не ждал и на птеран Влада, смутно видимый в тумане, таращился как на привидение. Кладоискатель подвел аппарат вплотную к скальному уступу, открыл боковой люк, человек на уступе зашевелился, соскользнул на крыло птерана, с трудом влез в кабину, откидывая капюшон. Зарычал гепард, обнажая клыки. Влад оглянулся и слегка вздрогнул. На него смотрело темно-коричневое лицо мутанта-афроида: голый шишковатый череп, широкий лоб, огромный широкий нос жителя гор, узкие длинные губы, почти полное отсутствие подбородка и выпуклые круглые глаза с кольцом серебристого пуха вокруг.
Спасенный Владом человек принадлежал к расе чернокожих людей, приспособившихся жить высоко в горах при малой плотности воздуха и почти полном отсутствии воды. Но все же это были не гоминоиды, а видоизменившиеся люди, имеющие такой же аппарат мышления, говорящие на тех же языках, пытающиеся выжить в суровых условиях высокогорных плато.
– Может, мне лучше сразу вылезти обратно? – растянул губы в улыбке мутант, по-своему оценив замешательство пилота. Говорил он на континентальном русайзийском языке, но с шипящим акцентом африканских островитян.
Влад молча закрыл люк, поднял птеран вверх, выводя его из кратера уснувшего вулкана.
Секам продолжал тихо ворчать, не спуская с пассажира горящих глаз. Тот проговорил с уважением:
– Мощная зверюга! И умная – чует отличие. Высади меня у подножия этой горки, друг, там моя лодка.
– Я могу доставить тебя на материк.
– Спасибо, не надо. За мной кое-кто охотится, и я не хотел бы с этими охотниками встречаться.
Влад оглянулся, не скрыв любопытства.
– Что за охотники? Кочевники?
– Ты о переселенцах с Земли слышал? Во время Катастрофы люди переселились на другую планету…
– На Гею.
– Значит, слышал. Так вот, эти охотники оттуда. Сам не знаю, как мне удалось от них уйти.
– Почему они за тобой охотятся?
– Я видел то, что не должен был видеть. Пришлось бежать. С тех пор скоро уже полгода, как я мыкаюсь по родной планете. Обнаружил эти острова, нашел убежище, кое-какие запасы продовольствия.
Влад посадил птеран на воду рядом с лодкой спасенного, вполне современной на вид, с водометным движителем и защитным лобовым стеклом. Незнакомец-афроид, одетый в необычного покроя бордовый кафтан, красные брюки и сапоги, перебрался в лодку, не очень высокий, но широкий, коротконогий, с выпуклой грудью и длинными руками. Посмотрел на Влада.
– Ты кладоискатель?
– А ты разве нет? – усмехнулся Влад.
– Я нет, – в свою очередь раздвинул в усмешке губы коричневолицый. – Был ученым, изучал нагуали, теперь вот беглец и бродяга. А что ты ищешь? Что-нибудь конкретное?
– Как всегда, – уклончиво сказал Влад. – Пищу, оружие, что попадется.
– А как ты меня отыскал в таком тумане? Тут специально будешь искать – не найдешь.
– Я интраморф, – сухо сказал Влад.
Незнакомец задумчиво прошелся взглядом по лицу молодого искателя, почесал свой уродливый нос, кивнул сам себе:
– Я у тебя в неоплатном долгу, но все же кое-чем ответить смогу. Хочешь посмотреть? Я тут нашел одну древнюю посудину.
Влад раздумывал недолго:
– Залезай обратно.
– Лучше ты ко мне садись, тут недалеко. Машину свою и зверя здесь оставь, никуда они не денутся.
Влад осторожно пощупал ауру собеседника сенсинг-сферой, злобных и предательских намерений в мыслях мутанта не обнаружил и перелез к нему в лодку, мысленно приказав Секаму ждать хозяина и охранять аппарат.
Владелец лодки включил двигатель, суденышко резво побежало сквозь стелющиеся по свинцово-серой воде слои тумана.
– Меня зовут Уанкайова, а тебя? – оглянулся афроид.
– Влад, – коротко отозвался кладоискатель.
– Чем занимаешься, кроме искательства?
– Всем понемножку, – покраснел молодой воин.
– Понятно, специалист широкого профиля, так сказать. Что заканчивал, семинарию?
– Ранарию.
– О, это уже неплохо, я думал, ты совсем юнец. Я мог бы взять тебя в ученики, не хочешь заняться исследованием нагуалей? Я тут оборудовал небольшую лабораторию, подсобрал кое-какой инструмент, аппаратуру, оборудование. В здешних местах много чего можно найти.
– Спасибо, я подумаю, – вежливо пообещал Влад.
– Буду рад, если когда-нибудь увижу тебя еще раз. Кстати, а что такое, по-твоему, нагуаль?
– Чужой Закон, – вспомнил Влад «Свод истин» прадеда. – Или асимметричное вакуумное возбуждение островного типа. – Он подумал и добавил: – Иногда нагуаль называют потенциальной ямой бесконечной глубины. Но вряд ли его можно выразить словами.
Уанкайова оглянулся, в его глазах вспыхнули искры интереса и уважения.
– Вижу, ты действительно неординарный кладоискатель. А человеческий язык на самом деле слишком беден, чтобы выразить то, что можно только почувствовать, он не может передать всю сложность и красоту основ Мироздания.
– Разве ты знаешь, что такое нагуаль?
– Точно – нет, но у меня есть версия, которая позволяет непротиворечиво решать фундаментальные уравнения, хотя они и не обладают абсолютной предсказуемостью в областях, где справедливы принципы общей теории поля.
Лодка приблизилась к высокому берегу лагуны, заскользила вдоль крутых обрывистых берегов, повторяя их изгибы.
– В двух словах смысл нагуаля я, конечно, не передам, – продолжал мутант, – но попробую. Если ты закончил ранарию, то должен знать, что при остывании нашего метагалактического домена из вакуума рождались поля-частицы шести разных классов…
– Правая и левая материя, – не удержался Влад, тут же кляня себя за несдержанность.
– Молодец, помнишь. В нашем домене реализовалась
