сидит на пороге кухни и смотрит на меня. «Я рядом, хозяин, и смогу защитить тебя, не переживай».
— Спасибо, мохнатый, — тихо произнёс я и поднял голову.
Крох действительно сидел в проёме. Его глаза смотрели спокойно, и в них можно было прочесть всё: и понимание, и поддержку, и готовность вцепиться в любого, кто пересечёт порог без спроса.
Люмин лежал за его спиной, вытянув задние лапы, и сладко сопел. Видимо, тренировка отняла у него все силы.
Я улыбнулся.
— Ладно, — сказал я вслух. — Где наша не пропадала, мохнатые. Вместе мы со всем справимся.
С улицы донёсся «рык», которому тут же ответил истошный «фрр!». По чистому небу над двором лениво поползло одинокое белое облако.
Я подбросил дров в очаг, наполнил котёл, бросил щепотку чая и сел ждать, пока закипит вода.
Глава 16Р
Я сидел на кухне, подперев щёку кулаком, и смотрел, как в очаге дотлевали угли. Глиняная кружка передо мной давно опустела.
«Ну и чем займёмся, целитель?».
Крох, устроившийся под столом, приоткрыл один глаз и прислал через нить размытый образ: я лежу на траве во дворе, рядом притулился он, а вокруг нас скачет Люмин с сочной морковкой в зубах. «Можно так до вечера, хозяин».
— Звучит хорошо, мохнатый, — пробормотал я. — Только, увы, не сегодня. Скоро придёт Элиан.
Крох вопросительно моргнул, мол, и что с того?
— Корм будет готовить.
Зверь вновь моргнул.
— А ингредиентов в погребе не осталось, — подытожил я.
Я выпрямился, потёр лицо ладонями, вышел в коридор и, взяв ранец, накинул лямки на плечи.
Крох тут же поднялся, отряхнулся и бесшумно занял позицию у двери. Заметив нас, Люмин вылетел из-под скамьи и принялся радостно наматывать круги у моих сапог.
— Помедленнее, бегун, — буркнул я, поправляя ремень.
Зайцелоп фыркнул и проскакал ещё один круг, но на этот раз шире.
Я вышел во двор, чтобы набрать в кувшин воды и напиться перед уходом, и взгляд зацепился за грядки. Серебряный колокольчик качнул хрустальным цветком, переливающимся под солнцем и гнущим стебель. Рядом развернул фиолетовые лепестки сонный куст.
— Ох, ёлки-палки, — произнёс я вслух. — Я же про вас совсем забыл.
Бутоны раскрылись больше суток назад. Я обещал себе заняться ими в первый же спокойный день, а потом навалилось: Кассель, Имперская служба, обыск… Из головы вылетело начисто. Если затяну, вдруг лепестки начнут увядать, а судя по реакции Крейна, эти цветы представляют собой невероятную ценность.
— Ушастый, отбой, — я скинул ранец и поставил его на табурет. — Сначала разберёмся с грядками.
Люмин развернул ко мне обиженную морду и прижал уши, мол, хозяин я вообще-то уже настроился!
— Скоро пойдём, честно, — пообещал я и шагнул к растениям.
Зайцелоп демонстративно вздохнул, уселся на траву и уставился в землю с видом мученика, которому жизнь приготовила очередное испытание.
Я опустился на корточки перед сонным кустом и слегка коснулся подушечкой пальца фиолетового лепестка.
— Ладно, красавец, — пробормотал я. — Посмотрим, что можно из тебя сделать.
«Система, отобрази рецепт зелья из цветка сонного куста».
Через пару секунд передо мной вспыхнули строчки:
[Анализ… ]
[Синтез рецепта… ]
[Рецепт: Эфирное масло Сонного Покоя]
[Ингредиенты: Цветок Сонного куста (Превосходное) 1 шт., Дистиллированная вода]
[Метод приготовления: Дистилляция в перегонном кубе на водяной бане]
Я моргнул.
— Это ещё что такое? — буркнул я и перевёл взгляд на колокольчик. — Ну-ка, а с тобой что делать, серебряный?
[Анализ… ]
[Синтез рецепта… ]
[Рецепт: Эфирное масло Живой Воды]
[Ингредиенты: Цветок Серебряного колокольчика (Превосходное), 1 шт., Дистиллированная вода]
[Метод приготовления: Дистилляция в перегонном кубе на водяной бане]
Я медленно сел на пятки и уставился на цветок.
— Приехали, — пробормотал я.
До сих пор для приготовления зелий мне хватало ножа, ступки с пестиком да котелка над очагом, и всё получалось. А сейчас Система сказала: парень, ты упёрся в потолок, дальше нужен инструмент посерьёзнее.
— Дистилляция, — повторил я вслух.
В голове сразу всплыли смутные картинки из прошлой жизни: пузатая колба над спиртовкой, длинная трубка-холодильник и мерное «кап-кап» в приёмник. Принцип простой: нагрел, выпарил, охладил, собрал. Только вот где взять всё это в мире, где даже аптекарские весы — роскошь…
Я хмыкнул. Цветы — нечто особенное, и эффекты после приготовления эфирных масел наверняка меня удивят.
Крох подобрался поближе, ткнулся боком в колено и прислал образ: я с задумчивым лицом, а над головой висит облачко. «Хозяин, всё в порядке?»
— Всё хорошо, мохнатый, — я опустил ладонь ему на холку. — Просто задачка нарисовалась.
Итак, мне нужен перегонный куб. Вот только где его взять? Рынок отпадает сразу, ведь там даже аптекарских весов не нашлось, что уж говорить про такой сложный аппарат.
Может, сходить в кузницу? Рикард с Генном — нормальные ребята, вот только… Я представил, как огромный кузнец пытается выковать небольшую медную трубку толщиной с палец. Нет, тонкая работа вряд ли по его части.
Значит, остаётся ювелир — человек, который делает украшения, точно справится с такой тонкой работой.
Я поднялся и кивнул сам себе. Значит, сперва сходим на рынок, а затем к ювелиру.
Вернулся к колодцу, набрал в кувшин воды, с наслаждением напился, после чего подхватил с табурета ранец и закинул его на плечо.
Люмин, увидев это, тут же навострил уши и прискакал ко мне. В его радостных глазах так и читалась надежда, что по дороге я куплю ему морковку.
— Пойдём, ушастый, — я улыбнулся и зайцелоп крутанулся вокруг себя
Направляясь к выходу, оставил кувшин на кухонном столе, затем прошёл в коридор, отодвинул засов, выпустил мохнатых и шагнул на улицу.
Район встретил нас ярким солнцем и редкими прохожими. Я запер дверь на замок, пару раз дёрнул для верности и зашагал в сторону рынка. Крох пристроился у левой ноги, а Люмин принялся обнюхивать каждый булыжник.
Половина ставен в домах была закрыта. Пожилой сапожник поставил табурет перед домом на солнышко, плюхнулся на него и блаженно прикрыл глаза, позабыв о стоявшем рядом недошитом сапоге.
У колодца сидел рыжий водонос лет двенадцати и качал ногой, не обращая внимания на пустое ведро.
Все, кому было интересно, давно ушли на Арену Когтя.
Неподалеку от места, где обычно сидел плетельщик веревок, я невольно замедлил шаг. На бочке восседал толстый рыжий двухвостый кот с порванным ухом и важно вылизывал переднюю лапу. Заметив Кроха, он прищурился, и между ними вспыхнул разговор глазами уровня «не нарывайся — даже не пытаюсь». Удовлетворившись результатом, рыжий продолжил наводить красоту.
Люмин же подошел поближе, вытянул шею и уставился на рыжего с таким живым интересом,
