коттедж на время практики. Беседка была меньше каюты на крейсере! Лежанка, окно, столик, низкий табурет и сундук. Циновка на полу. Все. Я с ужасом подумала о душе и туалете.
— Кидай сумку, пошли, покажу медпункт. Не бойся, у нас не крадут, — засмеялся Ландо, наблюдая как я пытаюсь опустить циновку, предназначенную закрывать вход.
— У меня тут ценные инструменты и препараты, — возразила я.
— Кидай в сундук. Запирается.
На сундуке красовался магнитный кодовый замок вполне привычного вида, и я сунула сумку внутрь.
После беседки я ожидала медпункт в виде полотняного навеса над грубо сколоченным столом. Хижину на сваях. Сарай из бревен с щелями с палец. Шалаш! Но отдельное одноэтажное здание поразило мое воображение. Оно было оборудовано не хуже, чем лаборатория профессора Мурлей! И содержалось в идеальном порядке, насколько я могла судить. Даже медикап имелся, и не самой древней модели. В клинике такие же были.
— Тут полно всяких ваших лекарских штук, — опасливо сообщил Ланцо. — я них не разбираюсь.
— Я разбираюсь, — успокоила парня. — Лекарства когда поступали? Есть список?
— Смотри сама на инфоконсоли, в столе журналы, в шкафах коробки и флаконы. Сейф есть и холодильник. Так я пошел?
Получив уверения, что до «коттеджа» я дойду сама, Ланцо исчез.
А я обнаружила очень современный, сверкающий чистотой санитарный блок и малодушно решила немедленно им воспользоваться. Должны же у лекаря быть свои маленькие радости? С морской солью и апельсиновым маслом?
Глава 20
Несколько дней прошли, как на курорте. Я спала, ела, гуляла по полям.
Мне дали внутренние допуски, но нуждающихся во мне, как в целителе, не было. Рабочие и работницы были здоровы, как скальные ящеры, и так же недружелюбны. Они поднимались задолго до рассвета, чтоб собирать лепестки цветов, в которых именно в 3–4 часа было максимальное количество эфирных масел, поэтому утром были хмурыми и неразговорчивыми. После завтрака их увозил на другие поля старикан Ольмо на своей таратайке. Привозил к вечеру, вместе с крафт-мешками собранных цветочных головок. После ужина, в сушильне их сортировали, раскладывали на поддоны, часть заливали спиртами и маслами, часть начинали томить в перегонных кубах на паровой бане, получая дистиллят. В лабораторию, а скорее фабрику, занимающую две стороны огромного квадрата строений, меня не пустили. Туда и сборщиков не пускали. Но мне секреты производства элитной косметики совершенно не были нужны, я не расстроилась.
Навела порядок в медблоке, провела генеральную уборку и инвентаризацию, зарядила все, что требовало подзарядки. От скуки читала записи предыдущих лекарей. Ничего сложнее вывихнутого пальца или укуса летающего агура. По всей видимости, инженер, отвечающий за безопасность, был невероятно добросовестным специалистом и тщательно проводил инструктаж перед началом работы. Пьянство, драки пресекались моментально, провинившиеся тут же депортировались. С заходом солнца все спали.
Я сделала запись в дневнике «Происшествий нет» и покинула блок. Спать не хотелось. Шляться по темным пустынным полям под светом трех лун не тянуло. Меня предупредили, что ночью агуры особенно активны и могут налететь стаей, обескровив человека за пару часов. Может, пугали, а может, и нет. Проверять не стала.
Залезла на вышку с биноклем. С вышки днем специальный дозорный следил за работой ветряков, которых тут тоже имелись целые поля. Энергии фабрика жрала пропасть. Если имелись неполадки, туда вылетали Йорг с Винсом и чинили. Ежедневно облетали поля. Но драли носы и никогда не предлагали прокатиться. Хотя времени у меня было навалом, и флайт не развалился бы от моего веса.
Полюбовавшись в бинокль на безлюдные горизонты, попялилась на луны. В живой изгороди жили светлячки и теперь светились, как россыпь белых и голубых фонариков. Звезды в небе и их отражение на земле. Очень романтично.
Я решила, что и мне пора ложиться. И вдруг заметила у стены фабрики движение. Незнакомый флайт и незнакомые люди сгружали ящики в приемный люк — наклонный желоб, по которому они попадали на склад. Мелькнула полная фигура Инцу, раздался смех. Я успокоилась. Подумаешь, ночью что-то привезли, значит, днем не успели. Или то, что привезли, солнечного света не переносит, бывают реагенты очень чувствительные к свету. Мне какое дело? Совершенно никакого.
Я здорово натренировалась в пеших прогулках и однажды дошла до поместья хозяина, нэра Ринно. Дворец, изящный двухэтажный дворец из розового камня, фонтаны, кипарисы, пестрые клумбы не для дела, а для красоты. Инни захлебнулась от восторга, а Нанни презрительно бы дернула носиком. У семьи Одаль загородное поместье было наверняка не хуже. Жаль посмотреть не успела. Я положила руки на прутья решетки, чтоб получше рассмотреть скульптуры, и ко мне тут же подлетел дрон.
— Предьявите допуск, — проскрипел он.
Я потянула руку с идентификационным браслетом.
— В доступе отказано. Немедленно покиньте частную территорию.
Я пожала плечами и пошла обратно. Не очень-то и хотелось.
Однако с территории поднялся флаер. Хищный, вооруженный. Не плоская красная каракатица, как у Винса с Йоргом, а серьезная военная машина. Завис в трех метрах, направив на меня пушки.
— Поднимите руки за голову! — прозвучала команда.
— Вы там совсем сдурели⁈ — прошипела, но команду выполнила.
Флайт опустился, из него выпрыгнули два огромных мордоворота, при виде которых у меня ослабли ноги. Все, меня разоблачили, сейчас заставят вернуть все честно позаимствованные у семьи Одаль средства. Меня ликвидируют и прикопают под кустом.
— Медслужба? И какого слизня ты не в медблоке?
— Гуляла в свободное от работы время, — сквозь зубы пояснила. — Это полезная циклическая нагрузка, способствующая кровообращению и укреплению абсолютно всех групп мышц тела.
— Хы-ы, правда, лекарь! — хохотнул второй, поигрывая дубинкой.
— Ага. Ну залезай. Хозяин хочет на тебя посмотреть.
Через пять минут флайт опустился на площадку перед розовым дворцом.
— Стоять! — меня проверили сканером, похлопали по карманам, особенно усердно в области груди и попы. Промахнулись: то, что есть, очень скромненькое, разгуляться совершенно негде.
— Тебе туда. Топай и не сворачивай.
— Спасибо, жаба. Ты очень любезен
По хрустящей дорожке из мелкой гальки, среди рядов высоких кипарисов вышла к бассейну. В тени зонтика возлежал на шезлонге с планшетом, видимо, сам хозяин. Я оценила и дорогой блестящий халат, и навороченный планшет. Мужчина встал при мое появлении и протянул руку.
— Позвольте представиться, Ингвар Ринно, прекрасная нэра.
— Нэина Шин, — отозвалась я. — У вас очень красивый дом.
— Благодарю. Прошу вас, присядьте сюда, в тень, — нэр Ринно щелкнул пальцами и тут же подкатился бот-официант с напитками.
Пить хотелось. Я выбрала бесцветный напиток, надеясь, что там вода, а не алкоголь. Кто же будет пить на жаре? Лично мне одного раза хватило,
