Ответишь или так и будем кататься? — не выдержала Алиса.
Я хотел уже ответить про поездку на край света, но видя её улыбку, поймал себя на мысли, что наше “кофепитие” зашло слишком далеко и стало слишком романтичным. Все эти ухмылки, словесные уколы… Именно так всё начиналось в прошлый раз.
Твою мать, Уваров, ты что, опять влюбил её в себя? А ну-ка завязывай!
— Мне нужно к Юсупову, — сухо сказал я и с лица девушки постепенно пропала игривая улыбка. Она явно рассчитывала на “продолжение”.
— Юсупову? Он ведь буквально поселился в офисе Невского вестника, — удивилась она
— Тогда туда и подвези, — пожал я плечами.
— Так это ведь в нашем здании… — замялась она.
— Ну значит дорогу можно не показывать, — кивнул я и стал смотреть по сторонам.
Говорить ей, что на самом деле я приехал к Павлу Алексеевичу и зашёл в агентство только для того, чтобы увидеть её, я конечно же не стал.
После визита Стаса, я понял, что мне нужно навестить редакцию, в которой я очень давно не был и проверить как там в действительности обстоят дела. Все эти интриги были несомненно важны, но что толку в том, что я смогу победить Императора, если при этом потеряю всё, что выстраивал всё это время.
В бытность работы кризис-менеджером я сотни раз видел как руководство, сидящее в своих высоких кабинетах, получалось отчёты с красивыми цифрами и даже не понимало что в действительности творится в их фирмах пока не становилось слишком поздно.
И на моём месте было бы крайне глупо попасться в эту же ловушку. Результаты, что давал Юсупов говорили сами за себя, вот только видит Стаса показывал цену подобного результата. А я крайне не хотел, чтобы мои работники возненавидели дело, которым занимаются.
Зайдя в редакцию, я даже не узнал это место. Нет, всё было на месте: те же столы, стулья, даже кофемашина всё та же, но атмосфера… она изменилась до неузнаваемости.
Когда я вошёл, никто даже не повернул головы в мою сторону. Конечно, я был в образе охранника, но даже так это было странно. Сотрудники работали не поднимая головы – словно роботы.
Кабинет Гагарина встретил меня звуком, я даже не успел ничего сказать как услышал:
— Я занят. Запись через секретаря на следующую неделю.
— Мне только спросить, — улыбнулся я.
— Мужчина, я разве непонятно выразился? — недовольно произнёс Гагарин и наконец поднял голову.
Он не сразу узнал меня. А когда узнал… То уткнулся обратно в документы.
Пу-пу-пу. Похоже Стас не зря ко мне пришёл.
— Илья, сегодня мне понадобится твоя помощь, — строго сказал я.
— Прости, Даниил, но у меня важные дела, — попытался возразить он, но я уже был рядом с его столом.
Резким движением я закрыл крышку ноутбука и властно сказал:
— Есть кое-что поважнее.
Управляющий наконец-то отвлёкся от работы и заинтересованно посмотрел на меня.
— Пошли, — кивнул я и вышел из его кабинеты.
Окинув взглядом пространство, где напряжение буквально ощущалось в воздухе, я лишь убедился в том, что поступаю правильно.
— Так, — я громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. — Работа на сегодня закончена. Тут закончена.
На меня посмотрело несколько безэмоциональных глаз, а некоторые даже не отвлеклись от работы.
— Что, опять грузчики уволились и нам за них таскать? — устало выдохнул кто-то и покорно поднялся со своего места.
Да уж. Ситуация куда хуже чем я думал. Ещё чуть-чуть и я мог опоздать.
— Сегодня Невский вестник
— Нет, — сказал я. — Все едут в караоке. За счёт фирмы. Это приказ.
Все переглянулись и некоторые стали молча возвращаться на свои места.
Нет, ситуация не плохая. Она очень плохая. Люди настолько запуганы, что боятся уйти с работы даже когда им прямо говорят.
Не долго думая, я подошёл к стене и опустил красный флажок пожарной сигнализации. Помещение наполнилось звуком сирены.
— Все на выход, немедленно! — рявкнул я. — Илья Андреевич проследит за тем, чтобы каждый как следует отдохнул и расслабился. Список тех, кто будет филонить, завтра утром окажется на столе у Павла Алексеевича.
Последняя фраза оказала магическое воздействие. Офис пришёл в движение, сотрудники хватали вещи и бежали к выходу.
— Спасибо, — бросил мне Стас, пробегая мимо. — Обещаю посвятить тебе пару песен.
И в разгар этой “эвакуации” в дверях появился Юсупов. Он стоял, заполняя собой дверной проём, и смотрел на бегущих мимо него сотрудников с выражением человека, у которого прямо на глазах разваливается всё, что он собирал по крупицам.
— Куда? — его голос прозвучал громче пожарной сирены.
Все мгновенно замерли, не зная куда деваться. Но я нашёл взглядом Вику и кивком указал ей на запасной выход. Она кивнула и тихо начала выводить людей.
— Павел Алексеевич, а вас я попрошу остаться, — спокойно сказал я разгневанному аристократу, указывая на его кабинет. — Нам нужно многое обсудить.
Кабинет Юсупова в Невском вестнике мало чем напоминал рабочее место временного сотрудника. На стене висела карта распространения газеты с пометками красным карандашом, на подоконнике стояли три пустые чашки из-под кофе, а в углу действительно стояла тахта, застеленная клетчатым пледом. Стас не соврал.
Павел Алексеевич вошёл следом за мной, закрыл дверь и сел за стол. Я остался стоять, потому что единственное свободное кресло было завалено подшивками старых номеров.
— Ну? — сказал он тем тоном, которым привык разговаривать с людьми последние сорок лет. Тоном человека, которому все вокруг что-то должны.
— Павел Алексеевич, сколько человек уволилось за последний месяц? — спросил я.
Юсупов нахмурился, явно не ожидая такого начала:
— Трое. Но это нормальная текучка, на их место уже…
— Семеро, — поправил я. — Трое уже отработали положенные две недели, ещё четверо написали заявление и дорабатывают последние дни. Я говорил со Стасом.
— С этим паникёром? — Юсупов откинулся в кресле. — Даниил, я вывел твою газету с тиража в десять тысяч до сорока за два месяца. Рекламодатели стоят в очереди, “Голос улиц” набирает аудиторию быстрее любого издания в городе. И
