и не врубился.
Поручив тете Нине хлопотать над Пивасиком, я выдохнул, тщательно вымыл руки, и мы втроем с Борькой и Марусей вышли из кухни.
— Уф, — сказал я, — сколько мороки с этим зоопарком. Капец прямо.
— А кто тебя заставляет заниматься всем этим зоопарком и санаторием? — раздраженно проворчал Борис, когда мы втроем вошли обратно в комнату и расселись на стульях. — Я еще раз подчеркиваю: ты должен вот эту всю ерунду бросить и сосредоточиться исключительно на научных исследованиях.
— Так я и сосредоточен на научных исследованиях… — сказал я.
— Да ты что! И где?! — Борька от раздражения аж затопал ногами. — У тебя, кроме вот этой пациентки, которой внезапно поплохело, и, соответственно, она уже не является репрезентативной, больше ни одного человека нет. А я же тебе говорил о больших фокус-группах, с которыми надо работать. Ты уже несколько дней как вернулся из Москвы. А здесь, на месте, фокус-группу не собрал. Даже десяти человек нет. И что ты дальше намерен делать? Нет, только не надо мне сейчас рассказывать, что трубы надо протягивать и ванны менять. Это меня совершенно не интересует. Это для отечественной науки полная ерунда. Ты просто хочешь быстрого обогащения.
— Стоп, стоп, стоп. — Теперь уже я прервал Борьку. — Для того чтобы собрать фокус-группы, прежде всего нужна ресурсная база. И вот этот санаторий и есть то место, где я соберу моркинскую фокус-группу. Потому что у людей, которые живут дома, постоянно есть какие-то отвлекающие факторы, которые будут менять все результаты: то свадьба у свояка, то крестины у кума, то еще что-то. Там выпил, тут простудился, на какую-то рыбалку пошел, перетрудился — и все, вот уже идут непоказательные результаты. Мне же надо, чтобы для репрезентативности все были в одинаковых условиях, согласно методике, правильно?
Борька нехотя кивнул.
— И, во-вторых, все должны быть под моим круглосуточным пристальным надзором. Хотя бы пока я не обкатаю пилотный вариант методики. И вот когда все будут помещены в санаторий, я смогу смотреть, что и как. Тогда уже можно будет вести речь о фокус-группе. Кроме этого санатория я вариантов не вижу. И теперь скажите, что я неправ.
Борька промолчал. Сказать, что я неправ, он не мог — гордость не позволяла, а согласиться тем более. Поэтому он быстро переключил разговор на другую тему:
— Значит, так, Епиходов, — сказал он, — в январе готовься, поедешь, я тебе уже говорил, в другую область и там будешь прорабатывать методику уже на других фокус-группах. По моим прикидкам, у тебя каждый месяц будет новая территория, где ты станешь работать с другими людьми. До этого времени ты должен запустить исследование здесь. Ты меня хорошо понял?
Я кивнул: мол, да, понял.
— Так, подожди. — Борька не собирался сдаваться. — То, что ты мне покивал сейчас с умным видом, как и в прошлый раз в Москве, — это все ерунда. Мы сейчас с Марусей уедем, а ты опять начнешь забор менять или обои клеить.
— Забор делает Элен, — машинально поправил Борьку я.
Маруся вскинула на меня удивленный взгляд. Но Борька не обратил на такую малосущественную мелочь внимания, подумаешь, пенсионерка из города, весом меньше чем мешок картошки, делает забор. Его голова сейчас была забита другим.
— Это неважно, — ворчливо сказал он. — Ты мне скажи, Епиходов, какой выход из этой ситуации? Как ты это видишь? Как собираешься создавать фокус-группу?
Я крепко задумался. Как ни крути, а Борька здесь абсолютно прав. Санаторий начнет функционировать — нормально функционировать, я имею в виду, — не раньше февраля, да и то по самым оптимистичным прогнозам. То, что Элен на свой страх и риск приехала сюда, не то: в таких условиях пациенты жить не должны. Поэтому мне им предложить сейчас нечего. А если сжать сроки до января — думаю, что это будет где-то середина месяца, когда пройдут рождественские праздники. И раз мне придется уехать в другое место, до этого времени действительно следует создать здесь группу, на которой я уже начну проводить исследования. И оставить с ними какую-нибудь Венеру или ту же Диану, если она действительно сюда приедет, чтобы продолжали фиксировать наблюдения, пока я буду мотаться по другим регионам. Вот и получается, что ответить нормально Борьке сейчас я не могу.
По всем моим самым приблизительным прикидкам, в ближайшее время создать фокус-группу в Морках, увы, не получится. Но сказать Борьке это в лицо я категорически не могу, потому что как научному руководителю заявить, что ты не справишься с работой? Так что я принялся судорожно перебирать варианты. Думал, размышлял, выкручивал и так, и эдак. И тут вдруг меня осенило.
Я повернул голову к Борьке, который с отрешенным видом, сердитый и надутый, смотрел в окно на начинающуюся вьюгу, и сказал:
— Борис Альбертович. Отвечу на ваш вопрос таким образом. Пока в санатории не будет налажено все как положено, фокус-группу я планирую начать формировать в ближайшие дни на базе другого места.
— Какого? — подозрительно спросил он.
— В Морках есть дом престарелых. Там находятся старики, которые оказались в сложной жизненной ситуации, одинокие, которые не могут за собой ухаживать, и так далее. И вот я думаю, что нужно будет туда приехать и выбрать из этих людей тех, которые подходят по основным показателям.
Борька заинтересованно хмыкнул.
— Поэтому фокус-группа будет первое время на базе дома престарелых, — продолжил развивать мысль я, — затем можно будет их переводить в санаторий на какое-то время и дополнительно понаблюдать за их состоянием. Вот и все.
Маруся просияла и чуть не захлопала в ладоши. Это был очень хороший и оригинальный выход. Она мне подмигнула, причем постаралась, чтобы Борька этого не заметил.
— Ну, в принципе, да, — сосредоточенно покивал Борька и почесал затылок.
Он надолго задумался. Я молчал, стараясь не перебивать, знал, что Борька может легко потерять мысль.
— Только не послезавтра, — рыкнул Борька и веско добавил: — Сегодня поедем.
— Сейчас? Нет, нет, нет, — замахал руками я. — Ну как вы это представляете? Старики там живут, у них какой-то свой распорядок, своя программа, и тут мы как снег на голову сваливаемся и начинаем исследовать их. Нет, сначала нужно взять разрешение. Вы же сами знаете, Борис Альбертович. Я скоро буду в администрации и заодно спрошу. Для этого мы составим официальное письмо, и
