и дерганным движениям рук, что Лойс пытается добиться от экипажа и крейсера… чего-то. На взгляд Сикора всё это было бессмысленно. Офицер уже понял, что корабль обречен. Крейсер находился в центре построения и ближе всего к неожиданно образовавшейся черной дыре. У них изначально не было шансов спастись.
Сам адмирал с удивлением осознал, что вместо подобных чувств испытывает… облегчение. Словно бы с его плеч неожиданно сняли тяжкий груз, всю его жизнь давивший на сердце и душу офицера.
Подойдя к штурману, мрачно смотрящему на выключившуюся панель, Сикор положил руку на плечо мужчины и спокойно произнёс:
— Ты молодец, сынок. Ты сделал больше, чем вообще в силах людей.
Между тем, системы контроля гравитации окончательно прекратили работу, а затем приборы начали переходить на аварийные источники питания. Чувствуя как тело стало невесомым, Роберт схватился за поручень на приборной панели штурмана и обернулся. Предметы, что не были закреплены, как и люди, на мгновение поднялись в воздух, оторвавшись от палубы, а затем их всех бросило на пол. Гул сминающегося металла стал ещё громче, но к нему добавились новые звуки — хлопки и грохот ломающихся переборок, лопающихся блоков управления и приборов…
Чувствуя нарастающую боль и треск собственных костей, Сикор открыл глаза и уставился у на обшивку потолка. Перфорированные металлические квадраты буквально разрывало весте с конструкцией судна, затягиваемого в утробу рукотворной черной дыры.
«Во всяком случае, я избежал участи доживать свои дни никому ненужным никчемным военным пенсионером, — мысленно усмехнулся адмирал, — В какой-то степени, это правильный финал. Я не стал палачом…»
Криво оскалившись, офицер сделал выдох. Однако, из его рта повалила кровавая пена, а боль окончательно затопила разум. Спустя несколько мгновений кости черепа лопнули. Тяжелый авианесущий крейсер «Колин» прожил на несколько секунд дольше. Затем громадный звездолет попросту смяло гравитацией, окончательно добив израненную машину и его экипаж.
* * *
Проведя ладонью по лицу, я фыркнул. Из носа текла кровь. Ожидаемо. Остальные участники мистерии выглядели не лучше. Собственно, почти все они уже несколько минут как лежали без сознания. Лишь Этус меня приятно удивил своей выдержкой и выносливостью.
— Я привычен к долгим и тяжелым магическим экспериментам, — пожал плечами Прайм, заметив мой заинтересованный взгляд, — Опыт, если это можно так назвать.
— Значит, нам остается помочь менее подготовленным товарищам, — хмыкнул я.
Риина, Роберт и недавно добившийся пятого мастерства и регалий магистра Роджер лежали на полу, в отведенных им частях ритуального рисунка. Живые, но полностью «сухие». Их резервы оказались полностью опустошены удивительно масштабной мистерией, которая, неожиданно для всех, оказалась крайне результативной. Во всяком случае, флотские группировки, направлявшиеся к объявившим независимость системам, фактически разбиты. Уцелевшие единичные челноки, корветы и фрегаты назвать боеспособным соединением не повернётся язык даже у самых оптимистично настроенных личностей.
Несколько хуже дела обстояли с парковочными орбитами с резервными звездолетами, находящимися на консервации, складами топлива и перевалочными станциями десантных подразделений. Там организовать столь тотальный разгром не вышло, хотя результаты, на мой взгляд, впечатляющи. Двадцать сем автономных заправочных модуля, хранивших более одного миллиарда и семисот миллионов тонн топлива. Около полутора тысяч законсервированных боевых звездолетов, включая тяжелые крейсера и дредноуты имперской постройки, а так же две из семи станции с расквартированными там бойцами десантно-штурмовых подразделений… И это на фоне фактической гибели сразу пяти полнокровных ударных эскадр, общей численностью две тысячи двести звездолетов.
Вообще, эта цифра поразила меня самого. Структура ритуала, созданного имперскими магистрами-боевиками для противодействия превосходящим флотам противника, обеспечивала «ведущего» всей полнотой информации по происходящему на месте формирования черных дыр. Собственно, даже артефакты-проекторы являлись одним из составных элементов данной мистерии.
Эффективность и расчетливая жестокость такого способа ведения войны не просто поражала, а заставляла задуматься о том с кем ещё, кроме эльдар, алкар, урук-хай и дворфов приходилось сражаться флотам древней Империи. Все эти расы, конечно, сильны, но не столь многочисленны и развиты, чтобы из-за них магистры прошлых веков ломали себе головы, создавая сложнейший ритуальный комплекс.
«Судя по всему, в современных учебниках истории полно белых пятен, скрывающих тяжелые периоды в истории Империи Дракона, — мысленно хмыкнул я, — Иначе бы по столь кошмарных космических сражениях, требующих подобных мер, было известно достаточно большому кругу лиц.»
— Если Вилье скажет, что результаты… не выдающиеся, то я плюну ему в лицо, — вырвалось у меня.
— Сомневаюсь, что ему такое может прийти в голову, — усмехнулся Этус, вместе со мной заливая в рот наших товарищей восстанавливающие и общеукрепляющие зелья.
— Надеюсь, — хмыкнул я.
Что Риина, что остальные наши товарищи по недавней мистерии, пришли в себя достаточно быстро. Правда, судить о причинах резкого пробуждения было сложно. Те зелья, что мы вливали в них, отличаются омерзительным вкусом и ещё более отвратительным запахом.
— Получилось? — спросил Роберт, очнувшись.
— Да, — кивнул я, — Получилось.
Патрик закрыл глаза, словно бы к чему-то прислушиваясь, а затем покачал головой.
— Странно… Я прекрасно понимаю, что сейчас участвовал в массовом убийстве простецов, по большому счету. Хрен его знает сколько там их погибло, но… Почему-то, по этому поводу нет совершенно никаких эмоций. Будто бы я чашку кофе выпил, а не стал массовым убийцей.
— Тебя это пугает? — поинтересовался я, глядя в глаза парня.
— Удивляет, — пожал тот плечами, — Судя по всему, я становлюсь чудовищем, раз так спокойно на всё это реагирую.
— У меня подобное было после первого применения площадного боевого проклятия… «Ливень Смерти», — покачал я головой, вспомнив прошлую жизнь, — Правда, там врагом были эльдар, а не наши же простецы.
— Они уже не наши, — спокойно произнёс Этус, — Эти скоты подняли руку на тех, кто обеспечил расу самой возможностью выживания. Устроили геноцид своих же собратьев в качестве благодарность за все то хорошее, что было нами сделано… Они теперь не наши. Они враги.
— Знаю, — кивнул я, — Просто… когда-то мне думалось, что все люди — свои.
— Увы, но нет. Среди нас, как ты успел заметить, хватает гнилых тварей, — мрачно вдохнул Прайм, помогая подняться Янгу, — Чтобы наша раса выжила, от подобных ублюдков надо избавляться. Они воспитают себе подобных, идя по головам нормальных людей. И так будет поколение за поколением… А потом наша раса вымрет, потому как некому будет сражаться — останутся только трусливые мрази, способные лишь на подлость и предательство.
— Там… Экипажи выполняли приказы. Сомневаюсь, что все они ни разу
