хрустом и звоном, рассыпаясь на осколки.
Верблюд шевельнул ушами.
Кроули облился потом, дёрнул за поводья, заставляя скакуна попятиться.
Движение в недрах белоснежного массива прекратилось. Слышался лишь затихающий цокот, будто в глубине «коралла» бежал по металлу мелкий когтистый зверёк.
– Диаболо! – выдохнул Али, всматриваясь в дыры и арки массива. Вытер пот со лба. – Что тут происходит?
Отвалился ещё один кустик «мха», разбился в стеклянно-снежную пыль.
Али догадался, что стал свидетелем процесса разрушения древней развалины. Материал её «мха-лишайника» потерял устойчивость, монолитность и твёрдость, истончился, и теперь Орилоух-Гора постепенно оплывала, таяла, разрушалась, грозя в скором времени осесть и испариться.
Желание что-то искать в недрах Горы прошло.
Был бы у меня флайт, подумал Али со вздохом.
Сломалась ещё одна ветка «коралла».
Кроули вздрогнул, развернул верблюда и погнал назад, к отряду.
Файзулла встретил его в километре от стоянки, на вершине бугра.
– Всё в порядке?
– Поднимай сотню, – хмуро буркнул Али.
– Мы теряем…
– Заткнись!
Афганоид молча развернул верблюда и поскакал к отряду.
Вскоре вся сотня мчалась вслед за командиром мимо склонов Орилоух-Горы, поглядывая на неё с удивлением и опаской. Большинство боевиков сотни ни разу не видели это чудо природы и принимали его за необычное естественное образование. Те же, кто знал истинную сущность Горы, помалкивали.
Через несколько часов белый купол бывшей планеты скрылся в мареве воздуха, превратился в призрачное облачко на горизонте.
Остановились у небольшого озерца с жёлтой водой, окружённого стелющимся кустарником и кольцом жёсткой синей травы.
Отряд спешился, верблюды спустились к воде.
Файзулла подошёл к Али, достал карту.
– Мы сильно отклонились к нижвеку. Надо идти к правеку на двенадцать.
– Отдохнём пару часов и поедем, – буркнул Кроули, разворачивая кошму и устраиваясь подальше от озера, от которого несло смрадом.
Такие озёра встречались редко и являлись частью природы Великой Равнины. В отличие от «павших» озёр, получившихся при таянии упавших с Земли и Геи ледяных глыб, они были заполнены солевым рассолом, и пить воду из них могли только верблюды.
Кроули глотнул из фляги рому, повозился, устраиваясь поудобней и глядя в белёсое небо. Через минуту он уже спал.
Отдых, однако, продлился втрое дольше, чем он рассчитывал. Хотя никто ему никаких претензий не предъявил, даже Файзулла. Всем требовалось расслабиться, и уставшие боевики, так же, как и командир, с удовольствием выспались.
Али накормили вяленой верблюжатиной, напоили горячим копчаем, и он почувствовал возрождающийся интерес к приключениям. Подозвал помощника:
– Как ты предлагал ехать?
Файзулла развернул карту.
– Сто километров вдоль Комариной Пади, потом к правеку на двенадцать градусов, объедем земли индариев и через пару дней будем на границе Дебрянской латифундии.
Возразить было нечего, и Кроули кивнул:
– В седло!
Сотня с гиканьем и свистом поскакала прочь от озера. Отдохнувшие боевики повеселели и не прочь были подурачиться.
Больше двух часов объезжали двухсоткилометровую Комариную Падь – гигантское болото, обжитое комарами-мутантами величиной с кулак. Поговаривали, что комары организовали нечто вроде искусственного поселения и обрели разум. Но Али в это не верил, считая насекомых лишь частью природной системы, призванной дополнять естественное разнообразие и кормить более развитые формы жизни.
Комары не обратили на них внимания.
Было заметно, что над Падью стоит густой серый туман – насекомые взлетели из своих «гнёзд», но поскольку отряд двигался мимо, сторожевая система комароидов не подала сигнала тревоги.
К полудню, когда светящаяся жила Зиона зависла над головами всадников, Али снова устроил привал. Захотелось покуражиться над кем-нибудь, разрядиться. Но, бросив взгляд на бесстрастное смуглое лицо Файзуллы, он сдержался. Правда, ненадолго.
К вечеру отряд достиг границ Индарийской общины, и Али решил расслабиться, навестить одну из деревень общины, славившейся красотой своих женщин.
– Потеряем время, – привычно завёл свою песню Файзулла.
– Пошёл к дьяволу! – оскалил зубы Кроули. – Я знаю, что делаю! Не хочешь идти со мной, веди отряд на правек, к озеру Брама. Я вас догоню.
– Но мне приказано…
– Приказы отдаю я! – окончательно взбеленился Али. – Заруби это себе на носу! Ещё раз гавкнешь мне про инструкции отца – отправлю назад в Закр!
Лицо Файзуллы осталось каменно-неподвижным.
– Я только хотел…
– Понял?!
– Так точно.
– Исполнять! – Кроули пришпорил верблюда, оглянулся на скаку. – Десятки Башкана и Кута – за мной!
Файзулла проводил глазами опадающий хвост пыли за всадниками и скомандовал остальному отряду следовать за ним.
Стычка
Переплыли море без эксцессов.
Тартарианин отстал: то ли вернулся на Зем-Гору, то ли утонул.
У Ясена родился вопрос – как он вообще добрался до Горы? – и отец предположил, что это совсем другой тартарианин, не тот, с которым они воевали в Жуковце. На второй вопрос сына: каким образом тартариане поддерживают связь, передавая друг другу информацию? – Влад не ответил, этого он не
