– Неделю назад, во время поединка с Заточкой, Дар, частью которого является смертельный удар, сработал идеально.
– Я передал слова Свина, – пожал плечами Пружина. – Мне вообще параллельно, кто из вас кого искромсает в лоскуты. Обидно, что споранчиков на этом движе поднять не получится.
– Чего?
– Ну, перед поединком я обычно устраиваю небольшой тотализатор. Принимаю, так сказать, от болельщиков ставки на бойцов. А в этот раз в Свинарнике нет дураков ставить на тебя. Мало того, что Таракан тебя уровнем выше, он еще и кваз. И чтобы на равных ему противостоять в рукопашке, ты должен быть уровней на пять выше. Короче, все, как один, стабовцы готовы ставить против тебя. Но принимать ставки лишь на Таракана – значит, работать себе в убыток.
Слова менялы задели за живое.
Никто здесь в меня не верит, даже Шпора! Обидно, мля!
– Рих… ик… – донесся едва различимый шепот, в котором с трудом узнал голос наставницы. – Я… рю…
Как это было возможно, я ведь не мог слышать Шпору в этих чертовых перчатках?
– Тел… ия… – донеслось в ответ.
Она явно имела в виду развившийся за последнюю неделю навык Телепатии. Действуя по наитию я попробовал улучшить качество связи с наставницей, используя самогипноз.
«Хочу слышать Шпору! Хочу слышать Шпору! Хочу…»
– Да ты не переживай так, – усмехнулся меняла, приняв мой отрешенный вид за растерянность. – Обидно, конечно, когда никто в тебя не верит. Но что тут поделаешь. Наверняка, сам уже понял, что кваз безусловный фаворит. И, будь у тебя такая возможность, сам бы поставил на него.
Откровенная издевка старика выбесила до крайности. И в эмоциональном порыве я совершил очередную глупость:
– Я хочу на себя поставить!
– Так у тебя же ничего нет.
– Как это ничего! А оружие, что на хранение тебе оставил.
– Желаешь заложить? – мигом оживился дедок.
– Желаю! Сколько дашь за два ствола?
– Ну, пукалки у тебя неплохие. На полтысчонки потянут.
– Да ты охренел, старый! Сам же неделю назад за одну лишь модификацию моей винтовки четыреста споранов и два калаша стребовал! И за пистолет четыре сотни готов был выложить!
– Так ты уж определись – продавать собрался оружие, или закладывать. Ежели продавать, то готов накинуть еще шесть сотен.
– Хрен тебе, а не продавать! Оформляй, крохобор, ставку в пятьсот споранов, на мою победу, под залог оружия.
Перед глазами тут же загорелись зеленые строки предложения:
!!!Внимание! Игрок Пружина предлагает вам 500 споранов под залог двух привязанных предметов: Дальнобоя и Быстрострела.
!По условиям залога, через час вы должны будете вернуть Игроку Пружина 505 споранов!
!В случае не возвращения вами в течении часа вышеозначенной суммы, привязка предметов: Дальнобой и Быстрострел, преждевременно разрывается и оба предмета переходят в собственность Игрока Пружина!
!Принимаете условия залога? Да/Нет!
– Ну сейчас-то хоть фигней не страдай! – в этот раз я отчетливо услышал голос наставницы. Мантра сработала, и Шпоре удалось пробиться через блокаду чистых перчаток.
Но в родном голосе сейчас было столько высокомерного презрения, что я психанул и, ей на зло, мигом подтвердил кабальную закладную.
– Вот это по-нашему! – аж подпрыгнул от радости Пружина. – Значит, все пять сотен желаешь на себя поставить?
– Желаю, мля!
– Обязан предупредить, что один процент от выигрыша тотализатор забирает за посреднические услуги.
– Да хрен с ним, с процентом!
Перед глазами загорелся новый набор зеленых строк:
!!!Внимание! Вам предлагается поставить 500 споранов на свою победу в поединке с игроком Таракан. В случае победы, ваша награда составит 9900 споранов (с учетом процента за услуги тотализатора). В случае поражения, ваша ставка обнуляется!
!Делаете ставку? Да/Нет!
На этот раз, забившая на меня наставница не стала взывать к гласу разума. Но я уже слишком далеко зашел. Да и давать заднюю в последний момент – не по мне. Короче, я снова мысленно надавил на «Да».
И морщинистая харя Пружины растянулась в жабьей ухмылке.
– Удачи тебе, Рихтовщик, – подбодрил довольный, как налакавшийся валерьянки кот, секундант и, отодвинувшись на пару шагов, добавил: – Вот ведь башка дырявая, совсем забыл тебе передать: Таракан, ведь, прошлогодний чемпион стаба по ножевому бою. Среди игроков до двадцатого уровня. Но тебя ведь, Рихтовщик, на том чемпионате не было!
Старик мерзко захихикал и засеменил в центр круга, к поджидающему его Свину.
– Сука! – в сердцах бросил в горбатую спину секунданта.
– Довыеживался, дебил! – припечатала Шпора. – Когда уже начнешь слушать, что…
От заслуженного разноса меня спасла отмашка Свина, призывающая бойцов сойтись в центре круга.
Убедившись, что оба в перчатках, Свин скомандовал:
– Бой!
И отскочил в сторону, оставив нас с квазом наедине друг с другом.
– Круши! – шепнул я, активируя Дар.
И невольно впал в ступор, читая вдруг загоревшие перед глазами строки уведомления:
!!!Внимание! Чистые перчатки блокирую способностью нанесения противнику смертельного удара!
Мое замешательство длилось не долго – от силы секунду. Но даже короткая заминка с асом ножевого боя обошлась мне очень дорого.
Я не успел достаточно проворно среагировать на атаку кваза, и его нож до кости распор предплечье выброшенной навстречу руки. Из широкой раны ручьем хлынула кровь, мигом утратившие чувствительность пальцы упустили нож, перехватить левой не вышло, и я оказался безоружным калекой перед смертельно опасным квазом с ножом.
На удачную атаку чемпиона толпа ответила довольным ревом.
Легкий успех притупил бдительность кваза. Посчитав, что я у него уже в кармане, Таракан решил, на потеху публике, поиграть со мной, как кот с мышью.
– Уравняем шансы! – объявил он зрителям и, отбросив нож, под одобрительный гул толпы выпустил внушительные когти.
Увернувшись от когтистой лапы, я ответил слева боковым в челюсть. А самоуверенный Таракан даже не попытался отклоняться, ожидая, как недавно в баре, легко выдержать кулачный удар и, когда я, разбившись волной об утес, попытаюсь отползти, достать ударом второй, нацеленной мне в живот, растопыренной пятерни.
Но даже без смертельного удара, активированный Дар удесятерил мои силы. Потому удар в челюсть кваза вышел не в пример сильнее давешнего. Таракана отбросило на пару метров. Он едва устоял на ногах, и вместе с кровью выплюнул осколки выбитых зубов.
К следующему моему удару он отнесся уже предельно серьезно. Проворно увернулся, одновременно прикрываясь левой, и тут же контратаковал правой, под когти которой тоже пришлось совать многострадальную правую. И все же до конца уйти из-под моего пушечного удара квазу не удалось. Левый кулак, пробив защиту, вошел Таракану промеж глаз, и снова на мгновенье ошеломил противника.
Воспользовавшись тем, что когти второй руки Таракана застряли в изуродованной правой, я заработал левой со скоростью отбойного молотка.
От первых ударов кваз пытался закрыться свободной рукой. Но из-за обилия пропущенных тумаков через считанные секунды поплыл. Обе его руки: и избитая левая, и освободившаяся правая, безвольно повисли вдоль тела, ноги Таракана задрожали и стали подгибаться в коленях.
Я хорошенько размахнулся, примеряясь нанести последний удар в висок, и тоже охнул от волны обрушившейся вдруг на плечи усталости.
Гребаный откат! Задержись он еще хотя бы на секунду, и я б точно успел!
А теперь сил едва хватило, чтоб на полусогнутых отползти от завалившегося таки на асфальт Таракана.
Живучий организм кваза восстановился удручающе быстро. Вот уже под воодушевленный рев, притихшей было во время его избиения, толпы Таракан зашевелился и начал медленно подниматься.
