объяснила Джан, укрыть абсолютно всех не получится, ведь количество людей в конструкте влияет на его сложность, перегружает и делает громоздким. Вплоть до обрушения. Поэтому богатый Род не может прикрыть всех вассалов и слуг, а концерн — всех сотрудников. И это я молчу про то, что Мастера слишком сильны даже по меркам Ярика, они вполне могут и взломать систему, действуя коллективно.
И что у нас получается?
Бей первым, Крикс.
Вторая часть разговора с Лукой вышла более продуктивной. Известно, что Сонные Мастера многим перешли дорогу, и у них есть враги. Среди этих врагов — успешные финансисты, промышленники и целые правительства. А вот найти тех, кто с Мастерами взаимодействует, гораздо сложнее. Лука считает, мне повезло. В том плане, что они лично захотели поговорить в Могилёвской губернии. А так их никто обычно не видит. Физически. Есть какие-то посредники, но если их начать допрашивать — несут разную околесицу. Не могут ответить, снился им наниматель или существовал наяву. Пробовали ментальные допросы — тоже хрень получается. Разум посредника верит в то, что Мастер ему привиделся. И не понимает, зачем вообще побежал выполнять приказ.
Я спросил, а как же связались с самим Лукой. И главное — как он ухитрился контактировать с Эфой и Сонными Мастерами одновременно. И получил интересные ответы. Прежде всего — Мастера с ним напрямую не разговаривали. Предложение заняться поиском средства долголетия поступило от руководства Эфы. В ту пору за связь с тайным обществом морфистов отвечал кто-то из окружения Гамова. Но Лука дал мне понять, что есть и другие люди, владеющие сведениями о наших врагах. К примеру, герцогиня Воронова.
Мастер Багус ещё не успел собрать нужные материалы.
И, чтобы не терять драгоценное время, я решил пообщаться с госпожой Вороновой. Что предложить в обмен на информацию, я ещё не решил. У Вороновой я и так в долгу. Но попытаться ведь можно? Так что я отправил к ясновидящей курьера с письмом и предложил встретиться в одном из ресторанов Фазиса. На усмотрение герцогини. Ответ пришёл довольно быстро. Семь вечера, ресторан итальянской кухни «Мама у плиты».
Письмо я получил примерно в половину шестого.
И сразу приступил к сборам.
* * *
— Зря ты так, — сказала герцогиня, выпив немного белого вина. — Здесь кормят очень вкусно.
Я по своему обыкновению ничего не ел. Если есть хоть какие-то вероятности, что человек, с которым я веду переговоры, знает хозяина заведения и имеет гипотетический доступ к моим блюдам, то уж лучше голодным посижу. И да, на мне были перчатки.
Герцогиня неспешно поглощала ризотто с трюфелями, запивала всё это белым вином и откровенно потешалась над моей паранойей. Пусть. Лучше показаться смешным, но прожить долгую жизнь. В одном из своих перерождений я умер от подсыпанного в пищу яда. Смерть, доложу я вам, не самая приятная.
— Охотно верю, — мои губы дрогнули в едва заметной улыбке. — Но предпочитаю не отступать от своих правил.
Наталья Андреевна явилась на встречу в длинном чёрном платье — элегантном, но очень простом, без излишеств. О платье нельзя было сказать ничего в плане брендовости или дороговизны, но я ничуть не сомневался, что передо мной — эксклюзив.
Погода выдалась приятной.
И герцогиня предпочла вариант с открытыми плечами.
Ресторан, как и следовало ожидать, находился в Старом Городе, но упрятали его так далеко в историческую часть, что сюда не добирались даже вездесущие туристы. Нужно было пройти пешком через лабиринт мощёных камнем улочек, свернуть в полутёмную арку, подняться по винтовой металлической лестнице и выйти на открытую террасу, расположившуюся над старой антикварной лавкой. С того места, где мы сидели, открывался вид на массажный салон, из которого выходили одни мужчины. И заходили тоже. У дверей салона неоновая девушка призывно светилась розовым.
— Когда мы виделись в последний раз, — заметила герцогиня, — то забыли обсудить старый долг. Не хочу быть навязчивой, но люди стареют. Я бы не хотела застыть в вечности дряхлой развалиной. Тебе не понять, ты слишком молод.
При этих словах я с трудом сдержал усмешку.
— Я понимаю вашу озабоченность, Наталья Андреевна. В данном случае меня сдерживает… отсутствие знаний. Я понятия не имею, как активировать… хм… артефакт. А проводить на себе эксперименты, рассчитывая на сомнительный результат… Не лучшая идея, как по мне.
— Должны быть разные источники информации, — глаза Вороновой стали колючими. — Если ты не можешь получить данные по одному каналу, воспользуйся другим.
— Передо мной поставили условие, — уклончиво ответил я. — Некоторое количество выполненных заданий в обмен на инструкцию по применению.
— А выбить эту инструкцию ты не можешь?
— Нет, — я покачал головой. — Решительно невозможно.
— Поверю на слово, — вздохнула ясновидящая. — И только потому, что знаю тебя не первый день. Раз уж ты пообещал, то выполнишь договорённость.
— Радует, что вы обо мне столь высокого мнения.
Герцогиня отставила бокал и аккуратно промокнула губы салфеткой.
— Встречу назначил ты. Хочешь о чём-то попросить?
— Скорее — спросить.
— В нашем мире это одно и то же. Некоторые люди знают то, что не знают другие. И раз уж ты обратился ко мне, твоя хвалёная служба безопасности не справилась с задачей. Я правильно понимаю?
— Пока не справилась, — уточнил я.
— Но ты спешишь.
Герцогиня — умная бестия. Одинокая женщина, сумевшая удержаться в правящем ядре, сохранить статус фаворитки князя и держать руку на пульсе всех мировых событий. Аналитический отдел, возглавляемый Вороновой, был чрезвычайно полезен для нужд Трубецкого. Настолько полезен, что без Натальи Андреевны не принималось ни одно жизненно важное политическое решение.
— Спешу, — не стал я спорить. — И рассчитываю на вашу поддержку.
— Зависит от характера сведений, которые ты хочешь получить, — глаза женщины коварно сверкнули. — Рассказывай.
— Я интересуюсь Сонными Мастерами.
Лицо Вороновой застыло.
— Вы, безусловно, о них слышали, — надавил я. — Тем более, что Маро держали под контролем не без их косвенного участия.
Герцогиня вздохнула.
— Скажу так, Сергей. Всё меняется. Раньше у нас были прямые контакты с этим… сообществом. Но, как тебе известно, они повели собственную игру. Наши издержки компенсировали… информацией. И формально клан не имеет претензий к морфистам.
— Но осадочек остался, — хмыкнул я.
— Вроде того, — неохотно признала герцогиня.
— Так сложилось, что они представляют угрозу для моего Рода.
— Дай догадаюсь. Хочешь достать
