их через призму драгоценного взора. Сразу почувствовал слабость: праны потрачено было уже столько, что никакое донорство тут не могло сравниться. Сначала восстановление после ранений, потом заклинания — неоднократно… Драгоценный взор тоже питался ей. Еще большее ускорение потоков, конечно, помогло, но долго держать гранаты открытыми не стоило.
Впрочем, главное я увидел: истончившуюся границу между явью и нереальностью. Мертал сидел в тюрьме, явным образом расположенной в нематериальном. И это было… интересно.
— Первый?
— Я просто подумал… Возможно, что именно моя помощь станет крайне существенной для открытия этой тюрьмы, — я сам не верил, что говорю это. Я же не псих… Опыт жизненный, опять же, не располагал. Но именно сейчас мне отчего-то в голову пришла мысль пробежаться внутренним взором по своему системному статусу… И там мне буквально навязывала желание сосредоточить на ней внимание строчка титула “Хранитель Врат”.
Этот титул имел вполне конкретное описание:
“Врата Теней.
Даётся тому, кто открыл стабильные Врата (самоподдерживающийся углубляющийся проход) на любой из астральных планов. Открытые вами с помощью Ключа Ветра Врата Теней неуловимо изменили вас, навсегда оставив в вашей душе свою печать.
Свободные очки +10
Резерв маны +200
Магия теней уровень +10
Особые взаимодействия с планом теней“
И вот вопрос: сумею ли я что-то получить, если выпущу на волю еще одного архидемона?.. Хотя даже сама мысль о таком безумии была мне уже странна сама по себе.
— Ты хочешь туда пойти?..
— Кто конкретно заключил договор с ЭКЧ? Не Ковенант же? — я пристально посмотрел на щеку Ортинума. Он как обычно не поворачивал к собеседнику голову. Вопрос повис в воздухе. Мне становилось очевидно с каждой проведенной в этом мире минутой, что если кто-то из Ковенанта и мог заключить такое соглашение, то только Патриарх. Вряд ли Старейшины обладали достаточной силой, эрудицией и властью. Но было и иное мнение. И молчание Ортинума это подтверждало. Да и не великий секрет — косвенно он много раз об этом упоминал.
— Мертал.
— А раз так, то с его стороны опасность нам не сказать, чтобы сильно угрожала?
— Формально — не угрожает. Но он могущественный демон.
— Угу… — на самом деле, как бы я не храбрился, но больше всего мне от Ортинума нужен был совет. Возможная выгода от получения нового титула или улучшения старого была существенна, но и риск огромен. А решиться на него мне было… сложно. В глубине души меня подгрызал червячок сомнения.
— Не вижу смысла рисковать ради нанимателя, — Ортинум покачал головой.
— А если не только ради нанимателя? — он на секунду замер, складывая известные ему факты.
— Его освобождение принесет что-то лично тебе?
— Да. Даст некоторые новые возможности в магическом плане.
— Это… Твой выбор. Если ты решил, то можешь попробовать отправиться туда. Раул тебя знает, Мертал узнает после освобождения по печати Корпуса. Но в таком случае я начну подготовку межмирового портала прямо отсюда. Как только демон вырвется на свободу, ты должен будешь добраться до нас за десять минут. Если не успеешь или если будет слишком велика опасность — мы уйдем раньше.
— Ты не против?!
— Как я могу мешать магу из своего отряда возвышаться?.. — командир аж повернул ко мне голову, приподняв брови и выражая тем самым крайнюю степень удивления.
Именно в этот момент у меня в голове что-то щелкнуло. Сошелся какой-то паззл. Все ведь было так просто…
Задание завершено. Тайна архичародеев.
Выяснить, что позволило Арикеду Черному давить на демолорда телекинезом.
Награда: уровень +5
Вот так просто… Элементарно… Что Ортинум, что Арикед, что Бриар, что Мардук, что архимаги Шумера или командиры профессиональных терций Корпуса… Они просто… Делали. Нет никакого секрета в могуществе парифатских магов, каких-то зелий, методик подготовки, особых условий. Главный секрет — просто быть могущественным. Не пытаться взвесить все “за” и все “против”, не решаться на риск, не думать ли “имею я право”… Просто знать, что “я право имею”. Арикед удерживал демолорда просто потому, что знал как непреложную истину. Он могущественен. Арикед Черный. Он может это делать. Он может держать Гаштардарона, он может бить его, он может победить. Настолько исключительной силы вера, трансформированная в знание, в железную волю. Не было никакого мага и демолорда в том бою. Только двое — Арикед и Гаштардарон. И у обоих была сила, воля, готовность идти до конца. Первый шаг к этой мощи — отбросить всякие сомнения. Сомневаешься — значит, не имеешь силы. Сомнение — брешь в самой первой из основ волшебства. Собственной вере в возможность творить магию — величайшее из Искусств.
— Я пойду! — кивнул я Ортинуму, после чего добавил: — Можешь поделиться маной?
— Да, — он положил мне руку на плечо. Я сразу же почувствовал, как в мое тело вливается жгучая бушующая сила, медленно складывающаяся в потоки энергии, переплетающиеся и сходящиеся один к другому с моей родной. — Удачи, — командир на секунду сжал плечо, после чего отпустил меня. Я встряхнулся всем телом, открывая портал. Последним взглядом окинув Долину, понял, что силы Альянса уже прошли вход сюда. Видимо, передовые отряды каким-то образом сумели пробраться через завалы. Логичная стратегия — атаковать следующую преграду, пока инженеры и командиры выдумывают новые способы преодолеть возникшие препятствия. Успешно? Отлично. Нет — хоть информацию получат перед основным рывком. И вряд ли та хлипкая линия защиты устоит.
