[Дитя гнева] и [Дитя отчаяния] моментально разогнались до своей высшей степени.
Страж хотел было подтащить меня к себе, но вместо этого подался вперёд, теряя равновесие, и ещё быстрее полетел в мою сторону. До меня не сразу дошло, что это сработал эффект [Сапогов настойчивости]. Понял я это, когда робот уже был прямо возле меня, замахиваясь для удара. Вот только этот замах не был рассчитан на то, что он будет лететь ко мне чуть ли не кубарем. Поэтому, хищно улыбнувшись, я встретил его размашистым взмахом меча сверху.
Робот среагировал, подставив одну из конечностей для защиты. Но это ему не помогло. Хоть в руках у меня и был не [Дробильщик], а [Истязатель], но даже он с приложенной к нему силой легко отрубил руку стража.
Робот подался назад, издавая какие-то электронные звуки, но я вновь оскалился:
— Не так быстро, дружочек.
Левой рукой я дёрнул за трос, подтягивая стража к себе с большой скоростью. А правой же выставил меч, метя в его уязвимое место. А именно отсек с кристаллами. Сначала я подумал, что, лишив его энергии, можно будет быстрее закончить бой. И на самом деле так и вышло. Но вскоре я сообразил, что тем самым я лишил себя добычи.
— Вот дебил! — выругался я, хлопнув себя по лбу.
Ну, ладно. Остался ещё один. Широкий, как шкаф, страж, никак не отреагировал на уничтожение собрата, всё так же перегораживая выход из зала.
Он лишь выставил вперёд свои клешни, как вратарь, готовый ловить мяч.
Я выдернул из себя плавящийся гарпун и отбросил его в сторону, внимательно рассматривая противника. Выглядел он значительно тяжелее других моделей и явно куда сильнее бронированным. Зато такой прыткостью и скоростью он уже не обладал.
— Ну, хорошо. Давай посмотрим, — проворчал я.
Удар меча броня стража выдержала достойно. Хоть и получила видимый скол. Ломать его в лоб оказалось задачей хлопотной. Поэтому я попытался подпрыгнуть, чтобы дотянуться, куда повыше. Но страж воспользовался моим манёвром и тут же схватил меня в клешни, поднимая над собой.
Расцепить его хватку не составило больших проблем, и я оказался прямо наверху робота. Я начал охаживать его размашистыми ударами сверху вниз, как дровосек. И под моим напором она начала проминаться и даже лопаться. Это, конечно же, не понравилось стражу, и, резко повернувшись, он сбросил меня на землю. И ещё в полёте зацепил клешнёй, выбивая мой меч из рук.
Не успел я подняться на ноги, как этот шустряк уже оказался возле меня, вновь протягивая ко мне свои клешни. Мы схватились верхними конечностями, как два борца сумо, пытаясь перетолкать друг друга. И у меня было явное преимущество в силе, а также в том, что теперь меня нельзя было просто так сдвинуть с места.
Страж упирался и скрёб ногами по земле. Я же понемногу отступал назад и, когда до обрыва оставались считаные метры, упал на спину, перебрасывая робота через себя. Его инерции не хватило, чтобы улететь в пропасть, поэтому, оказавшись у него за спиной, я дал ему ещё и пенделя вдогонку.
Отряхивая руки и глядя на то, как долго летит робот вниз, я снова пожалел, что упустил кристаллы. Но на самом деле потеря невелика.
Я подобрал [Истязателя] и ради интереса вскрыл отсек с «батарейками» первого уничтоженного стража. Один из трёх кристаллов хоть и был пуст, но остался целым. Поэтому я взял его с собой. Вдруг пригодится.
Требовалось продолжать поиски ещё трёх кристаллов. Хотя с другой стороны, какой теперь в этом толк? Организаторам этого мероприятия нужно предоставить все пять кристаллов, а два из них я уже употребил. Возможно, стоило сразу поискать путь наверх и попытаться пробиться силой? В конечном итоге я решил, что если наткнусь на путь к верхнему ярусу, то так и сделаю. Ну, а если найду эссенцию, то почему бы не захватить её с собой?
Лабиринт, к счастью, не был особо запутанным. Очевидно, что тупики в нём были созданы не для того, чтобы сбить кого-то с толку, а скорее загнать в ловушку и уничтожить. Похоже, что эти «неверные», о которых талдычил тот паренёк с труднопроизносимым именем, это те ушастые иномирцы с голограмм. А этот лабиринт — их большая защитная система. Наверное, поэтому никассы сюда сами и не суются, а отправляют таких вот «сборщиков».
Размышляя на ходу, я и опомниться не успел, как оказался на перепутье тоннелей, где произошла стычка с тигроголовым. Вот выжженные ямки от моей крови. Вот кровь лиониса на том месте, где я отрубил ему руку. Вот какой-то непонятный хмырь слизывает эту кровь раздвоенным языком.
Моё появление насторожило неизвестного, и он резко вскочил на ноги.
Моя же бровь невольно вскинулась в вопросительном порыве. Я много каких тварюшек в бездне повидал. Но гуманоиды здесь один прикольнее другого. То какие-то рогатые бугаи, то темнокожие эльфы, то зеленокожие человеки. Теперь вот какой-то хмырь без носа и покрытый чешуёй. Вот только услышав название его расы, я не сдержал дурацкий ржач.
[Рептилоид]. Класс — веномант.
Мой смех поставил чешуйчатого в ступор. Но он быстро опомнился и обнажил одноручный меч.
— Что означает эта реакция? — спросил он, и его язык попробовал на вкус воздух точно так, как это делают змеи.
— Просто представил, как бы обрадовались некоторые деятели телевидения в моём мире, если бы тебя встретили.
Рептилоид моргнул сначала сверху вниз, а потом другой парой век изнутри наружу.
— Мне всё ещё непонятны твои слова.
— Да не бери в голову. Ты кристаллы эссенции не находил?
Спросив это, я просмотрел его ауру. Интеллект и ловкость. Но не достигающие каких-то выдающихся высот. Значит, он ничего подобного не поглощал. В сумке? Не исключено. Но нападать на него мне не хотелось. Требовалось приберечь силы для никассов.
Рептилоид же одарил меня изучающим взглядом и задал встречный вопрос:
— О каких кристаллах идёт речь?
«Либо не знает, либо под дурачка косит», — подумал я. Но вслух ответил:
— Урожай. Ты ведь тоже сборщик? Или мимо проходил?
Рептилоид слегка расслабился и приопустил оружие:
— Значит, урожай — это кристаллы эссенции?
— Угу. Ну, раз ты не в курсе, тогда я пойду. Маякни, если путь наверх найдёшь.
Махнув рукой на прощание, я направился в тот проход, в котором некогда скрылся лионис. Рептилоида я старался не упускать из виду. Уж больно неприятно он на меня смотрел. Скорее всего, мне это казалось из-за своеобразной анатомии иномирца. Но выживая в бездне, привыкаешь опасаться всего и вся. Тем более, мой
