Благородно. Я, честно говоря, даже не подумал об этом.
— Как ты думаешь, когда граф догадается, что его солдаты мертвы?
— Это надо у Лиа спросить, — я повернулся к ней. — Когда они собирались отчалить?
— Послезавтра. Тут у них что-то вроде пункта ожидания было. Им должны были сказать, куда идти дальше — к графу или на каменоломню.
— И куда они выдвигались?
— К графу, — ухмыльнулась она. — Естественно, своя шкура дороже бизнеса.
— Да в каменоломне, наверное, и без них просто охраны хватает, — ответил я.
Мы подошли к лошадям, что привела сюда Дара. Это были самые обычные скакуны. Я быстро оглядел их, но не заметил вещей, которые бы сильно выделялись. Обычное седло, типичная уздечка, без всяких там вшитых золотых нитей и прочей лабуды. То, что надо для обычной езды, чтоб не выделяться.
— Ты уверен, что нам нужны лошади? — спросила Дара. — Тут до каменоломни…
— Далеко, — перебил я. — Чёрт знает, кто карту составлял, но она точно не близко, так как расположена ближе к горам. А горы вон там аж, — кивнул я на вершины подсвеченные звёздами и луной. — Так что на лошадях за день, думаю, доберёмся.
— А дальше? — поинтересовалась Мэри.
— А дальше… — я улыбнулся, от чего все как-то бочком от меня отступили. Боятся? Правильно делают. Боятся, значит уважают. — А дальше будет бойня, Мэри. Всё как обычно, ведь иначе мы не умеем.
А может быть и не хотим. В этом вопросе стоит разобраться по подробней.
Часть двадцать первая. Создание из ада
Глава 69
Покидал я таверну с чувством выполненного долга, чувствуя себя героем.
Ну ладно, ладно, я возможно совсем капельку перестарался, отправив на тот свет помимо наёмников ещё и немногих путников, что здесь останавливались. Ну вышла небольшая ошибочка, ну дал косяка слегка. Но они-то, в отличии от меня, переродятся. Я, когда сдох, сначала боялся, а потом кайфовал. Становясь душой, ты даже не жалеешь, что умер. А потом перерождение и вуаля!
Другими словами, здесь грустно только тем, кто скучать по ним будет.
Так что я практически одолжение им сделал! Освободил от оков бренных…
Говорю, как тот полоумный рыцарь. Может он тоже сечёт фишку?
Что касается другой, неблагодарной части команды, что не хочет порадоваться нашей молниеносной и решительной победе, они все какие-то преунылые.
Да ладно вам. Неужели вы расстроились? Ну ладно Мэри, она сама по себе плакса, а Лиа? Она же ёбнутая на всю голову! Ей такое по кайфу должно быть.
А сейчас едет по дороге рядом, и косится в мою сторону.
— Эй, Лиа, — позвал я её.
Она так встрепенулась, что чуть с лошади не свалилась.
— А я что? Я ничего, еду просто. — И тут же с завидным средоточием принялась вглядываться в дорогу.
И как понять, что с ними происходит? Она так дёрнулась, словно её током ударило.
Дара тоже косится с опаской на меня.
Блять, да что с вами!? Хули вы все какие-то пришибленные напуганные!? Аж бесит! Бесит-бесит-бесит-бесит! Ещё больше бесит, что никто не сказал, насколько я невъебенно расправился с теми людьми!
Боже, да я был охуенен! Срочно, скажите, что я охуенен! Блять, да кто-нибудь! Ну похвалите меня, суки! Я же блять почти десятерых завалил!!! Сука… Почему меня никто не похвалит… Вот мне обидно! Мне тоже хочется услышать доброе слово типа: а ты был неплох, спасибо и так далее. Я их так редко слышу. Ну как в тех книжках про героев, где девки текут и прыгают ему на шею.
А у меня ситуация… Нет, не диаметрально противоположная. Она какая-то изгибистая, что ли. То меня боятся, то неожиданно домогаются и тут же опять боятся. Короче, всё сложно. Настолько, что даже я сам не могу разобраться в этом.
Из-за этого моё хорошее настроение чередовалось откровенным унынием, глядя на эти рожи. И что прикажете делать?
Ладно, наведаюсь в душу, найду Кэйт, может чо скажет интересного.
Я закрыл глаза и погрузился свой богатый мир… Пиздец он у меня богат, напоминает пыльный чердак с паутиной. Почему напоминает? Потому что именно его и представил. Ну да ладно. Я напрягся и послал мысленный сигнал в глубину самого себя.
«Эй, Кэйт, Ты меня слышишь?»
Прождал секунд десять, но ответа не последовало. Пусто? Ладно, попробуем так.
«Просто я хотел сказать, что настало твоё время расщепляться. Не бойся, ещё минут десять ты будешь мучиться в адской боли, а потом успокоительное расщепление.»
— Ты не посмеешь! Не смей! Ты не имеешь права! — раздалось из темноты.
Её писклявый перепуганный голос вызвал у меня улыбку.
«Тогда отвечай, когда с тобой говорят. Я спрашиваю ты тут же даёшь ответ.»
— Я тебе не рабыня!
«Нет, ну дело то твоё, конечно. Но десять минут чудовищных мук перед расщеплением, думаю, тебе пойдут на пользу.»
Послышался плачь, стоны, всхлипы и, в конце концов, мне тихо ответили.
— Чего тебе надо?
«Скажи-ка, какой твой мир?»
— Мой мир? Зачем тебе?
«Хочу сравнить со своим.»
— Так ты тоже не из этого мира!? Ты призванный герой?
«Не совсем. Я погиб и очнулся здесь. Без способностей, ускоренного роста, да без всего. Пришлось с нуля раскачиваться. Но мы отвлеклись. Вернёмся к твоему миру: какой он? Машины там, дома, какая эра, есть ли компьютеры?»
Как оказалось, её и мой миры отличались. Не то, что прямо очень сильно, отличительные особенности были. У них уже летали в космос, колонизировали соседние планеты. Была компьютерная реальность, когда, надев шлем, ты просто перемещаешься в игру и там всё практически так же, как и в жизни. Есть андроиды и киборги, но как я понял, уровень там у них ну не самый качественный.
Послушав её рассказ, который становился всё живее и живее от того, что она там уже конкретно ностальгировала, я понял, что её мир не сильно утопал от нашего. Где-то сильнее, где-то слабее. Да, у них были космические корабли, но про атомную энергию они даже не слышали. У них есть искусственные интеллекты, суперкомпьютеры, андроиды, роботы. Но с её слов у них до сих пор ламповые экраны. Пузатые, как те, что были в двадцатом веке у нас.
Короче, развитие где-то сильнее, где-то слабее, хотя по космическим разработкам они ушли явно дальше.
Как я понял, общение теперь для неё было единственным способом развеется. Спать она не могла, вокруг темно и пусто, ничего нет и только мой голос являлся единственным источником как информации, так и развлечением.
«Сколько ты уже здесь? В этом мире?»
— Я? Ну… лет пять.
«Пять лет? И всего сотый уровень!?»
— Я никогда не ставила себе целью раскачаться! — возмутилась она. — Я больше путешествовала.
«И тебя призвал… Король?»
— Нет. Вернее, да, он. Но не лично. Есть специальная комиссия, которая устраивает обряды и призывает героев. Нас призывают с определённой периодичностью, когда мы необходимы. Меня призвали пять лет назад и отправили сразу помогать на южных территориях. А потом я отправилась в путешествие.
«Вот так сразу?»
— Я быстро прокачалась до приемлемого уровня. И когда заданий от короля нет, мы можем заниматься своими делами при условии, что не нарушаем законы или интересы страны.
«А в других странах призывают героев?»
— Да. Практически все страны призывают героев. Это довольно трудоёмкое занятие, как я слышала. А ещё запрещено под страхом смертной казни призывать кому-нибудь ещё кроме короля.
Пять лет здесь пробыла. И только недавно докачалась до сотого уровня.
«Слушай, а есть кто больше двухсотого уровня?» — поинтересовался я.
— Я ни разу о таких не слышала, — честно призналась она. — Но один раз десяток героев собирали, чтоб убить героя сто пятидесятого уровня.
«За что?»
— Ну нам сказали, что он стал отступником и попытался захватить власть в королевстве. И ещё одного, кажется, сто пятьдесят второго уровня убивали, но я в том рейде не участвовала. Говорили, что он обезумел и стал убивать всех подряд.
