Ради такого события в лаборатории затеяли перепланировку. В центре трансформировали овальный стол, много кресел, стульев и диванов. Все горизонтальные поверхности немедленно завалили электронными планшетами и уставили чашками с чаем и кофе, стаканчиками с соком, тарелками с бутербродами и вазочками с конфетами… В общем, разнообразными атрибутами мозгового штурма. А бутылки с более крепкими джамранскими (и не только) напитками, стимулирующими умственную деятельность, предусмотрительно спрятали под столом.
В лаборатории собрались все учёные, какие были на корабле. А также, разумеется, капитаны, тактик, связист, главврач, ксенопсихолог и Ко. Мостиком пока командовал Агрэгот, а на Звере дежурила Камилла. Накануне подготовили зонды, маскируя под обломки, коих в округе плавало предостаточно. С утра запустили несколько штук и ждали результатов.
– Надеюсь, не засекут, – высказал пожелание Рокен, то и дело поглядывая на большой экран.
Галактика Тигра устрашающе надвигалась… На экранах она выглядела гигантским мохнатым шаром с пастью, лапами и хвостом. У некоторых, особо впечатлительных, разыгралось воображение, подкинув образ зверя, готового к прыжку…
– Когда мы видели Тигра в телескоп Ортегиуса, он прыгал, – вспомнил Гэбриэл.
– Сгруппировался, – предположил Фиримин, как завзятый специалист по галактикам и туманностям. – Галактики – не статичные, а подвижные скопления. Внутри идут процессы звёздообразования… Вспышки сверхновых, появление чёрных дыр. Галактики меняют конфигурацию и перемещаются. Постоянство относительно, но не абсолютно… И человеческий глаз часто не в состоянии это уловить. Наша спираль – для нас всегда спираль, когда бы мы на неё не смотрели.
– Просто Снежинка движется по кругу, – пояснил Гилех. – У Тигра с Зеброй иная структура, а, следовательно, и амплитуда вращения, и пограничные характеристики.
– Совершенно точно, – подхватил шакрен. – Обе галактики ещё и специфичны ярко-выраженной полосатостью. Плюс к этому окраины Тигра весьма уплотнены, но подвижны и без конца выбрасывают трены.
Полосатые галактики… Полосы Зебры – чередование светлых и тёмных зон. Полоски Тигра – опоясывающие протонные ураганы и оранжевые зоны интенсивного нейтронного излучения. Угодившие туда корабли сгорали в мгновения ока или дробились на молекулы… Никакие щиты не выдерживали, по словам Эльи. Поэтому на границы отправили зонды, чтобы выяснить, так ли это, и как укрепить защиту корпуса.
А покуда Зверь и Рэпсид состыковались и притаились в тумане, непосредственно перед пастью. То есть, в космических масштабах это «непосредственно» измерялось миллионами километров. Как раз напротив галактических ворот очень удачно обнаружился кусочек туманности – всё, что осталось от некогда обширного скопления. Ему не посчастливилось встретиться с Тигром. Зато повезло нашим путешественникам. Они использовали этот клочок мглы для маскировки, залетев туда. Сперва Ромерик предложил включить режим невидимости, но капитан категорически отказался.
– Какой смысл тратить энергию? И потом, так мы не сможем маневрировать и обороняться.
– А зачем нам обороняться, если мы невидимы? – недоумевал Ромерик.
– К тому же, у Зверя нет этой функции, – поспешно встрял Гэбриэл.
– В любом случае, невидимость – для экстренных случаев, – скаламбурил Талех и ушёл пить чай. Он предпочитал особенный, в каюте, а не тот, что в лаборатории.
После обеда поступили первые сигналы от зондов, отправленных в Пасть. Пока ещё нечёткие, рябящие и шуршащие помехами.
– Трудно настроиться на их частоту, – хмурился связист. – Не получается уловить, что они говорят.
– Это не так важно, – откликнулась Элья, которую Талех пригласил в качестве консультанта. – Главное, видеть, что они делают.
Разумеется, Элья привела с собой брата. Мальчишка тотчас плюхнулся на диван, включил сенсорный планшет, нацепил наушники и принялся гонять монстров в какой-то виртуальной стрелялке.
– А он тут зачем? – нахмурился Гэбриэл.
– Для наглядности, – ответила Элья. – Всё-таки, его как бы отец – заламин.
– Неужели? – прищурился Гэбриэл, пристально разглядывая подростка. – И что в нём, хм, от «как бы отца»?
– Почти ничего, – пожала плечами Элья, наблюдая, как брат разделывается с компьютерными врагами. – Генотип руннэ у него доминирует… Разве что, шипит, когда злится.
И Доминик тут же продемонстрировал это, потому что компьютерные монстры коварно прикончили его аватара.
– Ну, вылитый заламин-апа, – отметила Элья. – Наша мать была рабыней у первого заламина наместника… Пока его не убили.
– Как? – полюбопытствовал Рокен.
– Он погиб, усмиряя повстанцев.
– Так их можно убить? – оживился Гэбриэл.
– А почему нет? – удивилась Элья. – Они живые существа, как и мы. И убить, и даже покалечить…
– А теперь поподробнее, – Гэбриэл пододвинул стул поближе к её креслу.
– Так, – вмешался Талех и прервал их увлекательную беседу. – Прежде чем кого-то бить, калечить или убивать, следует разобраться, кто такие эти заламины и прочие. И как с ними взаимодействовать.
«И манипулировать ими», – добавила про себя Женя, с поправкой на джамранскую психологию.
– Есть изображение! – сообщил офицер по связи. – Вполне сносное. Подключаю…
На экранах и мониторах возник расплывчатый коридор, с бегущими по нему зелёными существами, похожими на двуногих рептилий…
– Нассаримы, – прокомментировала Элья.
– А кто-то говорил, что гатраки страшные, – заметила Женька. – Да Агрэгот просто лапочка по сравнению с этими…
Картинка замерцала и сменилась чёрно-белой рябью.
– Настройки сбились, – огорчился связист. – Нестандартные частоты.
– Это же наггевары, – заявила руннэ. – У них всё нестандартное.
– Ладно, – Талех прошёлся по лаборатории и привычно остановился возле иллюминатора, разглядывая оранжевую галактику. – Пока большинство зондов в пути, а другие настраиваются, послушаем консультанта, – он повернулся к Элье. – Расскажите всё, что знаете о наггеварах, тигримах и прочих обитателях Тигра.
– С кого мне начать? – уточнила Элья. – С тигримов, бокров, кватов… Эти народы мирно сосуществовали или попросту не знали друг о друге. Торговали, сотрудничали, заключали союзы, летали в космос… Но однажды из системы Когтя пришли наггевары и положили конец мирной, счастливой жизни. Они поработили всех за несколько часов и вот уже три столетия владеют галактикой. Всё население Тигра поставлено на колени Великой Наггеварской Империей, за небольшим исключением…
– Начните с захватчиков, – истинно по-джамрански решил Талех.
– Хотелось бы наглядного подтверждения, – высказался Гилех. – Когда восстановят связь?
– Я попробую зарисовать, со слов Эльи, – предложил Фиримин, усаживаясь перед моделирующим голо-проектором.
– Попробуй, – кивнул Талех. – Элья, смелее.
Руннэ вздохнула, поймала ободряющий взгляд Лео и начала рассказ:
– Наггевары – рептилоидные змееподобные полугуманоиды. Они агрессивные, безжалостные и бескомпромиссные. Когда наггевары чего-то хотят, то приходят и берут, не спрашивая. Внушают ужас. Многие их ненавидят, а некоторые тигримские философы ими восхищаются. Их боятся и, как ни странно, иногда даже любят… – голос женщины дрогнул. – Они и неминуемая кара, и неразгаданная загадка… У наггеваров сложный общественный строй, основанный на взаимоотношении пяти полов…
– Скольких?! – Женька подумала, что ослышалась.
– Пяти, – повторила Элья.
Фиримин с Миритином переглянулись, и Евгения заодно с ними. Она-то полагала, что после шакренско-вейской псевдодвуполости, гатракской бесполости и линдрийского окукливания, её уже ничем не испугать. А тут… Обалдеть! Многополость!
– Да ладно, – ухмыльнулся Рокен. – Кого только нет во вселенной! Как-то это объяснимо, наверное…
– Многополость наггеваров, – задумчиво проговорила Элья, – это упорядоченная система, обеспечивающая высокую степень выживаемости и дающая силу. Они непобедимы.
