таком случае, подождите минутку, пожалуйста.
Девушка исчезла за внутренней дверью, откуда тут же донеслись голоса. Через полминуты девушка открыла створку.
— Ювелир Алдор согласен принять вас, проходите.
Я кивнул и шагнул внутрь.
Под высоким потолком располагалось широкое окно, выходящее на крышу соседнего здания. Падающий из него яркий дневной свет прекрасно освещал длинный рабочий стол, занимавший почти всю стену.
На его поверхности разместились маленькие тиски, тонкие пинцеты, лупы на гнутых ножках, плошки с разноцветным металлическим порошком и мотки тончайшей проволоки.
У противоположной стены высился стеллаж с разнообразными инструментами и ящичками.
За столом сидел жилистый мужчина лет пятидесяти с узким лицом и короткими седыми волосами, торчащими ёжиком.
Услышав мои шаги, он поднял голову.
— Алдор, — представился мужчина и кивнул на табурет напротив. — Прошу.
— Эйден Моррис, — отозвался я, присаживаясь. — Целитель магических зверей.
Ювелир медленно кивнул.
— Сюзанна сказала, — он сложил ладони на столе, — что вам нужен перегонный куб. Позволите спросить, для чего?
— Для приготовления эфирных масел.
— Из чего?
— Из цветов, — спокойно отозвался я.
Несколько секунд мужчина молча изучал мое лицо.
— Вот значит, как, — наконец произнёс ювелир и кивнул, будто соглашаясь с какой-то своей мыслью.
Затем выдвинул ящик, положил перед собой лист пергамента, макнул перо в чернильницу и быстро нарисовал аккуратный круг.
— Какой у вас источник нагрева? — произнёс он, не поднимая головы.
— Очаг, — отозвался я.
Перо сделало пометку. Я подался чуть вперёд.
— Подставка есть?
— Какая? — удивился я.
— Металлическая, на которую можно поставить куб, — пояснил ювелир.
— Нет. А это важно? — спросил я.
Алдор поднял на меня проницательный взгляд. Похоже, нечасто к нему приходили клиенты, готовые вникать в детали.
— Очень! Прямой огонь — это плохо, — произнёс он. — Для эфирных масел нужен мягкий нагрев. На сильном жару дно быстро перегревается, сырьё начинает пригорать, а запах портится.
Я кивнул.
— И что вы предлагаете?
— Раз у вас нет подставки, лучшее решение — водяная баня. Помимо куба сделаем чашу, в которую нужно будет заливать воду, — спокойно пояснил Алдор.
Он начал очерчивать на листе будущий перегонный куб: широкая чаша, в ней пузатая ёмкость с плечами, плавно сходящимися к горловине, на которую сел колпак, похожий на луковичную головку.
— Чашу сделаем из меди, низкобортную, с плоским дном, — продолжил он. — Куб тоже медный, литра на два. Хватит и на эфирные масла, и на любые лекарства.
— А почему именно из меди? — перебил я. — Я в этом ничего не понимаю, простите.
Алдор хмыкнул.
— Отличный вопрос. Медь хорошо проводит тепло, поэтому куб прогревается равномерно, — произнёс он.
— Понял.
Перо вновь заскользило по пергаменту. От колпака-луковицы потянулась плавно изогнутая трубка, уходящая вниз.
— Шлем-колпак сделаем съёмным, — продолжал Алдор.
— А эта изогнутая штука зачем? — спросил я, наклонив голову.
— Лебединая шея, — перо чиркнуло по пергаменту. — По ней пар уходит из куба в охладитель. Главное — соблюсти ровный уклон. Если шея пойдёт ступенькой или с провалом, пар начнёт конденсироваться раньше времени, и вы потеряете часть эфирного масла. Длина с локоть под вашу задумку — самое то.
— Угу, — я подпёр щёку, искренне пытаясь представить, как эта штука будет выглядеть в собранном виде.
— Ещё нужен змеевик, — Алдор легонько постучал пером по столу. — Без него у вас пар через шею пройдёт, выскочит с другого конца и улетит в потолок.
На пергаменте быстро появилась маленькая бочка со спиралью внутри, постепенно сужающейся книзу.
— Деревянная кадка, в ней будет стоять медный змеевик из нескольких витков. В кадку нужно будет налить холодную воду. По мере работы она будет нагреваться, так что придётся её менять.
— А если не успею? — уточнил я.
— Тогда змеевик прогреется, — Алдор пожал плечами. — Пар перестанет успевать охлаждаться и часть его начнёт выходить из конца змеевика.
— Принято.
— Подытожим, — произнёс он, постукивая пальцем по пергаменту. — За всю работу возьму десять серебряных. Срок — два дня.
Сумма приличная даже по моим нынешним меркам, но без этой штуки я так и не узнаю, что же ценного в этих цветах.
— Согласен, — сказал я.
Алдор кивнул.
— Половину оплаты вперёд, — отозвался он. — Остальное — при получении.
— Хорошо.
Я отсчитал пять серебряных и положил на стол. Ювелир сгрёб их в маленькую плошку и придвинул к себе чистый лист пергамента. Перо быстро вывело строки: дата, перечень, сумма, подпись. Мастер подвинул палочку красного воска к фитильку горелки, капнул на лист и придавил перстнем. На оттиске остался рельефный след с кольцом по краю.
— Расписка, — он протянул мне лист.
Я убрал её во внутренний карман куртки.
— И вот ещё что, — Алдор вдруг поднял указательный палец. — Раз уж берёте куб, советую сразу взять часы.
— Какие? — удивлённо спросил я.
— Песочные. — он поднялся, прошёл к стеллажу и снял три небольших деревянных ящичка. — В дистилляции время — половина успеха. Считать про себя тоже можно, но результат получится… Скажем так, разный.
Ювелир поставил передо мной ящички и открыл один за другим.
В первом лежали крохотные часы с тонкой деревянной рамкой.
— На минуту, — сказал Алдор.
Во втором оказались часы побольше.
— На пять минут, самые ходовые.
В третьем крупные, с тяжёлой подставкой, заполненные белым песком.
— На полчаса.
Я ненадолго задумался. Сколько раз я про себя отсчитывал секунды, отвлекался на что-то и начинал заново. И ведь, сам того не зная, наверняка ошибался на минуты в обе стороны. А ведь мог купить часы ещё при первом визите к ювелиру… Жаль, что тогда у меня было мало денег.
— Сколько за всё?
— Сорок медных за комплект, — ответил Алдор.
— Беру, — произнёс я.
Ювелир кивнул, аккуратно сложил часы в мешочек и передал мне.
— Будьте с ними аккуратнее, они довольно хрупкие.
— Учту.
Я отсчитал монеты, положил на стол и убрал мешочек в ранец.
— Буду ждать вас через два дня, — сказал Алдор, поднимаясь и протягивая руку.
— Договорились, — отозвался я и пожал его ладонь.
Сюзанна проводила меня до двери и придержала створку.
Я вышел на улицу и зажмурился от яркого солнца. Проморгавшись, поправил лямки ранца и зашагал в сторону дома.
Десять серебряных… На первый взгляд — куча денег, но, если задуматься, это плата за возможность создавать невероятные зелья.
Глава 17Р
Мужчина прислонился спиной к холодному камню в полумраке коридора Арены Когтя. Где-то наверху раздался восторженный гул толпы, и масляная плошка на стене едва заметно покачнулась, бросив в глубь прохода дрожащую тень. Он кинул мимолётный взгляд на пол, но, уловив тихие шаги, тут же посмотрел в сторону поворота.
Из-за угла показался неприметный человек в тёмном плаще и, подойдя поближе, тихо произнёс:
— Господин Кринст, —
