и сыр с майонезом.
— Так. Сиги — отставить. Выкини их нахрен. Теперь слушай, зачем позвал. Хватит лоботрясничать! Обещал помочь с бизнесом. Забыл? Хорош кореш…
— Не гони. Чё надо — говори. Но напоминаю: я только морды бить умею. Розетки тебе, кстати, все подправил. Ещё в прошлый раз.
— Директором кооператива будешь! На кой-тебе сигаретами торговать? Ты знаешь, какая у директора кооператива зарплата?
— Рублей триста? — почти прошептал Бейбут, уже представляя себе такую кучу бабла.
— Ха! Триста… — фыркаю я. — Это если ты сторожем устроишься в кооператив по пошиву хэбэшных халатов! А здесь — серьёзное дело.
— А чего ты сам не директор? — насторожился друг.
— Мне нужен человек надёжный. Сам я директором быть не могу — у меня должность в ЦК. Формально, конечно, могу, но вопросы возникнут быстро. Вот поэтому и ставлю тебя директором.
— Славнова дай в помощь, — оживился Бейбут. — А то разведут меня ухари. Щас знаешь как кидают?
— Дам. Ждём их скоро, приедут. У него, конечно, своих дел выше крыши, но куда он с подводной лодки денется?
— Ясень пень. Если что — у нас с тобой разговор короткий.
— Будет косячить, шельмовать — бей в печень. Только не по морде.
— Чтобы заяву не написал?
— Кто? Славнов? Нет. Просто лицо его кормит. Умную морду еврейской наружности портить нельзя. Кому он побитый интересен будет?
— Ну-ну… — усмехнулся Бейбут. — Давно его не видел. В часть ко мне раза два всего приезжал, и то… важный стал. Но раз я директор…
— Ты, ты. Тебе доверяю как самому себе. Тем более задумок — вагон. Начнём с клуба.
— С клуба? Танцевального, что ли? — морщит лоб Бейбут.
— Типа того. Что-то вроде ресторана и бара, только круче. Идея пока в голове. С меня — поддержка и организация поставок, с вас — практическая работа. Но это только начало.
— Вообще у меня подруга в Норвегии, — продолжаю я. — Сейчас пытается продвинуть алюминиевые окна, так что будет валютный поток. А оттуда уже можно тянуть бытовую химию — там выхлоп хороший, компьютеры, разную технику… Это всё, конечно, в девяностом, будет, но он ведь уже не за горами. Открывать будем совместное предприятие. Ты — директор. Опять же.
— А потяну? — задумался Бейбут. — Или я тебе нужен как зиц-председатель Фунт, чтобы отсидеть? Я не против, если что…
— Неужели «Золотого телёнка» читал? — ошеломленно спросил я вместо того, чтобы с возмущением отвергнуть поклёп.
Гляжу на него, как на шимпанзе в цилиндре и фраке, которого внезапно обнаружил в своём сортире, сидящим на унитазе с газетой «Правда» в руках.Бейбут, конечно, не тупой. Знает меньше меня — да. Но соображает иногда быстрее. Я ещё думаю, как конфликт словами разрулить, а он уже пару раз всёк — и вопрос закрыт.
— Ирка моя на работе была, а мне скучно. Библиотека у неё дома большая, вот и почитал, — поясняет Бейбут, явно довольный произведённым эффектом.
— Ну, насчёт «сидеть» — надеюсь, не дойдёт, — говорю я. — Всё-таки мои связи что-то значат, да и ничего незаконного делать мы не будем. СП — это наш кооператив. Может, по питанию — твой будущий, может, тот, что в Белгороде Славнов с компанией организовали. С норвежской стороны фирма точно будет, банк есть… Короче, будем помогать стране, насыщая рынок товаром. Ну и сами зарабатывать, разумеется.
— Это ж квартирку кооперативную можно будет купить… И машину, — мечтательно тянет Бейбут.
— Найдёшь, куда зарплату потратить, — усмехаюсь я и лезу в заначку.
В книгах в зале у меня небольшой денежный резерв. Почему в книгах? А чтобы воры не нашли! Шучу, конечно. Просто так удобнее: и под рукой, и не на глазах.
— Вот пока пятьсот рублей на месяц. Извини, четвертаками — других нет. И ещё две тысячи на деловые расходы. Их на ерунду не трать — на дело даю.
— Ох… итить, — выдохнул Бейбут. — Так ты серьёзно, Толяныч?
— Нет, сейчас с тобой к метро пойдём — цыган грабить. А потом беременных бить.
— Да, та молодая, с горбатым носом, орала, что беременная! — вспыхнул он. — Но я её не бил. Толстомордым только досталось!
Женщин — даже агрессивных цыганок — моему корешу бить неудобно. Вижу, покраснел. Правильно отец его воспитал.
А что женить хотел… Да можно подумать, его тут, в Москве, не окрутят. Не Ирка-прокурорша, с которой он живёт в Выхино, так другая найдётся.
Но сначала надо избавиться от ворованного — вернее, награбленного у спекуляток. Без всякой жалости выкидываю в шахту мусоропровода и дешёвый «Опал», и дорогие «Мальборо». Подумав секунду, туда же летит и замызганная тряпичная сумка.
Возвращаюсь домой довольный, хоть и выкинул, вообще-то, приличные деньги. Да и хрен с ними. После покупки аудюхи я окончательно понял, насколько богат по советским меркам.
Бейбут всё ещё в зале — доедает последний бутер. И самое интересное — листает книги.Ищет заначки? Ха, оказалось — читает!
— «Человек, который дружил с электричеством»… — поднимает на меня глаза Бейбут, потрясая книгой. — Это как? Про электрика, что ли?
Откуда у меня в новой квартире книги? Да люблю я пройтись по толкучкам и комиссионкам. Самиздата ещё нет — вот и читаю старое, которое для меня одновременно новое. Купил уже книг тридцать, не меньше. В основном те, что когда-то читал и которые тогда зашли.
Вот и эта попалась — с прикольным названием. Отдал за неё целых пять рублей. Сам, правда, этот сборник американской фантастики ещё не читал. Но иногда одно название — уже повод купить.
Глава 11
Глава 11
Рассказ «Человек, который дружил с электричеством» в одноимённом сборнике — за авторством, как выяснилось, Генри Слизара. Я о таком не знал. Но замылить книгу и не дать другу — бывшему электрику (или они, как чекисты, бывшими не бывают?) — даже мысли не возникает.
И не потому, что обидится. Психика у Бейбута — дай бог каждому. Просто хочется поощрить внезапно проснувшийся у него интерес к чтению.
— Сам пока не
