Я таскал подносы, а авгур забирал руны и иногда упавшие около трупа кристаллы. Последние падали не всегда.
Я, кажется, начал догадываться, для чего я тут такой красивый нужен. С каждым трупом, ментальное давление росло. Скорее всего, поэтому меня сюда и притащили. Кто-то должен таскать подносы, и, судя по всему, здесь могут выжить только очень сильные восходящие, которым показывать происходящее в этом зале не хотят, а простые слуги просто погибали. А потом подвернулся я, со своей деревянной головой. Что может быть менее болтливо, чем руна-существо?
Ещё два нео, последний кел, с которого кристалла не получилось, дожали одного мужчину из народа воды и всех зверо-людов.
— Раб, принеси кристаллы, — махнули мне презрительно рукой в очередной раз, и небесный отправился к рыбообразной.
Я пошёл, взял поднос, принёс к совершавшему ритуал хозяину и немного постоял рядом. Великий явно был раздражён, и что-то шло не так. Глянул на рыбу. Может, показалось, но мне подмигнули. Символы отлично рисовались авгуром в воздухе, материализовывались, но, касаясь, тела рыбы скатывались, падая на пол, и рассыпались искорками звёздной крови, а не впитывались в восходящую как это было обычно.
— Принёс, — честно и искренне доложился, напомнив о себе, прождав несколько минут около размахивающего деревяшкой авгура.
Моё присутствие проигнорировали. Видя, что у меня не собираются брать из рук принесенное, поставил поднос на невысокий цилиндр рядом, по поверхности которого бегали блестящие искорки. Выбрал первую попавшуюся ровную плоскость, повинуясь наитию. Вспышка.
Вдали разгоралась красная лампочка, переросла в зеленое свечение. Просто знал, что именно так теперь выглядел для меня визуальный эффект, при котором вызывали из руны. Я оказался посреди выжженного зала. Тут же по голове получил куском обожженной корявой деревяшки, в которой я узнал посох, с помощью которого совершался ритуал.
— Тупой раб! И кто додумался такого, как ты, засунуть в руну? Соединить кристаллы с накопителем, — и мне нанесли ещё один шлепок по голове.
Это было не желание размозжить мне голову. Авгур наверняка мог это сделать, имея свои небесные атрибуты, а просто изливал гнев на мою неумную надстройку над телом, крепящуюся с помощью шеи. В эти мгновения хотели просто обозначить, что я тупой дебил, а он тот, который пострадал из-за чьей-то неумности. А чтобы я действительно проникся, мне надо было дублировать это тактильно. Пришлось вжать голову, выражая на лице искреннее непонимание, а я-то при чём? Видя мою реакцию, обгорелая штуковина, бывшая ранее предметом особой важности, а теперь просто обожжённой палкой в руках злого кел, полетела на пол, а мне показали рукой на выгоревшую комнату:
— Убери здесь всё, — и сделав шаг, исчез в овале свечения, который тут использовали как межкомнатные двери.
Я стоял и смотрел на выгоревшие до пепла тела пленников, обгорелые неизвестные мне штуковины, и просто груды чего-то, теперь ставшее пеплом. Тело рыбы по-прежнему было привязано к металлической раме. Вернее, выжженые кости, часть которых осыпалась пеплом, но костяк ещё угадывался. Я поднял обгорелую палку, которой размахивал главарь кел, стал над трупом глубоководной рыбы, вспоминая, как мы дрались на выдуманном мной тяжёлом крейсере Раджеп Мадарасп, нарисовал над ней знак шестого ударного флота. Наверное, порыва моих эмоций для обгорелой деревяшки было многовато, и она рассыпалась. Зато прямо в воздухе материализовался здоровый такой знак, выполненный из полированного металла и со звоном грохнулся на обгоревшие кости. Скатившись, железяка рассыпалась звёздной кровью, а среди облака пепла, поднятого от раскрошившихся костей, я увидел абсолютно чёрный глиф руны.
— Не сметь! — Раздался у меня в голове вопль главы дома кел, но было уже поздно.
За краткое мгновение, пока волна ментальной команды авгура давила моё сознание, пытаясь остановить, я тронул рукой чёрную искорку. Команда ударила меня словно разогнанный состав монорельса, но на мгновение замедлилась, натолкнувшись на преграду моей мозговой защиты. А когда сообразили отозвать меня обратно в руну, чёрная звёздочка уже скользнула мне в скрижаль.
И я проснулся. Скрижаль. Вашу червь! В моей скрижали была ещё одна козявка. То, что руна тысячекратного усиления её не слизнула, увеличив число применений, говорило только о том, что это другая руна. «Проклятая руна?????? — чёрная.??????????????????????????? Время действия — мгновенно. Стоимость — весь запас звёздной крови безвозвратно. Смерть». Ещё одна чёрная руна с обязательной смертью и всем запасом звёздной крови? Остался вопрос, как бы узнать то, что скрывается под знаками вопроса.
Оторвавшись от описания своего нового приобретения, увидел озабоченное и серьёзное лицо Длани. Наёмница спала рядом, но при моём шевелении мгновенно проснулась. Лежанку для меня сообразили прямо рядом с пиршественным столом, просто оттащив моё уснувшее тело на пару метров в сторону и уложив на брошенные на землю шкуры. Охранял мой сон воин народа Древа, заодно и храпевших рядом Владеющего Словом и главаря бандитов. Они не заморачивались на шкуры, а просто улеглись на голую землю.
— Плохой сон в руку? — поинтересовалась подруга.
— Не плохой, но пока в какую руку не знаю, — сообщил я Длани, и ткнул локтем дрыхнущего рядом Лесного Слуха. — Вставай гвардия. Службу служить будем.
Мутные истории с пополнением скрижали через сон идут своим ходом, а сделать то, что планировали, нужно было прямо сейчас. Оружие для моей армии само себя не купит.
Честный Глаз встречал меня на пороге своей лавки с распростёртыми объятиями из культи и широко расставленной руки, впрочем, как и у меня.
— Архераил! Ты ли это? О твоём поединке знают все. Я всё понял. Тебе просто необходимо иметь отрезанную конечность, и если у тебя под рукой такой нет, то тебя это гнетёт. Сразу после того, как ты отдал мою руку в храм Вечности, ты отгрыз новую. Я уже предупредил своих, что с тобой можно иметь дело, но издалека, и подходить близко только тогда, когда у тебя уже есть что-нибудь отрезанное.
— И я тебя рад видеть, сообщил я торговцу, и мы дружески обнялись, использовав уцелевшую руку.
Оценил остроумие гостеприимного хозяина, и изложил свою большую проблему.
Любой, кто занимает хозяйственную должность, несет материальную ответственность, владеет или распределяет некое имущество, обязательно становится владельцем дополнительных вещей, которые не проходят по официальным документам. Даже на нашей Претории, где не было денег и понятия продажи на сторону не существовало в принципе, у любого начальника крупного или мелкого склада всегда было что-то дополнительное. Это касалась всех мест с чем-то ценным. Что-то не забрали из оборудования, а потом вышли сроки эксплуатации и
