оружием так не получиться, и если пистолет закинуть в контейнер на переработку, то всегда есть вероятность, что машина, разбирающая на молекулы груды отходов, заорёт на весь орбитал, что в таком-то секторе, в такое-то время были обнаружены фульминат ртути и карбид вольфрама в повышенных концентрациях.
Перехватил удивлённые взгляды моих компаньонов, наблюдавших за моими телодвижениями, и сообщил:
— Хотел попробовать, но не получилось, давайте потом.
Никси прибывали и прибывали, их уже было больше сотни. Это даже для моего металлического паука многовато, но ещё небезнадёжно. Только хотел использовать «Тарантула», но Владеющий словом тронул меня за плечо и просто показал. Через густую листву было видно ещё одну стаю. Голов триста, не меньше. С зенитным огнём опоздали. Если паук ещё мог держать оборону из-под веток деревьев, то вывести нас до ближайшего нормального лесного массива уже был не в состоянии. В небе было слишком много целей, даже для ротора.
Теперь вопрос, что делать? Я всегда держал в голове, что мы в домене и здесь нет наблюдателя, и, возможно, за применение моей чёрной руны не накажут. У подруги были руны объёмного действия, и усиленные тысячекратно, вполне могли выжечь всё небо разом, но меня смущало одно. В условиях применения моей чёрной, прописывалось условие — смерть. Как оно будет действовать? На кого эта смерть примениться? Поэтому пока отложил на крайний случай. Тогда что?
И тут мне пришла очередная гениальная идея. Отсутствие наблюдателя и моя руна уродливого роста, которая мутировала из амулета Нимфеи. Заклинание выращивало теневое растение из обычного. В любом другом месте Единства подобное растение обязательно погибнет от света древа, но в этом домене, похоже, единственные источники игг света были столбы, защищающие людей от убивающей темноты. Кстати, погибнет по-любому. Оно же растение, и если посадить за кругом света, то зачахнет в темноте вечной ночи.
Нужно было делать что-то срочно. Мы не можем сидеть под кроной деревьев вечно. С наступлением темноты обязательно погибнем, а вот птице-люди, со своей животной частью, могут даже не знать, что темнота убивает, будучи полуразумными. Если что, без проблем могут улететь, добравшись за несколько минут до ближайшего убежища, а вот мы так не могли.
Решил не делиться своей очередной умной идеей. Дольше объяснять. Мысленно выбрал руну и направил крошечную звездочку в дерево покрупнее и подальше от нас. Когда-то давно, взращенный таким способом крошечный кустик разрывника удержал развитого и неслабого имаго-командира. Червь был не из простых, но не смог вырваться из шипастых плетей, выросших мгновенно из крошечного ростка.
С деревом всё получилось так же, с соблюдением всех пропорций. Вверх взметнулась огромная крона, накрыв весь наш лес, а сам ствол стал толщиной метров в пятьдесят. Приличная стая никси, летавшая совсем рядом с верхушками деревьев, оказалась внутри кроны неожиданно появившегося исполина. А потом раздался вопль множества пернатых. Так орал тот, которого я камнями закидал, только эти громче. Вниз полетели ошмётки, капли крови и медленно парящие перья. Там, где падали капли, из земли рванулись небольшие побеги, шипастые, недобрые, собирая всё, до последнего пятнышка.
Небо огласилось испуганным визгом, и никси охватила паника. Крылатые рванули в разные стороны от неожиданно появившегося древесного исполина, а в сторону от кроны скользнули щупальца, тонкие древесные лианы, лихо хватавшие не успевших отлететь птиц и затягивающие в густую листву. Хруст костей, ломаемых скручивающимися вокруг ветками, вопли пойманных никси и крики успевших сбежать. Ещё немного, и какафония неожиданного движения сменилась почти тишиной, нарушаемой шуршанием листвы теневого дерева.
— Спокойно подошли ко мне, — сказал я и расставил руки, готовя обнимашки, пока происходила вся эта суета в небе.
Здоровяк и Длань бросились в мои объятия. Вокруг нас из земли поднялись корни, обвили, прошлись по моим рукам, ногам, ощупали моих подельников. Вцепились в сумку бородача и подёргали. Владеющим словом скинул заинтересовавший корни аксессуар.
— Я туда пару кусков мяса положил со вчерашнего, — пояснил он, удивлённо глядя, как его суму затащило под землю.
Это была моя задумка, о которой я традиционно не подумал, прежде чем выращивать теневое дерево, но в голове держал. В том, что подобное растение будет опасно, я не сомневался. Для этого и запускал руну уродливого роста, но почему оно не тронет нас? Понимал, что вырастет что-то нехорошее, что скорее всего отпугнет слетевшихся никси, а как же я? Это, наверное, уже внутренне ощущение, о котором не думаешь. Все они, от этого теневого дерева, Куся или совсем незнакомых теневых чудовищ, названия которых не знаю, мои родственники. У меня такая же примотанная к душе часть древней твари грани, что и у них. Мы все чувствуем друг друга, и если не отбирать еду, то всегда дадут уйти с миром. Любить не станут, но и убивать без необходимости тоже.
Я об этом не знал, но забыл, не оформив эту мысль. Это родственные связи. Здесь нет игг света, нет наблюдателя, и некому будет уничтожать такое красивое и хищное дерево. А что до остальных, то Длань моя самка, а здоровяк член стаи, и тоже не чужие, по крайней мере пока я рядом.
Потом всё затмило. Огромная тень закрыла небо, и, уменьшаясь в размерах, превращаясь в полную черноту, к нам приближался сам Хозяин. Он неспешно падал на крону моего выращенного дерева, всё уменьшаясь и уменьшаясь. Мы плюхнулись на колени, изобразив максимально прилежное поведение, но было так интересно, что просто невозможно отвести взгляд от наверняка редкого зрелища, когда само чёрное небо валится тебе на голову.
Если смотреть вблизи, то вот ни на что не похоже. Шестикрылое существо с острыми, как клинки крыльями, четыре удлинённые конечности с несимметричным количеством суставов, от четырёх до почти десяти, голова, непонятно от кого, длинный гибкий хвост, и кости между суставами гнутся, словно щупальца. Всё это покрыто слоем чёрного, непроглядного и постоянно двигающегося дыма. Что в дали, что вблизи, Хозяин не вызывал у меня никаких ассоциаций. Твари грани могли быть и более разнообразны, но моё чувство молчало. Это может быть чем угодно, но только не червяк, если конечно не скрывает свою суть под амулетами из проклятого иллиума, вроде тех, что таскал Капюшон.
Чёрное существо уменьшилось до пятидесяти метров в длину и устало опустилось на ветви выросшего теневого дерева. Разлеглось на прогнувшихся под тяжестью туши ветвях, свесив лапы и неспешно виляя кончиком хвоста. Мой кот обожал валяться на деревьях, что росли в оранжерее жилого яруса, где я жил в детстве. Дерево в рост
