темно-коричневого «Кристалла», и они выпили. Ольга стояла между ними, обнимая их и улыбаясь, и оба чувствовали ее тепло.
«Па, у тебя скоро появится внук, – сказал Ставр, чувствуя легкое головокружение. – Или ты желаешь внучку?»
Отец смотрел на него с изумлением и недоверием, и Ставр добавил:
«Во всяком случае, невестка появится точно. Ты ничего не имеешь против Виданы Железовской?»
Прохор потянулся к нему через стол, и тень Виданы обняла их обоих, как обнимала только что тень Ольги; обе тени слились.
«Только у меня просьба. Загрузите ее какой-нибудь работой в вашем аналит-центре. Она рвется в бой вместе со мной, а я буду ходить там, где ей не пройти».
«Хорошо, нет проблем. Когда ты?..» – Прохор не договорил, Ставр остановил его жестом: кто-то «ощупывал» дом со всех сторон недобрым взглядом. Но это был не эмиссар ФАГа, а деятель рангом пониже.
«Ты никого не ждешь, отец?»
«Должен был прийти Герцог».
«Это не Герцог. – Ставр сосредоточился, выходя на уровень инсайта. – Это К-мигрант Григ и представители отдела безопасности. Видимо, по твою душу, отец. Тебе нельзя было появляться дома. Хорошо, что я здесь».
«У нас еще есть время…»
«Не торопись, я хочу кое-что выяснить, пусть войдут».
В течение следующих двух-трех минут дом был окружен со всех сторон силами отдела безопасности, настроенными весьма решительно, и в дверь позвонили. Первыми в прихожую вошли два офицера службы общественного порядка, удивленные радушным приемом, и К-мигрант в форме официала безопасности.
– Проходите, проходите, – позвал их Прохор из гостиной, – не стойте на пороге.
– Так, и младший здесь, – констатировал Григ, появляясь в гостиной. – Очень хорошо, можно закрывать розыск. Господа, вы обвиняетесь в террористической деятельности и подлежите задержанию. Вот ордер на арест. – К-мигрант вытащил белый квадратик, над которым сформировалась светящаяся эмблема прокурорского надзора. – Дом окружен, сопротивление бессмысленно.
– А если мы будем сопротивляться? – поинтересовался Прохор.
– Будете уничтожены. – Григ кивнул одному из офицеров, тот вышел и вернулся с небольшой аэроплатформой, на которой лежал омерзительно живой на вид «слизняк».
– Младший знает, что это такое, – сказал Григ. – Какие-нибудь разъяснения еще требуются?
Это был тот самый «слизняк», пожиратель материи, что напал на Акутагаву во время боя с К-мигрантами, но сейчас он был свернут и ждал команды.
– Что же это вы постеснялись взять с собой гуррах? – с иронией спросил Прохор. – Это ведь их оружие.
Трехзрачковые глаза Грига затуманились. Иронии он не понял и силился разгадать ее смысл.
– Выходите, поговорим в другом месте.
– Позвольте задать только один вопрос, – тихо проговорил Ставр. – Зачем вы взяли Аристарха Железовского и держите на базе гуррах?
К-мигрант некоторое время стоял неподвижно, мигнул дважды, соображая, потом отступил в сторону.
– Взять их!
В то же мгновение комната заполнилась людьми, вернее, двойниками Ставра и Прохора, образовавшими внушительную толпу.
– Берите, – сказали они хором. – Кого именно брать будете?
Офицеры нерешительно остановились, оглядываясь на К-мигранта. Тот исподлобья оглядел «толпу», выбрал двоих:
– Этих!
Он ошибся, и Ставр мог бы отпустить безопасников с фантомами, но у него возникла другая идея.
«Стоять!» – скомандовал он на уровне рефлекторного управления органами человеческого тела, и офицеры застыли, скованные «браслетами» временного паралича мышц.
На Грига эта команда не подействовала, и Ставр, напрягшись, «влез» в его мозг и «отключил» связь с двигательным аппаратом, а заодно выяснил, как управлять «слизняком».
Прохор посмотрел на сына понимающе.
«Что ты с ними сделал?»
«Уходим, – ответил Ставр. – Эти ребятки побудут здесь, пока мы не исчезнем. Но вам в «контр-3» стоит подумать, почему тебя застукали дома сразу же после твоего появления. Если бы за домом велось наблюдение, я бы почуял».
Усилием воли он толкнул «слизняка», направляя его на нужный объект, и тот, развернувшись в двухметровую «простыню», прыгнул на К-мигранта.
«Черт! – сказал Прохор, глядя на то место, где только что стоял Григ. – Никак не привыкну! Может, не стоило с ним так… сурово?»
– Они… убили маму! – хрипло ответил Ставр. – И многих других.
Прохор кивнул, переводя взгляд с застывших офицеров на сына.
– Значит, ты и в самом деле… файвер?
Вместо ответа Ставр убрал двойников, оставив двоих, преобразовал облик отца и свой так, что они стали неотличимы от офицеров безопасности, вырастил фантом К-мигранта, и все «пятеро» потопали к выходу.
В саду они сели в патрульный птеран, освободив его от оперативников, взлетели. Сопровождавшая их обойма конвоиров поняла, что происходит что-то не то, когда птеран с задержанными сел возле метро и его пассажиры исчезли в общем зале.
Вышли Панкратовы в хижине Грехова на Сахалине.
Прохор ничего не спрашивал, только думал о чем-то, изредка посматривая на сына внимательно и с какой-то печалью. Ставр не мешал ему, исподволь готовясь к сеансу связи с Греховым. Большой эйдос теперь не пугал его, но требовал глубокой концентрации.
Грехов ответил быстро, словно ждал Панкратова:
«Файвер, не выходи больше в Большое поле, на тебя охотится эгрегор Алсаддана. Где ты?»
«У тебя на острове. Отец хочет поговорить с Сеятелем, устрой им встречу».
«Сейчас буду».
Ставр почувствовал затылком дыхание чужой воли, знакомой по эмоциональному насыщению и внушаемой угрозе, быстро свернулся и вышел из поля Сил.
«Сейчас прискачет Габриэль».
«Я так и понял, что это его обиталище. Соки у него какие-нибудь есть? Во рту
