есть.
Но все планы полетели к чертям. Утром меня тупо усыпили вонючей тряпкой с хлороформом. Очнулась уже на операционном столе, надёжно зафиксированная на нём и опутанная какими-то трубками. Даже голову не повернуть — обруч крепко прижимал её к стальной столешнице.
— Как ваше самочувствие? — склонилось надо мной лицо упыря.
— Бывало и лучше, — честно призналась я. — Можно задать пару вопросов?
— Только парочку, дорогая. Хотя они и излишни, но хочу, чтобы вы полностью успокоились. При чрезмерно нервном состоянии в крови появляется некое вещество, могущее помешать нашему эксперименту.
— Адреналин.
— Что вы сказали?
— Ничего, Борис Николаевич. Вы уверены… — замялась я, не зная, как обозначить вещи, пока неизвестные в этом веке. — Вы уверены, что наша с вами кровь не начнёт конфликтовать в моих венах? С вашими талантами, вы должны были догадаться, что её есть несколько видов, частенько взаимоисключающих друг друга.
— В нашем с вами случае уверенным быть ни в чём нельзя, но я чувствую, что ваша кровь подходит. Она такая сладкая и притягательная… Пока вы были в беспамятстве, я взял её небольшую пробу. Признаться, даже на вкус попробовал. Это же настоящий нектар, дарующий блаженство! С трудом сдержался, чтобы не выпить вас всю.
И меня поразило, как глубоко вы сейчас копнули. Да, кровь у людей разная. Её есть несколько видов. Скажите, Ирина Петровна, вы тоже с ней экспериментировали? Иначе откуда подобные знания?
— Всякое бывало, — неопределённо ответила я. — Тогда другой вопрос… Насколько вы уверены в стерильности своего оборудования? Не помешает ли посторонняя невидимая грязь переливанию?
— И вновь вопрос истинного врача! — довольно улыбнулся Ильин. — Кажется, нам с вами во всём по пути! Не беспокойтесь. Всё достаточно стерильно.
— А…
— Хватит, — оборвал меня упырь. — Понимаю ваше состояние и желание потянуть время. Но рано или поздно должно свершиться неизбежное. Готовьтесь, сейчас станет больно. Извините, но вы должны быть в полном сознании, поэтому никакого обезболивания не предусмотрено. Я должен внимательно отслеживать ваше состояние, чтобы понять, если вдруг что-то пойдёт не так. Да и опасно загрязнять кровь препаратами.
И давайте уже приступать к делу. Я недавно пожертвовал для вас почти литр своей драгоценной жидкости. Не стоит ждать, покуда кровь в сосуде начнёт сворачиваться. Это затруднит её переливание.
Тут же в мою вену была вставлена явно толстенная игла. Видеть её я не могла, но ощущения говорили именно об этом. Дальше послышался звук, похожий на тот, что издают раздувающиеся кузнечные меха. Вена начала разбухать оттого, что в неё пошла подача крови Ильина. Неприятно, но пока терпимо.
— Будет совсем невмоготу, кричите, — предупредил меня доктор. — Я сразу же на время приостановлю перекачку, тем самым ослабив давление на ваши сосуды. Понятно?
— Да.
“Невмоготу” наступило достаточно быстро. Буквально через минуту накрыла такая боль, что я заорала во всё горло. И несмотря на то что бесноватый лекарь исполнил своё обещание и приостановил перекачку, боль никуда не ушла. Я билась на операционном столе, испытывая нечеловеческие муки. Казалось, что мозг сейчас взорвётся, а вместе с ним и всё тело.
Ильин что-то мне говорил, но я не могла разобрать слов и кричала, кричала, кричала…
Пытка закончилась так же быстро, как и началась. Но не успела я полностью прийти в себя, как опять заработали эти проклятущие меха и вернулась боль. Так повторялось несколько раз. В какой-то момент перестала понимать ни кто я, ни где нахожусь. Лишь бездумно пялилась в потолок операционной и подвывала вконец сорванным от крика горлом.
— Вот и всё, Ирочка, — раздался где-то вдалеке голос проклятого упыря. — Вы достойно прошли через первую стадию нашего с вами слияния. Признаться, очень беспокоился за ваше сердце и разум, но сильный молодой организм вынес все муки. Ответьте что-нибудь. Не молчите.
— Чтоб ты сдох… — тихо прохрипела я.
— Теперь вряд ли, дорогая. Сейчас вас отвезут в более комфортабельную комнату, где сможете нормально отдохнуть и набраться сил. Какие-нибудь новые ощущения испытываете?
— Нет.
— Жаль… Но не всё сразу. Подождём пару дней.
На самом деле я соврала. После пережитой пытки в глазах ещё “мелькали мушки”, и мозг до конца не отошёл от стресса, но тело было в полном порядке. Более того, чувствовала, что сейчас нахожусь в своём привычном боевом режиме.
Послышался лязгающий металлический звук, и сразу же ноги освободились от оков. Прекрасно! Значит, пленницу больше не собираются держать связанной! Пусть и не до конца, но я теперь в свите Доктора. Он уверен, что с помощью своей крови сможет проконтролировать меня. Да и куда теперь деваться госпоже Бессовой, добровольно ставшей сообщницей упыря? Дорога к нормальным людям для такой закрыта.
Следующим исчез обруч с головы, вслед за ним освободились левая рука и живот. Ну давайте же, твари! Последнюю ручку освободите, и я устрою вам свою “операцию”! Грохот выстрелов и крики за дверью прервали этот приятный процесс. Ильин и ” француженка”, помогающая бесовскому доктору, насторожились. А я чуть ли не заорала от счастья! Это Саблин! Уже его грозный рык ни с чем не перепутаешь!
Пока все отвлеклись на происходящее за дверями операционной, я быстро отстегнула последнюю руку и вскочила со стола. Действовала, полная ярости и нахлынувшего адреналина. Стоящей неподалёку пустой банкой из-под крови огрела по голове “француженку”. Та мешком рухнула на пол. Не останавливаться, Ирка! Пока тётка не пришла в сознание, нужно добраться до виновника всех бед!
Большой хромированный хирургический нож, зачем-то лежащий на стерильном столе среди прочих инструментов, удобно лёг в руку. Я бросилась на Ильина в надежде одним точным ударом убить сволочь. Но бес оказался чуточку быстрее и успел отпрыгнуть к дальней от меня стене.
— Не уйдёшь, гадина, — прохрипела я, медленно надвигаясь на свою жертву. — Это твой последний день.
Ничего не отвечая, Ильин резко преобразился. Его пальцы моментально вытянулись, внезапно обзаведясь длинными жёлтыми когтями. Лицо из нормального человеческого превратилось в маску распухшего утопленника и посинело. А изо рта показались настоящие вампирские клыки сантиметров десять в длину.
С рычанием упырь сам бросился в атаку. Боже, как же он быстр! Я лишь смогла увернуться, нелепо отмахнувшись ножом. Поняв, что противник явно сильнее меня, забежала за операционный стол и перевернула его под ноги кровососу. Споткнувшись, тот на мгновение потерял равновесие. Этого мне хватило, чтобы добраться до двери и скинуть с неё засов.
Выбежать, к сожалению, не успела. Тварь сзади напрыгнула на меня и повалила на пол. Нож в зажатой руке легко вошёл в бок Ильина, но он даже не дёрнулся, продолжая попытки дотянуться своими мерзкими зубами до
