Ознакомительная версия. Доступно 38 страниц из 247
Хозяйка сбросила туфли, упорхнула в бытовой отсек квартиры.
– Проходи, я сейчас.
Игнат, озираясь, проследовал в гостиную.
Здесь царил необычный порядок, основанный на пластичных видеоконструкциях. Интерьер комнаты был продуман до мелочей и, судя по всему, отражал желание хозяйки жить в ногу со временем.
Гостиная была небольшой, метров на тридцать пять, но ее «дымящиеся» стены необычной конфигурации, «небесной голубизны и летучести» потолок, «ледяной» пол создавали иллюзию необъятности и безмерной дали, а стоящие на полу пушистые «облачные» диваны и кресла, а также летающие «одуванчики» каких-то меняющих форму скульптур заставляли вспоминать деловые пристрастия Лилии: все-таки она была ученым-ксенологом и всю жизнь изучала инобытие.
Она появилась через несколько минут в легкой туманно-золотистой тунике (без лифчика, что тут же отметил острый глаз Игната), держа в руках бокалы с какой-то оранжевой, с зелеными бликами, жидкостью.
– Держи, это релакс-коктейль, очень вкусная штука на основе природных компонентов, трав и плодов. Меня дед научил готовить, когда я еще маленькая была. Пойдем в рабхауз?
– Куда? – не понял Игнат.
– В кабинет. Дед его рабхаузом называл.
– Мне все равно. Можем побеседовать и здесь.
– В кабинете я покажу тебе кое-какие компьютерные зарисовки.
Они вышли из гостиной, отражавшей пропорции каких-то иных математических законов, миновали хозблок и оказались в ином мире, где царствовала совсем другая – фрактальная – геометрия.
Не то чтобы Игнат растерялся, но был шокирован, когда вокруг выросли многослойные зеркальные пленки, отразившие его и Лилию, уходившие в бесконечность, где можно было потеряться и раствориться без следа.
Ничего твердого, основательного, привычного глаз здесь не видел. Все было зыбко, неустойчиво, призрачно, и любое движение вызывало тихую бурю отражений в зеркальных лоскутах, повторяющих каждую позу и жест гостя.
– Нравится? – спросила Лилия. – Или лучше убрать?
– Я вижу, ты любишь неземную геометрию.
– Диссипативные гармонические ряды. Этот интерьер настраивает меня на работу, повышает тонус.
– Мой тонус повышает обычный земной пейзаж. Хотя изредка хочется иных ландшафтных сочетаний. Я даже пугаюсь, что мне нравятся странные неформы.
– Бесформенность?
– Нет, я не могу назвать это бесформенностью. В снах я часто вижу композиции, которые можно принципиально назвать неформами. Мама говорит, что я вижу мир, где жили гиперптериды, так как она когда-то контактировала с «джинном» Лам-кой.
– Твоя мама тоже сотрудничала с ФСБ?
– В каком-то смысле, – усмехнулся Игнат. – А вообще она родилась на Полюсе Недоступности, где мы с тобой побывали и где ее встретил отец. Просто мама попала на Землю в самую горячую пору войны с «джиннами», потом с моллюскорами и была все время с отцом. А он был безопасником. Почему ты спросила об этом?
– Твоя мама могла пережить стрессовые ситуации, и это отложилось в ее психике на генетическом уровне.
– Ты думаешь, я мутант?
– Нет, не думаю, – смутилась Лилия. – Но твои сны отражают какие-то реалии, переживания отца или мамы, это же очевидно. Мне тоже снятся странные сны, и я уверена, что их база заложена еще дедом, потому что его не раз могли убить, а потом он стал проводником ангелоидов.
– Отец рассказывал мне об этом, – кивнул Игнат. – Через твоего деда с моими предками действительно разговаривали наши потомки, которых он называл ангелоидами. Запись беседы хранится в банке данных конторы. А ты какие видишь сны?
Лилия снова смутилась.
– Не знаю, как это передать словами. Если ты видишь неформы, то я вижу… м-м… перетекание качеств. Понимаешь?
– Не совсем.
– Я вижу, как твердое становится мягким и исчезает вовсе, как горячее становится холодным…
– Синестезия, – определил он, – смешение чувств. Со мной тоже такое бывает. Я начинаю видеть предметы изнутри, ощущать потоки излучений, колебания полей. Могу даже осязать запахи и видеть кожей.
– Во сне все по-другому…
– Согласен. Тему мы затронули интересную, но меня сейчас больше занимает наш УММ. Что это такое конкретно?
Лилия допила коктейль, повела рукой, и тающая текучесть пространства кабинета уступила место привычным, мерцающим изнутри стенам. Проявились изящный прозрачный столик, «кактус» вириала инка, ниши с объемными витейрами, зеркала, статуэтка в виде змеи, стоящей на хвосте, но с головой женщины.
– Еще будешь?
– Нет, спасибо, – отставил бокал Игнат.
– Мне придется начать издалека.
– Я весь внимание.
– Тогда слушай и вникай, – строго сказала девушка. – Если что будет непонятно – спрашивай.
Игнат с готовностью кивнул.
Глава 14
УММ должен быть умным
(продолжение)
Концепция эволюционных рядов, или рядов развития материи, была разработана еще в двадцать первом веке. С ее позиций Вселенная с момента Большого Взрыва постепенно усложнялась, переходя от уровня к уровню организованных систем.
Сначала возникли элементарные частицы: кварки и антикварки, нейтрино, электроны, мезоны, протоны.
Затем образовались атомы.
Из атомов сложились молекулы. Началась химическая эра развития материальных систем, которая привела к появлению органических соединений, в том числе – на конечном этапе – таких сложных, как нуклеиновые кислоты.
На вершине химической эволюции возникло новое качество сложно упорядоченной в пространстве системы, называемое жизнью.
Сначала это были простенькие коацерваты, археобактерии, напоминающие современные вирусы. Затем их усложнение привело к возникновению одноклеточных, а чуть позже (с точки зрения вечности) – многоклеточных организмов, пока не была пройдена вся иерархия уровней биологической эволюции.
В ходе эволюции появились микроорганизмы, растения и животные. На Земле их количество составило, по разным оценкам, от тридцати до ста миллионов видов. В Космосе – на несколько порядков больше, что получило подтверждение после выхода человека за пределы Солнечной системы.
Развитие мира животных привело к появлению млекопитающих и человека, формирование которого означало переход эволюции на качественно иную ступень структуризации материи. Сам человек назвал эту ступень разумом.
Все это Игнат в принципе знал, однако выслушал речь Лилии со вниманием, не перебивая девушку лишний раз.
– Все понятно? – спросила она, оценивая его смиренную позу.
– Так точно, учитель! – вытянулся Игнат.
Девушка посмотрела на него с сомнением, и он поспешно добавил:
– Знания не роскошь, учитель, а средство для околпачивания непосвященных.
Ознакомительная версия. Доступно 38 страниц из 247
