И сочинения Карамзина мне как бы не подходят. Сразу захотелось поскандалить, но быстро поняла, что вежливый старичок в пенсне не желал меня унизить. Здесь так принято. Мужчины читают умные книжки. Ну а дамы — исключительно “остальное”, типа художественной литературы любовного содержания и поваренных книг.
Пришлось вспомнить, что официально числюсь гувернанткой в доме Победоносцева. Под этим “соусом” и выцыганила необходимые книжки, объяснив, что они нужны не мне, и действую исключительно в целях воспитания подрастающего поколения. Доводы были приняты, и я с победным видом вышла из книжной лавки в обнимку с тремя томами исторических трудов.
Цены на них конские! Но мне не жалко было потраченных денег. Впрочем, как и на пирожные, которых я вдоволь накупила в одной из кондитерских лавок. Вот чем мне однозначно нравится прошлое — так это едой. Поначалу без усилителей и подсластителей она кажется немного безвкусной. Но стоит к ней немного привыкнуть и уже никакую химию употреблять не хочется.
Пирожные давно съедены. От исторических дат и кучи имён начинало потихоньку подташнивать, но я всё равно упрямо вгрызалась в страницы трудов Карамзина. Чтоб ему пусто было! Не мог коротенько и более доходчиво всё описать! Звонок в дверь заставил меня подскочить с кресла и швырнуть книгу на стол. Наконец-то! Началась движуха! Дождалась!
— Ирина Петровна, — нарисовалась в дверях растерянная Анфиса. — К вам прибыл некто ротмистр Саблин Юрий Александрович.
— Кто?
— Не знаю. Впервые его вижу. Но он явно осознаёт, к кому пришёл.
— Один?
— Нет. С тортом.
— Тогда впусти. И торт, и Саблина этого. Пусть подождут здесь в гостиной. А я пока себя в порядок приведу.
Быстро пробежала в спальню. Скинула с себя домашнее платье и достала из гардероба более приличное одеяние. Пока облачалась в него, размышляла о странном госте. Явно не посыльный от Победоносцева. Они с приказами, а не с тортами приходят.
Ротмистр… Звание не самое маленькое. Насколько помню, нечто среднее между майором и подполковником. Такого офицера мальчиком на побегушках не отправишь. Неужели замена Водянову-Сульскому? Тогда зачем он сам заявился, без представления у обер-прокурора? Ладно! Чего домыслы строить? Скоро во всём разберусь!
12
Надев белую блузку и синюю юбку, осмотрела себя в зеркало. Сойдёт! Гость хоть и с тортом пришёл, но явно по делу, поэтому особо с ним манерничать не собиралась. Очаровывать, тем более. После сволочного Водянова-Сульского хочется не красоту наводить, а разминку провести. Быть может, и этого командирчика придётся по лестнице спускать.
Вздохнув, подмигнула своему отражению левым зелёным глазом и пошла на встречу с новым начальством. Зайдя в гостиную, увидела плечистого военного, сидящего ко мне спиной и внимательно рассматривающего оставленную книгу Карамзина. Отчего-то решив немного похулиганить, мягко, почти неслышно подошла на цыпочках к мужчине и громко кашлянула, привлекая к себе внимание. Как и ожидалось, он вздрогнул и резко вскочил, быстро повернувшись ко мне лицом.
И в этот момент неожиданно для себя я испытала лёгкое чувство раздражения. Нет, гость внешне был достаточно привлекателен. Примерно лет тридцать, мощного атлетического сложения. Почему-то под кителем мне представилась фигура пловца.
Карие глаза и тёмные волосы придавали яркость гладковыбритому лицу, и даже неровный шрам на правой щеке не портил приятного впечатления.
Но вот рост… Я за полгода привыкла видеть людей намного ниже себя. Даже мужчин, что были со мною вровень, можно по пальцам одной руки пересчитать. Но тут ощутила себя недомерком, так как этот вояка был за два метра ростом… Очень неприятное чувство, когда нужно голову не наклонять, а задирать. Словно меня только что с верхней ступеньки пьедестала подвинули.
Вымахал, каланча… Стоп! Уподобляться истеричному Сульскому не стоит. Даже если моего гостя с детства местными удобрениями для роста кормили, то он в этом не виноват. Но всё равно неуютно.
— Извините за столь беспардонное вторжение, — явно не чувствуя ни капли раскаянья, с улыбкой проговорил офицер и лихо щёлкнул каблуками. — Разрешите представиться! Ротмистр Юрий Александрович Саблин. Ваш новый, так сказать, сослуживец.
— Ирина Петровна Бесова, — промямлила я, ещё не успев до конца отойти от лёгкого шока. — Не извиняйтесь. Я рада вашему визиту. Чаю хотите?
— Буду признателен, — продолжая улыбаться, кивнул ротмистр. — Я взял на себя смелость предположить, что наш разговор может пройти в неофициальной обстановке. Поэтому, не зная ваших предпочтений, отважился выбрать небольшой десерт на свой вкус.
— Ваша отвага уместна, — непроизвольно улыбнулась я, оценив “небольшую” коробку с тортом. Килограмма на три десерт потянет точно. — Анфиса! Принеси нам чаю! И торт разрежь!
Дожидаясь, пока будет сервирован стол, мы с новым “коллегой” завели пустой светский разговор, обсуждая погоду во всех её проявлениях. Видно, что эта пустопорожняя болтовня не приносит нам обоим никакого удовлетворения, но что поделать, если так заведено.
За чаепитием никчёмный диалог продолжился. Только с погоды мы переключились на мастерство кондитера. К слову, торт был восхитителен.
— И как? — первой не выдержала я, отложив в сторону десертную вилку.
— Извините, Ирина Петровна? — удивлённо приподнял одну бровь мой собеседник.
— Ну вы же пришли составить мнение и сделать выводы, насколько сможете служить вместе с женщиной. Не так ли? Вот я и спрашиваю вас... Как впечатления, Юрий Александрович? Говорите, не стесняйтесь. Лучше сразу прояснить все скользкие моменты, чем потом иметь неприятные конфликты.
— У вас хороший аппетит, — приняв правила игры, не стал миндальничать ротмистр. — Не очень комфортно чувствую себя в обществе жеманниц, которые утверждают, что не голодны, а сами смотрят на еду так, что у меня кусок в горло не лезет. Словно объедаю бедняжек. Это большой плюс с вашей стороны.
Любите прямые вопросы и, уверен, не менее чёткие ответы. Признаться, я тоже не сторонник словесной мишуры. Она занимает много времени и мешает добраться до сути.
Прелюбопытную книжицу Николая Михайловича Карамзина я увидел на вашем столе. Знаю, что ни мужа, ни, простите, поклонника у вас нет, значит, сами изучаете столь неженскую литературу. Можно сделать вывод, что имеете мужской склад ума.
Больше, извините, пока никаких впечатлений предоставить не могу. Мы слишком мало знакомы.
— Хм… — задумалась на секунду я. — А с чего вы взяли, что у меня отменный аппетит?
— Это легко понять, Ирина Петровна. Не каждая барышня сможет осилить три куска торта.
— Да? Уже три? Я даже не заметила. А вы, смотрю, чужие кусочки считать любите?
— Упаси боже! — рассмеялся Саблин, ничуть не смутившись. — Просто привык подмечать мелочи! Госпожа Бесова! Право слово, не надо из меня жадину делать!
— Извините, просто к слову пришлось, — быстро пошла я на попятную. —
