал, и почувствовал, как затекли его мышцы за часы на диване. – Дайте нам корабль. Нам нужно туда.
Он даже не пояснял куда. Кристоф посмотрел на него усталым взглядом, выражающим неописуемый никакими словами букет чувств и эмоций.
– Здесь «Марко Поло», он и так планировал лететь, – словно нехотя сообщил Генрих, повернувшись к Артуру.
– На Конкордию лететь можно, это на Землю нельзя, – кивнул Артур, вставая и подходя к окну. – Но вот какой от вас там толк, мистер Чжоу? Вы же не солдат. Нам лучше отправить туда ещё десяток специалистов в разведке с боевыми навыками.
– У вас они есть тут, на Марсе? – спросила Джесс. Да, она права. На Красной планете никто не держал армию, тут всё – под защитой Согласия, кроме нескольких штатных полицейских, из силовиков тут были лишь охранники президента.
– Нет, – вздохнул Артур. – Ладно, я отпускаю «Марко Поло» на Конкордию, кто хочет – может лететь.
– Мы с Мичико тоже летим, – заявил Кристоф. – Мы нашли няню для Касэй, недельку побудем в отъезде без проблем.
– Но ты нужен тут! – возразил Ланге. Что? Зачем ему Ламбер? Шан что-то не знал?
– Прости, Генрих, там я нужен больше, – сухо ответил Крис и подошёл к Шану с Джесс. Чжоу, сам не зная почему, приобнял друга за плечо. Там, за триллионы километров, в страшной беде их подруга. Даже если они ничем не помогут, это меньшее, что они могут сделать.
Раздался звонок, телефон Артура. Президент, всё ещё стоящий у окна, вернулся к столу и принял вызов.
– Айзек?.. – только и сказал он. В его вопросе был миллион оттенков. Шан их все почувствовал. Он вместе с Артуром повторял про себя это имя, вкладывая в один короткий вопрос всё, что можно было спросить.
– Артур, у нас хорошая новость, странная новость и плохая новость. – Эмоции в голосе Кинга бурлили. Телефон был на громкой связи.
– Всегда начинай с хороших, – сказал Генрих, в нетерпении вышагивающий на одном месте возле стола. Шаг к окну, два назад, два к окну, один назад и так далее. Это мельтешение могло бы напрягать плохо знакомого с Ланге человека, но Чжоу Шан не обращал внимания, видел буквально лишь краем глаза. Всем его вниманием владел маленький смартфон на столе.
– Мари жива, её держат в плену… морлоки, – сообщил Айзек. – Их вожак… он передал послание…
– Послание?! – воскликнул Кристоф. Да, в высшей степени странно. Они же… просто животные…
– Да, Крис, – продолжал Кинг. – Они уничтожили один поисковый отряд, но один из парней выжил, ему показали Мари и… дали побеседовать с вожаком. Морлоки оказались умнее, чем мы думали. Они научились говорить по-английски. Коряво, но в целом понятно.
– И что же он сказал? – спросил Артур.
– Я постараюсь дословно передать, – Айзек вздохнул. – «Главный ваш мир главный приходить. Или она умирать. Это – мой мир. Ваш мир наверху. Главный приходить».
– То есть им нужен я, – констатировал президент. Молчание Айка было ответом. Да, судя по всему, Кинг и Волков так же поняли послание. Какое-то время стояла полная тишина.
– Это невозможно! – воскликнул наконец Генрих. Артур, тебе нельзя лететь туда!
– Брось, Генрих, – отмахнулся Уайт. – Инопланетная раса держит в заложниках близкого нам всем человека. И у меня есть шанс убедить их отпустить её. Мне не просто можно, мне нужно быть там.
– Но как же Зоам? – спросил Ланге. – А если ты погибнешь? Или окажешься в заложниках? Ты же президент Земли, у нас тут война галактическая!
– С Зоамом справятся Джулиани и другие агенты, это их работа, я ничем не могу помочь, – он перешёл на шёпот, косясь на Эби в углу. – Если я погибну – я много пожил. Если будет шанс обменять себя на Нойманн и стать заложником – я стану. А что касается меня, как президента… Ты в курсе, что делать.
Ланге больше ничего не сказал, только развёл руками и сел на стул. Артур повернулся к ним.
– Вас четверо, я, четверо моих охранников, кажется, это полный набор, вылетаем немедленно, – заявил он.
– И я, я – десятая! – воскликнула Эбигейл, вскакивая с кушетки. Чёрт, про девочку все забыли.
– Эби… – Артур снял и протёр очки. – Детка, не надо. Я не смогу объяснить твоим родителям, зачем взял тебя в такое опасное место.
– Мне будет безопаснее с вами, разве нет? А тут обо мне кто позаботится? Мистер Ланге? – она подбежала к деду и обняла его. – Я знаю, что нужна вам там. Если ты в опасности, то я буду твоей опорой, дедушка.
– Мистер Президент, – один из охранников вышел из тени в углу комнаты, – мы сможем защитить и вас, и юную Эбигейл.
– Но мы не рекомендуем Вам лететь и вступать в контакт с опасной расой, – сообщил второй.
– У вас два варианта: сопровождать меня и охранять или уволиться и остаться, – сказал Артур и склонился к внучке. – Ладно, ты полетишь со мной. Но только чтобы не свести с ума дядю Генриха, у которого и без того много забот.
Если девочка и обрадовалась решению деда, то во всяком случае сдержала возглас и любые проявления эмоций, осознавая тяжесть ситуации, заставляющей их всех отправиться в путешествие. В целом Шан не очень понимал, зачем Артур позволил внучке лететь с ними, это явно не
