вместе, то включались дополнительные особенности.
Как работали свойства на звёздной крови именно здесь, я не имею ни малейшего представления, но по воздействию похоже на техноклинки или виброножи десанта, когда лезвие получало дополнительные режущие свойства за счёт кинетических импульсов на сверхвысоких частотах и энергетической подпитке режущей кромки. Таким оружием можно резать сталь, пластик скафандров и панцири тварей Грани. Вся хитрость заключалась в том, что пара владельцев должна быть чем-то связана.
В Единстве браки, не смотря на внешнюю влюблённость и нарочитые показательные чувства, зачастую являются неким соглашением, по которому супруги совместно выживают, рожают детей и совершают подвиги, но это походит более на боевое братство, чем на душевную связь, а этого, наверное, мало. Главный пират меня уверял и подтвердил клятвами наблюдателя, что всё работает, а вот продемонстрировать было некому. Даже он со своими жёнами не мог запустить секретный механизм, заложенный в оружии. Если честно, покупать просто костяные копья не хотелось. Нужно было пробовать.
— Хочешь беременную жену заставить палкой махать? — искренне и незамутнённо изумилась Длань, взяв копьё, произнеся это на глобише.
— А если тухляк хотят впарить? — попробовал я сгенерировать ответ, вспоминая жаргонные слова из обихода моей супруги, и тоже на глобише.
Кроме Владеющего Словом, никто не понял, но народ одобрительно загудел, видя, как мы поднялись и взяли по копью. Рук мне не хватало, поэтому шипастый дрын, который изображал меч, я просто засунул подмышку, придавив культёй и стараясь держать так, чтобы режущая кромка мне ещё и ногу не отрезала. То-то Честный Глаз повеселится.
— Что скажешь дорогая?
— Ощущения есть, возможно даже работает, вот только какую из наших связок эти палки понимают?
— Это любовь, — уверенно произнёс я, хотя список был обширен, от парных симбионтов, до непосредственно моего ребёнка внутри подруги.
Несмотря на то, что симбионт сразу останавливал развитие беременности, и рождением детей мы будем заниматься позднее, когда со всей этой суетой разберёмся, и эта связь могла учитываться оружием, а возможно, всё, по совокупности.
Бочка, деревянный щит, обитый металлом, несколько шлемов, как костяной, из черепа зверя, так и кованный из металла, проткнулось копьями и рассеклось клинками отлично. Всё работало именно из наших рук, а вот стоило оружию попасть в руки не парных нам людей, то костяные наконечники оказывались именно тем, чем они и были. Местные небесные волки были по габаритам полным аналогом своим водным собратьям и силы имели немеряно, но в их руках, свойства исчезали и непринуждённо проткнуть обитый металлом щит было практически нереально. Для чистоты эксперимента натащили кучу хлама, который мы с подругой рубили и протыкали непринуждённо, а потом выпускали страждущих, у которых даже при всём старании не получалось и десятой доли. Силы воздушным пиратам хватало, чтобы кованный шлем превратить в лепёшку, но не разрубить, и всерассекающий меч в их огромных лапищах выполнял роль дубины, а не клинка.
На такое веселье сбежалась половина команды. Секрета в том, что у них есть столь замечательное оружие, не было, судя по всему, его давно пытаются продать, но хорошо спаренных богатых покупателей пока не попадалось.
— Надувающий Паруса, пошли кого-нибудь. Пусть найдут детёнышей, которых я одарил стигматами и тащат сюда, — крикнул я главному пирату, наблюдавшему за потугами своих матросов проткнуть некую штуку. Что это я не знаю, но вещица прочная и без волшебной силы звёздной крови, явно не протыкаемая.
Мне в ответ кивнули, гонца послали, а мы ушли на соседний корабль, смотреть, считать и торговаться. Парные копья — это хорошо, но без них можно отлично обойтись, а вот отправлять без защиты и оружия своих бойцов в поход я не хотел. Сейчас мы занимались тем, что пытались собрать подобие стандартного комплекта на полсотни простых людей, да и часть восходящих пришла с одними охотничьими пиками, что на мой взгляд для войны маловато.
Что сказать? В трюмах действительно нашлось много полезного, а главное схожего. Не одинакового, но условно идентичного. По торгу и оплате вышло тоже довольно просто, да и какой торг в присутствии Честного Глаза? Он знал цены вообще на всё, причём мог сказать сразу три, когда долго торговались, недолго торговались и облапошили покупателя по самые плоды пьяного тыквенника. Мы всё купили по «долго торговались» и пару предметов по «торговались относительно недолго». Разница невелика, и я просто не захотел время терять. А потом прибежал юнга. Мелкий и шустрый пацанёнок доложил, что мои молодые восходящие идут, и Надувающий Паруса на остальной товар махнул рукой, отдав по первой категории, где долго торговаться, но мы спешили, и всем, включая пиратского капитана, было интересно посмотреть.
Собрались все. Мордовороты и их семьи, кто не был занят на вахте, выползли на палубу. Огромные мужики, сбитые бабы и их потомство, с детства живущее на кораблях, стояли на палубе, висели, удобно устроившись на такелаже, или, словно обезьяны, пристроились на мачтах и реях. Гробовое молчание, нарушаемое только сосредоточенным сопением. Посреди палубы стоял массивный пучок местного сена, перемотанный тряпками, а внутри него спрятан небольшой бочонок, на который мы натянули добротный доспех из дублёной и толстой шкуры, обшитый стальными пластинами.
Влюблёныши шли в полной тишине, непонимающе поглядывая по сторонам. Разумеется, никто им ничего не сказал. Я с самым важным и торжественным видом показал на пучок сена и вручил им копья. Клинки пока решил не давать. Как показали мои эксперименты с подругой, что вообще нет разницы, вытащен из руны один предмет или все, а ещё у кого из пары находятся руны. Даже больше, если руны были у капитана, а мы просто получали в руки по копью, то так тоже работало.
— Бей! — крикнул я.
Раздумий небыло. Как бы сказали в чванливых мирах центра галактики: «нулевой уровень рефлексии». Два острия ударили в объёмную связку тряпок и травы сразу, не раздумывая и не задавая вопросов. Такую штуку и без припрятанного бочонка в доспехе проткнуть сложно. Удар! И два острия на мгновение показались с другой стороны, пробив насквозь, рывок назад, и молодые замерли в боевых позах готовые ко всему, держа копья на изготовку.
— Бей! — заорал я, а мне вторила подруга и главарь пиратов.
Опять копья проткнули преграду.
— Бей! — поддержали мой крик с мачт и палубы одиночные крики.
— Бей! — Прогремел рёв глоток, уже угадывая мою команду.
Бей, бей, бей! Орали лужёные глотки, а копья пробивали и пробивали насквозь вязанку сена с припрятанным бочонком, одетым
