После переодевания Дентор, Палек и Канса на такси поехали напрямую за город в указанный Ольгой ресторан. Яна и Саматта же отправились на склад для встречи с северянками. Этот пункт плана вызвал наибольшие возражения у Дентора, указывавшего на риск разделения и вообще чрезмерные усложнения. Однако Саматта все же сумел убедить его, что для управления двумя джипами нужно всего два человека, а от проблем с Ольгой его подстрахует Яна, способная заранее насторожиться в случае предательства с ее стороны. Дентор, хотя и нехотя согласился, все же явно нервничал. Особенно его угнетало, что он не может напрямую оставаться в контакте с Саматтой.
— А все-таки жаль, что мы дворец Великого Скотовода как следует не посмотрели, — тихонько вздохнула Канса. — Когда еще мы сюда попадем?
— Кару выручим и еще раз приедем, — успокаивающе проговорил Палек. — Продам еще пару картин — вот и наберем на нормальное путешествие. Тогда уже и по городу как следует побродим, и в дворец на несколько дней закатимся, и перед Коморой и служащими отеля извинимся…
— Опасно, — Дентор нахмурился. — Если история раскроется, в следующий раз вы прямиком в местную тюрьму угодите. То-то насладитесь экскурсией по казематам!
— За что в тюрьму? — удивился Палек. — Мы никаких местных законов не нарушали. Из-под надзора ушли — ну так нас никто официально о нем не извещал и ограничений в перемещениях не ставил. И никакой местный закон не запрещает туристам прибыть сюда на самолете через грашградский аэропорт, а отбыть на джипе через западную границу. Дядя Дор, вы же с Мати сами не раз говорили, что весь маскарад затеян ради того, чтобы не напороться на неожиданные политические игры и осложнения, а не потому, что мы что-то противозаконное делаем. А арестовать законопослушного туриста из дружественной страны — скандал на весь мир.
— Ты сюда по чужому паспорту въехал. Такое называется «подделка документов».
— Какая еще подделка? Паспорта совершенно подлинные, пусть и сделанные по нестандартной процедуре. За такое мы должны отвечать перед нашими властями, не перед местными. Для пущего спокойствия можно и в следующий раз по тому же паспорту приехать, никто даже и не узнает, что фамилии ненастоящие.
— Теоретик… — Дентор дернул уголком рта. — Ладно, для начала нам нужно Карину и Цукку вытащить и домой благополучно вернуться. Что там…
Внезапно Палек поднял вверх палец, и полицейский осекся.
— Да, Кара? — вслух проговорил Палек, и Канса с Дентором напряженно уставились на него. — Я, Каси и дядя Дор выбрались, ждем… Нет, Мати на вызовы не отвечает специально, чтобы не отвлечься в неподходящий момент, там на дороге сложно. Яни зови, если хочешь оставаться в курсе, она во второй машине пассажиром… Да, обязательно сообщим. Как у вас дела?..
С полминуты он слушал, потом фыркнул.
— Взялась изображать из себя великого шамана — вот и расхлебывай. Потребуй от аборигенов повышенного жалования, отдельной поликлиники и козьего молока от пуза… Кара?.. Назвала лысым зюмзиком и отцепилась, — пожаловался он.
— А что так?
— А им с Цу сегодня житья не дают. Тот покусанный мужик, которого она от бурбурбуры вылечила, или как там ее, таки не загнулся. Сегодня с утра к ней воодушевленная итогами опыта деревня в очередь выстроилась — со всем подряд, от поцарапанного пальца до хронического запора. Она уже замаялась объяснять, что от гастрита и недержания мочи не лечит, вот и дерганая, как лягушка под током, даже шутки понимать перестала.
— Посоветуй заставить кого-нибудь из местных роль секретаря выполнять. Или что там в больницах заведено — регистратора?
— Ну уж нет! Раз я лысый… — Палек снова осекся. — Они выбрались из города на шоссе. Мати говорит — со слов этой Ольги — что через пять минут прибудут.
— Тарона с ними?
— Нет, конечно. Она еще в городе сделала ручкой. Сейчас, наверное, на полдороге в аэропорт, когти рвать побыстрее, пока местные Глазки не прочухали, что к чему.
— И правильно делает. Так, девочки, я зову официанта рассчитываться. Засовывайте в рот с тарелок все, что успеете, и входите в роли женушек.
— Да, господин муж! — высоким голосом пропищал Палек. — Слушаюсь и повинуюсь!
— Лика, заткнись, будь другом, — попросил Дентор. — Спалишь нас на ровном месте.
Он постучал ложечкой по бокалу, и через полминуты к ним подбежал официант. Полицейский, приняв важный вид и поправив на носу темные очки, отсчитал ему четыре тысячи вербов и добавил сверху еще одну бумажку в две сотни. Официант низко закланялся, и Дентор, не обращая на него больше внимания, выбрался из-за стола и степенно зашагал в сторону автомобильной стоянки. «Жены», целомудренно затянув лицевые тесемки кубал поплотнее, засеменили вслед за ним.
— В первой машине Ольга и Яна, во второй Мати, — тихо сообщил Палек, поравнявшись с Дентором.
— Я сажусь в первую, вы во вторую, — так же тихо откликнулся полицейский. — Потом разберемся, кто где разместится в штатном режиме.
— Ты Ольгу уже видел! — запротестовал Палек. — Я тоже хочу посмотреть, как далеко у нее клыки выступают!
— Насмотришься еще… — тихо рыкнул Дентор. — Вон те два джипа, что заруливают — они?
— Номера совпадают. Ну, дядя Дор, я тебе еще припомню…
— Обязательно припомнишь. А сейчас прыгайте в вторую машину поживее.
Саматта оказался немногословен.
— Как дела? — осведомился он, срываясь с места вслед за ведущей машиной и выруливая на дорогу, стремящуюся вдаль по гладкой, как стол, залитой закатным светом степи. — Нигде не прокололись?
— Я не заметил, — откликнулся Палек, распуская завязки на лице. — Ох, ну и достало же меня ваше дурацкое платье! Как несчастные местные дамочки умудряются в таких все время ходить? Даже в ресторане толком не пожрать! Мати, представляешь, чтобы кусок в рот засунуть, приходится этак пальчиком деликатно завязочки оттягивать и ладошкой прикрываться, чтобы никакой сторонний мужик случайно твой носик или губки не рассмотрел!
— Твой шнобель им рассматривать совершенно не обязательно, — Саматта казался каким-то отстраненным и задумчивым. — Ну ладно, последнее осталось — оружие. Будь другом, передай Яне, чтобы они нам в хвост перестроились. Через пять верст, судя по карте, поворот с шоссе — отправимся к нашему контакту. Если я в местных указателях не запутаюсь, конечно.
— Там-то нас и захомутают, — жизнерадостно заявил Палек после того, как на несколько секунд углубился в себя, шевеля губами, а передняя машина притормозила и позволила Саматте себя обогнать. — Глаза Ужасного Кошколюба незримо следят за нами издалека, а то, что нам из города выбраться позволили, так просто чтобы побольше улик набрать.
