(как сам Элиас подмечал с прибедняющимися интонациями). Сталрок будто хотел выставить меня идиотом передо мной же. «Как же так, ты сам не догадался, куда ведёшь этого бедолагу?» — звучал в голове его издевательский голос.
Мне нужно избавиться от такого покровителя.
Возможно, Сталрок прочёл мои мысли и решил явиться мне.
— Открой глаза, — прозвучал уже его реальный голос.
Окружение сменилось. Под босыми ногами появилась прохладная трава, лёгкий ветер принёс запах моря, повсюду запели птицы.
Я оказался на травянистой полянке, поросшей яркими цветами. Впереди через метров десять сочной зелени начиналась белокаменная терраса настолько вычурная, что по ней, казалось, могли ходить только эльфы из самого возвышенного фэнтези.
С террасы открывался вид на синее море, каменистые берега и группу сильно разрозненных зелёных островов. Светило выглядело как привычное солнце, и судя по его положению, время близилось к вечеру.
На террасе помимо архитектурных изысков и всяческих аляповатых статуй был и белокаменный стол. Пустой и суровый, пожалуй, даже выбивающийся из остальной архитектуры.
У стола я увидел мужчину средних лет с пышной чёрной бородой, в белой тунике, благо не на голое тело (под туникой была ещё облегающая одежда, отливающая серебром).
— Так вот, ты какой? — без всякого трепета обратился я к нему и зашагал к столу.
Сталрок улыбнулся, как-то уж слишком по-доброму, будто минутами ранее мы не разговаривали с немалой неприязнью, особенно с моей стороны.
По лункам и каналам на столе можно было понять, что это очередное место для жертвоприношений. Кровосток под еле видимым уклоном уходил в слив по центру стола.
И кому же суждено стать новой жертвой? Не мне ли?
— Решил забить меня сразу же после Элиаса? — прямо спросил я, остановившись у стола. Белый камень несмотря на свой цвет выглядел пугающе, и прикасаться к нему не хотелось. — И что это вообще за место?
— Этого места не существует, — произнёс он ровно. — И в то же время — это мой дом. Считай его отражением той реальности, в которой ты живёшь.
Он перевёл взгляд на камень и, будто между делом, добавил:
— Да, это жертвенный алтарь. Но на сегодня приношений достаточно. К тому же на роль жертвы ты не подходишь. — Он выдержал паузу, посмотрел мне в глаза. — Слишком ценен.
— Опять мне повезло, значит? — я криво усмехнулся — Вот спасибо.
— Это не игра и не шутка, — голос Сталрока стал жёстче. Он поднял указательный палец, словно возвышая сказанное. — Я знаю, тебе не нравится моё решение. Но разве ты не из тех, кто готов пожертвовать малым ради большего?
Я стиснул зубы.
— Ты меня обманул дважды. Сначала забраковал моё кольцо и не предупредил, что так вообще может быть. А потом заставил тащить Элиаса на убой. Я ожидал, что его используют… как ресурс, инструмент, что угодно. Но ритуальная жертва… Да ещё и такая. Это слишком.
Сталрок покачал головой и посмотрел на меня почти с жалостью. Уголки его губ дрогнули в грустной улыбке, удивительно живой для существа его уровня. В этом месте он казался более человечным.
— Ты сам себя обманываешь, Степан. Я лишил тебя возможности роста — это правда. Но ты ведь понял, что готов пойти на всё что угодно, чтобы вернуть всё обратно? Ты помешан на росте, и с этого крючка тебя не снять. Как бы там себя ни обманывал.
— Не съезжай с темы, — перебил я, повысив голос.
— И не собирался, — спокойно возразил он. — Скажи я тебе о жертве сразу — сколько времени ты бы потратил, чтобы принять «правильное» решение? Или ты просто отказался бы ото всего и пошёл пахать землю?
Ответа у меня не нашлось. Я молчал, чувствуя, что только не совсем правильные и грубые слова застревают где-то внутри. Сталрок был прав. Отчасти. К сожалению. Но не до конца. К счастью.
— Не будь у меня этой удачи, — наконец произнёс я, — ничего, кроме жизни крестьянина, я бы и не заслужил.
— Ложь, — с упрёком сказал Сталрок. — А ум? А смелость? Отвага не всегда проявляется в бою. Тебе хватает смелости принимать серьёзные решения, не проходить мимо, лезть в неизвестное и менять своё мнение. Разве не так? — Он чуть подался вперёд. — Много ли таких людей на свете?
— Не берусь судить, — сухо ответил я.
— Вот именно, — кивнул он. — И это тоже признак мудрости. Ты не считаешь себя правым во всём. И даже после всех даров, после такой удачи, ты не возомнил себя главным героем этого мира.
— Если ты так хорошо знаешь нас, простых смертных, и можешь залезать мне в голову, — сказал я медленно, подбирая слова, — то, полагаю, уже понял: служить тебе с прежним усердием я не стану. И буду искать любые способы разорвать наш договор.
— Да, — без промедлений ответил Сталрок.
Он кивнул, отошёл от стола и повернулся ко мне спиной. Его взгляд устремился к морю. Подобно человеку он наслаждался пейзажем, пусть и несуществующим.
— Никто тебе не поможет, — добавил Сталрок равнодушно. — Даже не надейся.
— И что тебе тогда надо? — я скрестил руки. — Будешь и дальше меня шантажировать? Какой вообще смысл что-то делать для тебя, если ты постоянно ставишь мне палки в колёса?
— «Палки в колёса»… Какая грубая метафора.
— Зато точная, — отрезал я. — Наш договор, выходит, ничего не стоит.
— Ошибаешься, — ответил он коротко.
— В любом случае, — продолжил я, не давая ему договорить, — предполагаю, что напрямую ты мне навредить не можешь.
— Здесь ты прав, — согласился Сталрок.
Я кивнул сам себе и решил подойти ближе к этому существу, самоназванному богу.
— Значит, мне ничего не мешает просто пойти пахать землю. Или сгинуть под ордами демонов, — произнёс я, медленно обходя стол. — Интересно, какими будут твои божественные делишки, когда этот мир окончательно захлестнут демоны? Обратишь их в свою веру? Сомневаюсь.
— Хватит, — резко перебил он.
Сталрок обернулся. Взгляд его был жёстким, почти ледяным.
— Не тяни, — бросил я. — Просто скажи уже, какая подлость меня ждёт дальше.
Он медленно выдохнул, и голос его снова стал спокойным.
— Я хочу кое-что тебе показать. Твоё кольцо снова работает. И обещаю: подобного больше не повторится. Я могу не договаривать, но моё слово твёрже любых договоров, заверенных людьми.
Сталрок посмотрел прямо на меня.
— Я хочу, чтобы ты кое-что узнал и понял. Я не желаю вашему роду зла. Никогда не желал. Но ты должен помочь мне. Иначе люди уничтожат друг друга и без всяких демонов.
Я молчал.
Он держал меня за дурака. Или считал, что держит.
Мысли оборвались внезапно.
* * *
Я миновал бархатный атлас, прошёл под
