ей предстояло умереть.
– Рэйшен, – прошелестела Элина с кровати, – а мне можно попить?
Дроу подал ей кружку с прохладной водой. Элина принялась жадно глотать воду, стуча зубами по краю кружки и проливая часть питья на себя. Может, стоит отнести саму Элину к лекарям? И пусть только попробуют не открыть дверь – Рэйшен её выбьет!
Глава 40
– Я не умру…
Рэйшен отвлёкся от своих мрачных раздумий.
– Что?
– Думаю, что я не умру, – повторила Элина слабым хриплым голосом. – Этот придурок сказал, что яд не действует… на вас. И эльфов. И нимф.
– Да, и что?
Рэйшен решил, что у Элины окончательно мутится разум от яда.
– На мне Дар Дриады, ты забыл? Он спасёт меня…
Глаза Рэйшена заблестели. А ведь верно! Яд, в общем-то, слабенький, ерунда. Может, и впрямь подарок лесной нимфы спасёт Элине жизнь? А пока следовало сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить состояние раненой. Рэйшен расправил плечи и, выглянув за дверь, гаркнул:
– Воды мне принесите! И сушеной инулы раздобудьте! Прямо сейчас! И мне плевать, что поздно!
Разгневанный дроу выглядел весьма внушительно. Гри вызвался достучаться до какого-нибудь травника. Тони, оставшийся, чтобы досмотреть действо до конца, счел себя обязанным помочь приятелю. Вдвоём они вытребовали в одной из ближайших лавок сушёную инулу и, гордые собой, вручили ароматный мешочек Рэйшену.
До утра Рэйшен вливал в Элину крепко заваренный чай из инулы, надеясь то ли на эту самую инулу, то ли на Дар Дриады… Он слышал, что никто не спит: Клодия расхаживала взад-вперёд, раздражённо покрикивая то на сына, то на дочь, которые болтались, видите ли, под ногами. Взволнованно переговаривались Гри с Поллианной, время от времени вставляла словечко Рицпа…
Под утро Элине полегчало. Её щёки порозовели, дыхание выровнялось.
– Я же тебе сказала, что не умру, – сказала она Рэйшену. – Ты же помнишь, что мне нельзя умирать.
Рэйшен лишь молча кивнул головой, пролив остаток отвара на постель. Его охватило такое чувство лёгкости, казалось, он сейчас взлетит. Элина устало улыбнулась:
– Надо будет всем объяснить, почему на меня не подействовал яд Тахирджона. Про Дар Дриады, думаю, рассказывать не стоит…
– Скажем, что он соврал, и никакого яда не было.
– Нельзя. Все видели, что мне было плохо. Вдобавок, если люди перестанут остерегаться отравленных ножей, эти бандиты-дроу перебьют кучу народа.
– У тебя есть идеи? – Рэйшен не удержался от сарказма, но тут же спохватился. – Лежи, отдыхай, это я глупость сказал.
– У меня как раз есть идея. Скажем, что ты к инуле добавил что-то секретное, что знают только в твоём клане, так и получилось противоядие. Даже наши поверят, не то что жители Рудного Стана.
И им поверили. Несколько дней Элина провалялась в постели. Она спала, ела и слушала местные сплетни. Тати отчистила платье от крови, но Рэйшен заявил, что больше никаких платьев, никаких песен и никаких декольте!
– Ты же сам настаивал на покупке платья! – удивилась Элина.
– Я ж не для того, чтоб тебя в этом платье резали! Я для себя!
Увидев лица Тати и Элины, Рэйшен смутился.
– Я не так выразился.
– Это уж точно, – хихикнула Тати.
Но когда Рэйшен с солдатской прямотой объяснил, для чего ему хотелось увидеть Элину в платье, смутилась не только Тати, но и сама Элина.
Глава 41
Так прошло несколько дней, и на постоялом дворе появилась Лорилла. Она увлекла в комнату Полли, осмотрела её и осталась очень довольна. Полли, хоть и немного смущалась, потому что не привыкла к таким осмотрам, тоже обрадовалась. Слово за слово, и Лорилла выспросила всё про нападение горных дроу и пожелала осмотреть Элину.
– Конечно! – горячо поддержала её Полли и указала на комнату Элины и Рэйшена.
Сама Элина пыталась воспротивиться врачебному освидетельствованию, но Лорилла шепнула ей на ухо, что хочет взглянуть, как именно работает Дар Дриады, и Элина с тяжёлым вздохом согласилась. Второй, еще более тяжёлый вздох, она издала, когда Рэйшен наотрез отказался уходить из комнаты во время осмотра.
– Не доверяет, – по-матерински ласково молвила Лорилла. – Что ж, он по-своему прав. Пусть остаётся.
Рэйшен с самодовольным выражением лица облокотился о дверной косяк, скрестив руки на груди. Лорилла долго осматривала, ощупывала и даже простукивала Элину, пока та наконец не вспылила:
– Хватит уже! Ты меня разве что наизнанку не вывернула! Увидела, что хотела?
Лорилла с тонкой улыбкой кивнула.
– А тебе самой разве не интересно, что именно я увидела?
Элина забеспокоилась.
– У меня есть повод для беспокойства?
– Я бы сказала, что есть, но не тот, что ты думаешь.
Элина с Рэйшеном тревожно переглянулись, а Лорилла рассказала, что, уходя из города, Инафай и Тахирджон всерьёз обсуждали, как захватить Рэйшена живьём.
– Отомстить хотят? – понятливо покивала головой Элина. – Это же дроу, они такие…
– И да, и нет. Они хотят заполучить его ради другого… Горный клан вымирает, дети у них не рождались уже несколько десятков оборотов. Клану нужна свежая кровь.
– Я пущу кровь всему этому тухлому семейству! – свирепо рыкнул Рэйшен. – Дети им, понимаешь, нужны!
– Не советую, – предостерегла лекарка, – они с лёгкостью пустят в ход яд или снотворное, и Элину попросту убьют. А ты попадёшь к ним в рабство в Синие горы, оттуда мало кто возвращается…
Глава 42
Вечером вся их компания уже сидела в зале. Гри играл и пел, и можно было просто радоваться Элининому выздоровлению, теплу и уюту. Только Рицпа нервно ёрзала на месте, время от времени дёргая свои и без того обшарпанные кружевные манжеты. Элина ненадолго задумалась, отчего бы баронессе так беспокоиться, но больше никто не замечал этого, и Элина тоже успокоилась.
Вечер был в разгаре, когда в зал вошел высокий незнакомец. Его лицо скрывал капюшон длинного потрёпанного плаща, но этот плащ не мог скрыть военной выправки чужака. Никто вначале не обратил на него внимания, мало ли народу ходит, хочется вечером выпить, закусить и послушать новые песни… Незнакомец прошел прямиком к Гри и чуть не выбил у него из рук читарру. Поражённый Гри умолк на полуслове, а незнакомец изрёк:
– Прекрати вытьё!
Посетители повскакали с мест и угрожающе зашумели, однако чужак, так
