По следу добычи - Тимофей Иванов

— Жри быстрее — буркнул Конв, но больше торопить не стал.

Я же спокойно расправился с завтраком и благополучно вышел во двор, опираясь на посох. Начальник охраны не стал одевать кольчугу, ограничившись шлемом и щитом, а в правую руку взял топор. По голове таким даже плашмя прилетит и мало не покажется. Народ собрался в круг поглазеть на зрелище, на крыльце среди прочих я заметил свою ночную подругу, прикусившую губу. Приятно, когда за тебя волнуются. Купец тем временем озвучил условия поединка:

— Друзья мои, бой почти тренировочный. Не убивать, не калечить, драться пока один из вас не сможет подняться или сам не попросит пощады. Это понятно?

— Ага — отозвался воин.

— Да. И мужик, ты б подальше отошёл, пять шагов это маловато. Может нехорошо получится — проговорил я.

— Тебе сейчас нехорошо станет — хохотнул Конв.

— Начали! — крикнул купец.

Начальник его охраны рванул вперёд, похоже надеясь просто снести меня шитом, но я тут же кинул воздушный кулак ему в ноги, заставив упасть плашмя в утоптанный снег двора. Была мысль после этого устроить с посохом прыжок с сальтухой в стиле короля обезьян, но я решил не выпендриваться и без затей огрел чародейской палкой, с пробежавшей по ней молнией, Конва по затылку шлема. От обморока тот с подшлемником его не спас.

— А разговоров-то было — произнёс я в полной тишине, сам переваривая случившееся. Понятное дело, что сыграл эффект неожиданности, но похоже Корнегур в погоне за победой в своеобразном соревновании наставников вылепил из меня что-то страшное по меркам обычных наёмников и бандитов.

— Мда — глубокомысленно проговорил купец.

— И сколько нынче получают начальники охраны караванов? — поинтересовался я, подбросив на ладони крупный огненный шар. Людей купца вокруг хватало, но на такой дистанции они его явно не спасут. Разве что собой прикроют, но это самоубийство. А они не верные рыцари из баллад, что заслоняют своими телами благородных королей.

— Полтора серебряных в месяц — осторожно ответил Баринд, но видя мой скепсис и потрескивающий от жара шар быстро заговорил — Светом клянусь, так и есть. У нас же всего шесть телег в караване, а не двадцать!

— И прям мне бы честно медь плотил, обмануть не планировал? Поклянись ка опять Светом — произнёс я.

— Клянусь Светом, всё было бы без обмана — отозвался он.

Я же, не почуяв лжи, поинтересовался:

— Нанимать-то меня не передумал?

Бонусная прода за 500 лайков. К обеду до них немного не дотянули, но не вижу смысла жаться из-за мелочи:)

Глава 5

К моему удивлению Баринд не передумал, а очень даже наоборот. Не смотря на не самое лучшее начало натура торгоша практически мгновенно взяла в нём своё, ведь зарплата начальника охраны небольшого каравана была заметно ниже той минимальной планки, за которую были согласны работать полноценные маги. Так что купец решил, что удача сама идёт к нему в руки и этим надо пользоваться. Что же до короткого конфликта, то как говорится дело житейское. У наёмников в целом нормальным явлением считается наехать на новичка и устроить ему проверку поединком, после этого сразу становится понятно, стоит ли брать его в ватагу или трусу следует настучать по голове и выгнать пинками, возможно отобрав кошелёк. Это конечно не отменяет того факта, что тренировочная схватка отличается от ситуации, когда надо стоять перед атакующей конницей и крепко держать копьё, но хоть какой-то фильтр. Купцы же были продуктом своего времени и водили караваны, постоянно ожидая нападений от разбойников и наездов конкурентов. То есть от наёмников ушли не сказать чтобы далеко, бизнес-то и у тех, и у других опасный. И волшебник в нём большое подспорье… Только поди их ещё уговори в чём-то таком поучаствовать этих сраных снобов, высоко ценящих безопасность своих нежных задниц. Да, «маглы» любили колдунов никак не меньше, чем те обожали их самих.

Но как бы-то ни было, а ряд мы до Лузимуна заключили, мне выдали аванс в одну серебрушку, дали смирную заводную лошадку и я присоединился к каравану, везущие меха, ткани и железные слитки. В столице Мунганского герцогства всем этим добром было несложно прибыльно расторговаться. В прочем о прибытке пусть купеческая голова болит, мне тут главное своя зарплата и собственная бестолковка на плечах. Так что едва мы выехали за ворота постоялого двора, я достал прикупленный специально для этого кусок ветчины, отрезал полоску охотничьим ножом и положив освободившеюся руку на посох, стал подзывать птицу на угощение, не особо конкретизируя свой зов, благо мой посох в некотором роде сам был живым существом и помогал с подобными задачами. Как и своеобразное ожерелье из перьев.

— Ты что-то колдуешь? — поинтересовался едущий рядом верхом купец.

— Ищу нам разведчика — отозвался я — По посоху догадался?

— И по амулету — вытащил тот небольшой кулон в форме глаза из под одежды — Оно конечно в основном чтоб в городах какой-нибудь умелец глаза не отвёл и не обчистил, но и для другого полезно.

— И не страшно непонятному магу рассказывать, что волшебу чуешь? — спросил я с любопытством.

— Про него почти все в караване в курсе, всё равно бы со временем узнал — пожал Баринд плечами, как бы говоря, что я теперь один из них и держать очевидные вещи в секрете глупо. Все ж свои. Так себе психологическая манипуляция, дураку понятно, что за мной будут присматривать, но её в принципе можно зачесть за жест доверия. Сам же купец тем временем продолжил — А что за разведчик? Двое бойцов ведь и так впереди скачут, если что предупредят.

— От людей можно скрыться, если знать как. Но обычно мало кто пытается скрываться от птиц — отозвался я, когда мне на плечо села обычная серая ворона. Чёрный ворон был бы круче, но видимо мне не судьба косить под Одина. Зато глаза два, а не один, что не может не радовать.

Ворона же получила угощение, несколько секунд выслушивала мою беззвучную просьбу и громко каркнула, после чего улетела впереди каравана. У нас не было связи, подобной той, которую мы имели с Ахиллом, я не мог заглянуть в её глаза на расстоянии, но в случае, если птица встретит незнакомых людей, она вернётся и сможет передать мне часть своей памяти. Или я взять. Всё таки склоняюсь к мысли, что думать она в этот момент будет не своими птичьими