может, кроме Хьюги.
— Я уже не атташе, — товарищ Решетникова тем временем обаятельно улыбнулся.
По спине Хоноки пробежали мурашки.
— Отозван на родину в распоряжение министерства после того инцидента, хорошо, без ноты с китайской стороны — хоть личное дело не пострадало. Почти. — Дипломат смотрелся аристократично.
— Огихара, знакомая фамилия. — Хьюга меланхолично потерла затылок, листая на планшете сложную управленческую таблицу по контролю качества. — Огихара-сан, вы на неделе случайно не были у меня на спорткомплексе? В здании Йокогамы?
— Да, входил по разовому пропуску, его ещё подтверждали звонком вам. — Дипломат обошёл стол и действительно сел рядом. — Правда, вас тогда не увидел, хотя и наслышан от Такидзиро-куна.
Хонока покраснела от близкого соседства, хотелось верить, неуловимо. Мидовец показался приятным ещё во время шапочного знакомства в зоне отдыха присноизвестного массажного сектора Атлетики. Он тогда даже переодеваться не стал: как был в костюме, что-то коротко обсудил с Решетниковым и тут же откланялся.
— Суровая у вас память, — впечатлился Огихара и уважительно кивнул Хьюге.
— Положение обязывает. Разовые абонементы при моей лицензии всегда держишь в голове, — пловчиха прикрыла глаза. — Хаяси-сан, что дальше? Извините, что напоминаю модератору, но давайте вернёмся к совещанию?
— Конечно. — Хонока мгновенно перетекла в официальную ипостась. — По рекламной поддержке стартапа стратегия следующая…
— Нет, там всё устроено чуть не так. — Китаец Ван, тоже акционер новообразованной японской компании, пытался в третий раз объяснить японскому дипломату значительный (с точки зрения Хоноки) нюанс.
Получалось не очень; возможно, потому, что через переводчика — младшую сестру Миёси Моэко (хотя на взгляд финансистки девчонка по-китайски болтала так же непринуждённо, как и на нихонго).
— Давайте я попробую? — Хаяси мягко тронула девочку за локоть. — Я буду говорить по-японски, а вы, пожалуйста, переведите меня на китайский? — если бы не тренинги Коюмэ, думала она про себя, от таких изменений в себе впору было бы психиатра срочно разыскивать.
Неболтливого, опытного, компетентного психиатра, с которым человек моего уровня может разговаривать свободно и не сдерживаться. Потому что такое хорошее настроение как сейчас — это приятно, но перманентная эйфория при моей профессии… н-да.
Неужели дело, как говорит Ута, и в самом деле в присутствии этого мужика рядом?
Ута говорила не совсем так, но глава финансов Йокогамы различия формулировок проигнорировала. Быть может, где-то даже сознательно.
Ута перед совещанием прижала Хоноку к стене в коридоре и, старательно контролируя громкость (чтобы не услышали в кабинете), на одном дыхании выпалила:
— Я дёрнула себе на комп по сетке твои сеты с Коюмэ!
— Ты что, их прочла⁈ — Хаяси искренне собиралась возмутиться.
Это неправильно! Это личные персональные моменты! Использование служебного положения, банальный взлом чужого массива информации! — она даже воздух набрала, но Уэки стремительно стала взрослой и серьёзной (что с ней случается нечасто):
— Просто не отпускай своих противных шпилек в адрес одного человека. Всё. Больше ничего делать не надо! Не надо напрягаться, думать о принципах, перешагивать через себя, упиваться своей холодностью! Просто как радушная хозяйка сделай одному конкретному дипломату комфортно на нашей рабочей группе! Всё, больше ничего не надо! И захлопни рот, а то муха залетит.
Возражения неожиданно рассосались и Хонока чуть растерянно ответила:
— Почему ты делаешь из меня монстра? Хорошо, если ты так просишь, без проблем. Попробую.
— Не надо пробовать! ПРОСТО. СДЕЛАЙ. ТАК. ЧТОБ. НОВОМУ. ЧЕЛОВЕКУ. БЫЛО. КОМФОРТНО. С. НАМИ. Если для тебя оно важно, в делах нам его помощь уже актуальна!
— Если тебе так надо — сделаю, — глупая зацикленность подруги на третьестепенном стала резко раздражать.
Хонока убрала предплечье Уты со своего горла и двинулась в кабинет, где все ждали лишь их.
— Это не мне надо, а тебе, дура ты набитая. — Пробормотала маргиналка Уэки в затылок, они как раз входили в двери.
По счастью, никто не услышал.
— Есть трастовая компания в Гонконге. Ваш знакомый, — кивок в сторону Вана, — передал им деньги в управление. Траст, в свою очередь, владеет компанией, где лежат деньги. — Объяснять мидовцу было приятно, однако понимания в его взгляде не добавилось.
Хонока придвинула лист А4 и нарисовала схему:
Инженер Ван (учредитель траста)
↓
Траст (управляющая юрфирма)
↓
Гонконгская компания
↓
Банковский счёт
↓
Деньги
— На этой бумаги каждое слово понятно, — пошутил Огихара. — Неясно только, в чём фишка. Извините за тупость, я бесконечно далёк от специфики вашей профессии.
— Без проблем. Знали бы вы, сколько моих коллег от специфики профессии также бесконечно далеки, — Хонока улыбнулась и по глазам собеседника увидела, что тоже ему интересна.
А ведь он не женат — в голове всплыли наставления Уэки, во время которых подругу хотелось схватить за горло, прижать посильнее и стукнуть затылком об стенку. Точнее, постучать — несколько раз.
— Важная деталь: инженер Ван формально больше не владеет деньгами. Ими владеет траст через компанию. — Хаяси добросовестно повернулась к переводчице, сосредоточено бормочущей в ухо китайцу. — Я верно уловила вашу мысль?
— Да! — хань энергично закивал, его лицо просветлело впервые за последнюю четверть часа.
— Итого имеем. Вы передаёте деньги или акции в траст, — Хонока начала набрасывать вторую схему для дипломата, раз так понятнее. — Tрастовая компания становится их юридическим владельцем. ВАЖНО: они обязаны управлять вашими деньгами по правилам, которые вы прописали.
Китаец оживился: перестав наговаривать бесконечные пассажи молодой якудзе, он жизнерадостно сощурился и закивал в такт словам японки.
— Судя по всему, вы среди нас — лучший методист-преподаватель, — тихо заметил мидовец. — Теперь все улыбаются, а до этого…
— … все корчили козьи морды как сычи, — разумеется, Уэки ровно на попе не усидела и полезла с комментариями, о которых её никто не просил. — Даити-кун, к слову, Хонока-тян не только как преподаватель супер.
Скрестившиеся на айтишнице красноречивые взгляды заставили Уту прикусить язык.
А ведь она меня даже не раздражает сейчас, честно отметила Хаяси. Этой своей вопиющей бестактностью и наглостью. Кто бы мог подумать.
Вслух же она продолжила:
— Повторю главное. Траст владеет деньгами юридически, он обязан действовать по вашим правилам, деньги по документам больше не ваши.
Сбоку весёлой марионеткой не уставал кивать Ван.
— Траст — легальный инструмент управления и защиты активов. Его используют для… — кажется, с лекцией пора закругляться, главное дипломат уловил, видно по лицу.
Китайцу показалось мало и в дополнение к качающемуся подбородку он поднял в воздух оба больших пальца, даже вперёд подался.
— Для граждан КНР же Гонконгские структуры, которые мы сейчас рассматриваем, являются способом номер один увести активы из материкового Китая, — завершила пояснения глава финансов Йокогамы. — Не спрашивайте только, как деньги
