Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 99
– Среди рядовых батюшек есть настоящие люди, на них мы будем опираться, а вот саму структуру придется реформировать на фиг. Настоящей Церковью они были только в советское время. Ныне же иерархи Церкви успешно борются за право стать Министерством Правды.
– Не бойтесь. После победы наших церковники первыми прибегут присягать на верность и подтверждать привилегии. Со времен Батыева нашествия ничего не изменилось, – добавил Павел Шумилов.
– Перефразируя Ленина, можно сказать: «Нет такой партии», – подвел итог Строгов.
– Да, Владимир Петрович, вы правы. Если мы и решим действовать активно, то в результате придем к необходимости вводить в «ноль первый» целый экспедиционный корпус наших специалистов.
– И как уже говорил Павел Николаевич, это приведет к страшнейшему этическому кризису, массовой ломке психики, росту фобий и развитию комплекса неполноценности у соседей, – вздохнул Шнитке. Генерал умел учиться, спокойно воспринимал новые для себя тенденции.
– И мы опять как витязь на распутье. – Трубачев раздраженно захлопнул папку. – Оставить соседей мы уже не можем. Помочь им, не выдавая себя, тоже. Что делать?
– Забыл. Мы еще не можем сделать всю грязную работу и тихо слинять, – ехидно усмехнулся Шумилов.
– Так что? – вопрос повис в воздухе.
Павел Шумилов отстраненно наблюдал за товарищами. Генерал Шнитке сидит, подперев квадратную челюсть пудовым кулаком, взгляд уставлен куда-то вдаль поверх голов товарищей. Игорь Минаев чешет в затылке. Вячеслав Трубачев рисует. Костачев усиленно делает вид, что дело его не касается, главное – лимиты финансирования не перебирайте, а технические вопросы решайте сами.
– Хорошо еще, никто больше не говорит об «антинародном режиме», – проворчал Строгов.
– Провокатор ты, Владимир Петрович, – ухмыльнулся Трубачев.
– А ведь такая была красивая версия, – вздохнул Эрвин Шнитке, – мы бы тогда не ломали голову над этой проклятой этикой.
– Красиво, но слишком примитивно, – рассмеялся Минаев. Молодой человек чувствовал себя достаточно свободно, не стеснялся быть самим собой, вовремя переходить на «ты» в разговоре с заслуженными седовласыми товарищами.
Шумилов вспомнил, что эта версия в первые два месяца с начала «Глубокого океана» была превалирующей. Заманчиво было считать, что высшее руководство Ругской Федерации состоит из явных агентов наших заокеанских «друзей». К сожалению, все гораздо сложнее и одновременно проще. После знаменитого путча 91-го и распада страны агенты влияния постепенно ушли из политики, потеряли свое влияние на власть.
Самое главное: запустить нужный процесс в нужном направлении и сделать его самоподпитывающимся. Дальше можно спокойно снимать сливки и сокращать финансирование спецслужб. Если человек делает то, что тебе нужно, то зачем ему еще за это доплачивать? Это альфа и омега серьезной внешнеполитической работы.
Пришедшие к власти в нулевых люди сами по себе были не плохими, не злодеи, не агенты вражеских разведок. Они даже были патриотами в той мере, в какой считали это приличным, они на самом деле пытались исправить ситуацию к лучшему. Эти люди серьезно надеялись вытянуть страну из задницы. Хуже всего то, что они играли по чужим, навязанным им правилам.
А политика – это не шахматы и даже не покер, играть можно только по своим правилам. Знаменитый английский принцип: джентльмены всегда играют по своим правилам. Если правила не позволяют джентльмену выиграть, то он меняет правила по ходу игры. В СССР это давно поняли и играли только по своим правилам, хоть в первое время и приходилось тяжело. Наши американские партнеры даже представить себе не могут: как это, не самим назначать правила игры?!
В «Мире-01» в этом отношении было хуже. Да еще негативный отбор привел к тому, что высшие посты заняли люди адекватные, ответственные, но не гении и не герои, не вожди. На одной харизме и популизме далеко не уедешь. Надо работать двадцать часов в сутки, надо брать на себя ответственность, надо плевать на «международное мнение», однозначно ставить свои национальные законы выше «общечеловеческих ценностей», надо быть настоящим патриотом до мозга костей.
Без всего вышесказанного у соседей получилось то, что получилось. Да еще запущенные «прорабами Перестройки» деструктивные процессы гадят. Высочайший уровень коррупции делает любые попытки государства сделать что-то полезное смехотворными. Как говорил наш посол во Франции товарищ Черношеев: «Хотели как лучше, получилось как всегда». А решительности, воли начать Большую Чистку нет. Павел Николаевич подозревал, что Большая Чистка у соседей приведет к тому, что 37-й год им покажется детскими шалостями. Репрессировать придется половину чиновников и ответственных лиц, это не считая трети предпринимателей. Хотя аппарат управления им надо сокращать минимум в три раза. Почему бы не методом выдачи лицензий на отстрел?
– Доктор Гуларян, сотрудник нашего мозгового центра, предлагал перенести центр тяжести операции в Белоруссию, – напомнил Игорь Минаев. – При этом нам придется нейтрализовывать агрессивных соседей и самим подстегнуть центробежные процессы в Ругии.
– Это кажется бредом, но разумное зерно есть, – улыбнулся Строгов.
– Ругия и так теряет больше миллиона человек в год, – напомнил Шнитке. – В Германии до сих пор не могут решить проблему гастарбайтеров, на Украине затяжная революция. Европа стареет и чернеет. Предложенное Гуларяном решение в итоге приведет к созданию не Ругии, а новой России, но цена будет высокой. Миллионов десять граждан за первые три года распада. И доктор Гуларян не понимает специфики работы спецслужб. Расширение поля деятельности, усиление нашей активности в Европе и США неминуемо повышает риск провала отдельных агентов. Спецслужбы Белоруссии сохранили свой профессионализм, они будут реагировать на любое внешнее воздействие.
– Время и деньги?
– И люди, Павел Николаевич. У нас нет кадрового резерва, он по определению невозможен. Мы и так привлекаем к работе неофитов, людей после сильно сокращенного курса подготовки. Это и подготовкой назвать нельзя, краткий ликбез, полевые занятия.
– Сложности. Такая большая, сильная страна, развитое передовое государство, а не может решить такую проблему, – бросил Минаев.
– Никто до нас с такой проблемой не сталкивался. Не кипятитесь, Игорь Леонидович. – На плечо Минаева легла рука Шнитке.
– Остается одно, – подвел итог Павел Николаевич, – расширяем сеть в Ругии. Создаем группы влияния в Белоруссии, на Украине, в Прибалтике, это наиболее важные для нас объекты. Тихо исподволь помогаем, – Шумилов с нажимом, акцентируя внимание, произнес слово «помогаем», – параллельным создать системную оппозицию, связать в одну сеть существующие группы недовольных режимом, помогаем им выработать единую платформу.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 99
