вы от меня хотите? Чтобы я перестал лечить людей? — спросил я.
— Мы хотим, чтобы вы играли по правилам, которые работают для всех, — вступила в разговор женщина, Елена Викторовна. Её голос был ещё холоднее, чем её взгляд.
— Правила, говорите? По-моему, коррупция — это против правил, — невозмутимо произнёс я.
Краснопольский поморщился.
— Как грубо, барон. Кто говорит о коррупции? Речь об оптимизации. Субсидии — это инструмент, которым нужно пользоваться разумно.
— Я пользуюсь им так, как предписывает закон.
— Закон — это одно. Практика — другое. Вы молоды и амбициозны, это понятно. Но империя большая, и в ней много людей с разными интересами. Некоторые из этих людей недовольны вашими методами, — сведя брови, заявил Виктор Павлович.
Я откинулся в кресле и посмотрел на гостей.
— Господа. И дама, конечно же. Давайте начистоту. Вы приехали из Петербуга, чтобы попросить меня воровать государственные деньги, как это делают ваши хозяева?
— Барон, я бы попросил выбирать выражения… — Краснопольский побагровел.
— Я выбираю выражения, которые считаю нужными. Вы пришли в мой дом с предложением, которое мне не интересно. Ответ — нет.
— Вы не понимаете, с кем имеете дело, — ледяным тоном произнесла Елена Викторовна.
— Прекрасно понимаю. С людьми, которых прислали столичные дворяне, недовольные тем, что кто-то работает честно. Передайте вашим хозяевам: я не собираюсь менять свои методы. Ни сейчас, ни в будущем. А теперь, будьте добры, покиньте мой дом, — я взглядом указал на дверь.
Виктор Павлович встал, а следом за ним поднялись все остальные.
— Что ж, барон. Мы донесём вашу позицию. Но предупреждаю — вы совершаете ошибку. Столица — это не Новосибирск. Там другие возможности и другие методы решения проблем.
— Угрожаете?
— Информирую. Всего доброго, — он напоследок кивнул и вышел, уводя за собой коллег.
Я проводил их взглядом и тяжело вздохнул.
Начинается…
И последствия не заставили себя ждать.
Уже на следующий день я открыл новостную ленту соцсетей и обнаружил несколько грязных постов о роде Серебровых.
«Провинциальный выскочка: как барон Серебров уничтожил два древних рода».
«Кровавый целитель: тёмная сторона новосибирской войны».
«Субсидии или махинации? Вопросы к клинике Серебровых».
Статьи написали грамотно — без прямой клеветы, но с множеством намёков и «вопросов». Авторы ссылались на «анонимные источники» и «обеспокоенных граждан».
Классическая информационная атака.
Я тут же набрал номер Василия, и через минуту он пришёл ко мне в кабинет.
— Да, Юрий Дмитриевич?
— Видел эту дрянь? — я показал на экран.
— Обижаете. С утра мониторю, просто думал, вы ещё спите или другим заняты… Короче, статьи появились почти одновременно на восьми площадках. Явно скоординированная акция, — ответил Вася.
— Можешь отследить источник?
— Попробую. Но, скорее всего, концы спрятаны хорошо.
— Работай. И готовь ответные материалы. Факты, цифры, свидетельства пациентов. Всё, что может опровергнуть эту ложь, — я кивнул на экран.
— Уже работаем, господин. На «Вестнике» опубликовали материал, в наших соцсетях тоже. Общаемся с другими СМИ, держим руку на пульсе!
Василий шутливо отдал честь и вышел, едва не столкнувшись в дверях с Дмитрием.
Тот выглядел обеспокоенным. Заперев дверь, он сел рядом со мной и, нахмурившись, сообщил:
— Юра, у нас проблема. Компания «Знахарь» разорвала контракт на поставку ингредиентов для эликсиров.
— Да неужели. Почему? — спросил я.
— Официальных причин не назвали. Какая-то глупая отписка. Неофициально… сам понимаешь, — развёл руками Дмитрий. Он, конечно, был в курсе моего вчерашнего разговора с петербуржцами.
Я покачал головой. «Травник» поставлял нам редкие травы, необходимые для «Лунной росы» и «Щита». Другого поставщика мы найдём или даже начнём выращивать нужные компоненты, но сам факт такого удара о многом говорил.
Мы с Дмитрием обсудили, что делать дальше в связи с начавшимся давлением. Подготовили несколько сценариев на случай форс-мажоров, согласовали с Некрасовым. После чего Дмитрий ушёл, а я набрал номер Воронцова.
— Добрый день, полковник. Хотел бы обсудить кое-что.
— Полагаю, вашу встречу с гостями из столицы? — спокойно спросил Юрий Михайлович.
— Вы, как всегда, уже в курсе. И что скажете?
— Ничего.
— Совсем ничего? — слегка напрягся я.
— А чего вы хотели, барон? — в голосе Воронцова не звучало особого сочувствия. — Вы вступили в большую игру. У вас появились новые враги.
— Да неужели? Я и не заметил, — я не удержался от сарказма
— Зато вас заметили. Ваш успех раздражает определённые круги. Если вы звоните за поддержкой…
— За консультацией. Хочу понять, насколько опасны мои новые враги, — перебил я.
— Ясно. Скажу так — я пока не вижу смысла вмешиваться. Но мы следим за ситуацией. Уверен, на текущем этапе вы справитесь своими силами.
— Это именно то, что я хотел услышать. До свидания, полковник, — ответил я и прервал звонок.
Что ж, ничего удивительного. Я расту, и появляются новые противники. Богаче, влиятельнее, хитрее. Следовало ожидать, что рано или поздно кто-то попытается прервать наш рост.
Отступать в любом случае некуда. Род Серебровых будет двигаться только вперёд!
Я встал и подошёл к затянутому инеем стеклу. Где-то в Петербурге столичные дворяне сейчас, должно быть, думают, что провинциальный барон испугается и тут же согласится на их условия.
Они не знали, с кем связались.
Пока не знали.
Российская империя, Санкт-Петербург, Зимний дворец
Император Пётр Алексеевич отставил чашку с остывшим чаем и взял со стола очередную папку.
Прошение о присвоении графского титула. Барон Юрий Дмитриевич Серебров, Новосибирск.
Серебровы… Древний целительский род, который почти угас. А теперь вот возрождается из пепла.
Пётр Алексеевич раскрыл папку и начал читать.
Справка от Совета родов. Положительная рекомендация от князя Пушкарёва. Предварительное одобрение императорской канцелярии — все формальные требования соблюдены.
К прошению прилагалась аналитическая записка от СБИ, под которой стояла личная печать Воронцова. Император хорошо знал, что полковник зря бумагу марать не станет. Да и слышал уже от него про Сереброва.
Он читал и с каждой страницей удивлялся всё больше.
Оказывается, после победы в войне Серебров стал главой рода и уже успел обзавестись целыми тремя вассалами. Перезапустил трофейный алхимический завод, один из крупнейших в Сибири. Открыл клинику для простолюдинов с программой льготного лечения… И это ещё не всё.
Пётр Алексеевич откинулся в кресле и потёр переносицу.
Надо же, как резво поднялся род. Ещё недавно — захудалые бароны на грани разорения. А теперь — реальная сила,
