время отверзнуть уши и внимать. В голове отчего скользнула мысль: «Как атомоход в полярном тумане»
— Ублюдки!!! — проревел Дьедонне, как труба судного дня. — Вы все наемная ссыкливая дрянь без чести! Свинячье дерьмо, мать вашу!!! Гнилые последыши чумной крысы! Что, дурни, безпелюхи, межеумки! Вы решили трахнуть этот поганый городишко?!! Так я здесь нынче меч держу, и вы решили трахнуть меня, барона Коста Дьедонне!!! Хотите на меня лезть, буни засранные, мать вашу, шлынды, ездовы печные?!!
— О, Двое, — прошептал Марьядек, поднимая к низкой крыше «нужника» сразу две «козы» — обеими руками.
— Ну, идите сюда, дрочилы сухливые!!! — предложил Кост без тени куртуазности, зато с эпической выразительностью. — Попробуйте меня трахнуть, это я вам присуну до щелчка, ублюдки, мимозыри, пятигузы, мордофили!!! Чтоб вы сдохли, чтоб от вас матери отвернулись, чтоб отцы отреклись, чтоб вас разорвало, чтоб несло с обеих сторон кровью, гноем и желчью!!!
— Умеет, сволочь, — с неприкрытой завистью проскрипел Бьярн.
— Говны свинячьи!!! — нечеловеческий вой Дьедонне разносился, вселяя ужас и восхищение. — Жлобы коростные, глуподыры, дерьмовые падлы, рылья захухряные!!!
Барон захрипел, поколотил себя в грудь, как выпущенная из ада горилла. Он выхватил у скубента меч и, потрясая оружием, перешел от общих пожеланий к более конкретным и адресным обещаниям.
— Кто здесь самый четкий и дерзкий?!! Кто думает, что хер у него тверже моего? Выходите, падлы гнойные, хоть пешим, хоть конным! Сойдемся прямо под стеной! Я завалю вас начистяк и отдеру ваши дохлые трупы! Потому что я, бляди, Кост Дьедонне, и я графов на королевском ристалище ронял, как быков тряпичных! А потом я трахну вас еще раз, трахну ваших жен, и ваших шлюх, ваших детей, слуг и траханых маркитанток!!!
Барон закончил. Довольно икнул, озирая вражескую армию поистине орлиным взглядом. Когда могучий человечище пошел обратно к лестнице, казалось, выдохнули все по обе стороны городской стены. Потому что слушать это великолепие можно было только затаив дыхание. Раздались аплодисменты и вопли одобрения.
Барона в Свинограде, мягко говоря, не любили, но великий спич наверняка обнулил все претензии, «перезапустив» отношения Дьедонне и Дре-Фейхана. Также Елена была уверена, что сегодня и еще сколько-то дней в будущем Кост: а) не ляжет трезвым, б) ни разу не откроет ради этого кошель, пользуясь щедростью благодарных горожан
— Да… — протянул Бьярн, шмыгнув переломанным носом и пригладив одной рукой длинные белые пряди на голове. В другой он по-прежнему держал заточенный до звона меч. — Да… Вот думается мне, что будет осада эта или очень страшной, или очень… смешной.
— Лучше бы второе, — глубокомысленно вставил Марьядек. — Но будет как всегда. Наверное. Сначала очень весело. Потом очень страшно.
Глава 6
Сумма двух слабаков
Раньян склонил голову и ссутулился, опершись локтями на бедра. Со стороны поза бретера казалась апофеозом надлома и душевного смятения, но Елена слишком хорошо знала спутника — мечник напряженно думал, сосредоточившись над некой идеей. Барон снова пнул многострадальный табурет, взял со стола перстень и сел обратно, чуть более вольно, отодвинув кресло и закинув ногу на ногу. Ауффарт надел обратно фамильную драгоценность, несколько раз сжал-разжал кулак, будто проверяя, как сел на палец золотой ободок, и вновь накинул маску самодовольного, высокомерного владетеля. В комнату сунулась, было, красивая блондинка (наверное, привлеченная треском сокрушаемой мебели), за ее спиной маячил Измятый, как обычно, с руками близ оружия на поясе. Однако слуги натолкнулись на темный, страшный взгляд господина и тихонько прикрыли дверь снаружи.
Елена зажмурилась, чувствуя, как устали, набрякли веки. Помассировала Т-образную зону — глаза, брови, переносица, и ощутила некоторое облегчение. Женщина встала и походила, мягко перекатываясь с пяток на носки, заложив руки за спину. Достала из кармана предмет, выточенный из дерева в виде небольшой — чуть короче мизинца — косточки. Ее дал Чернхау в придачу к оригинальному комплексу новых упражнений на баланс и реакцию. Елена машинально, по привычке завертела косточку, не используя большой палец, перекидывая из ладони в ладонь. Ни к селу, ни к городу в голове зазвенела настойчивая мысль-вопрос: как там старый великан, пользуется ли шариками «инь-янь», которыми ученица «отдарилась»? И обрел ли, как намеревался, чугунные, потому что все прочие оказались «хороши, но как бы так сказать, легонькие»?
Раньян тем временем додумал тяжкую думу и выпрямился.
— Похоже, нам остается лишь прямой разговор, — заметил он.
— Возможно, — качнул головой барон. — Зависит от того, что вы можете предложить.
— На что вы рассчитывали? — Раньян сложил руки на груди. — Чего ожидали? Что мы соберем войско и отдадим его под ваше начало?
Косточка оборачивалась вокруг каждого пальца, от указательного к мизинцу, и снова, раз за разом. Одна рука, другая рука. По словам Чернхау с монетой полезнее, но денежку жаль, вдруг да выпадет, к тому же время нынче такое, что наличностью светить не стоит. Елена слушала, забивая сторонние мысли привычным упражнением.
— Я предполагал, что слухи о силах господина Артиго менее преувеличены, нежели следовало бы ожидать… — барон казался человеком, тщательно скрывающим неуверенность, изо всех сил пытающимся явить граду и миру облик истинного бонома, который не сомневается никогда и ни в чем. Но… получалось не очень хорошо.
Елена решила, что Ауффарту нечасто приходилось говорить с кем-то на равных, поэтому искусство блефа и продажи дешевого задорого прокачаны у него слабовато. Похоже и сам барон, глядя на скептические лица собеседников, пришел к такому же выводу.
— Ладно, — Ауффарт слегка хлопнул по столу грубой ладонью без перчатки. — Давайте прямо. Я рассчитываю, что у вашего господина есть какая-то вооруженная сила и средства. Потому что у меня их не осталось… — Молнар скривился и поправил сам себя. — Не осталось в такой мере, чтобы рассчитывать на успех. Я ожидал, что мы объединим силы.
— Но если бы у нас это все было, зачем тогда нам партнерство с… — Раньян сделал красноречивую паузу и закончил, обратившись к собеседнику в третьем лице. — Его милостью?
— На рынок не заглядывают без намерения что-либо купить, — пожал плечами барон. — В денежный дом не заходят, чтобы лишь поглазеть на монеты. Ну… есть конечно и такие люди, но вы мне показались… — Ауффарт замялся, подыскивая слова. — Более деловитыми. Если бы вам не было нужды в помощи, вы бы и не пришли.
— Разумно, — кивнул, соглашаясь, Раньян. — Получается, мы оба ошиблись…
Елена кашлянула. Это вышло случайно, однако бретер счел кашель за легкий намек и добавил:
— … все мы ошиблись.
Молнар склонился вперед, сдвинув брови. Сказал очень серьезно, без тени прежнего злого превосходства:
— Артиго Готдуа
