тихие срывающиеся поскуливания несчастной Лумины и хрипы других жертв безумного графа, перемежались с набатом в моем сознании. Громкая одурманивающая мысль «спасти подругу любой ценой», выбивала в душе барабанный ритм.
Дракон не обращал внимания на мой невнятный хрип. Сиплые просьбы срывались жалкими обрывками и попросту проходили сквозь пространство, разлетаясь мелкими осколками.
За спешащим упрятать свою жертву в металлические оковы графом, мне было тяжело поспевать. Переставляла непослушные от долгого неповиновения ноги, и с болью в душе следила за каждым рваным движением, от которого страдала Лумина.
— Прошу вас. Прекратите. Ей больно! — цеплялась за любой выступ когтистой рукой и едва уловимо слышала, как трескаются когти.
— Молчаливая ты мне нравилась больше. — все же повернулся в мою сторону мужчина совершенно не обращая внимания на то как отразилась его резкая смена положения на несчастной девушке.
Замерла на одном месте, и впилась взглядом в истерзанное тело подруги.
— Пожалуйста… — мой голос совсем затих, а на лице графа отразилась гримаса брезгливости.
Одной рукой удерживая свою жертву, дракон сделал короткий пас в мою сторону. С вытянутой ладони сорвалась серая струйка дыма и медленно, неминуемо потянулась в мою сторону.
Запоздалое чувство тревоги ужалило душу, но сбежать от магической завесы мне было уже не суждено. Ноги вновь отказались повиноваться. Тело одеревенело. Голова опустилась на груд, как у сломанной куклы.
Я не имела возможности пошевелиться. Но на этой безрадостной ноте не завершилось извращенное подчинение мага.
— Я совсем забыл тебе сказать, что у меня есть еще один сюрприз… — вдалеке громыхнул металл и послышался сдавленный стон Лумины.
Спустя время мужчина оказался подле меня и его предвкушенный вид совершенно не вдохновлял на положительные мысли.
— Смотри что я нашел. — моя голова тут же оказалась в цепком захвате. Глазам предстала протянутая рука графа, на которой лежал ветхий свиток с черной как ночь печатью. — Не догадываешься что это такое? — решил сыграть в угадайку мужчина.
Вяло промямлила отрицательный ответ и поразилась насколько сильно влияет даже маленькая частичка его магия на безучастное тело. Еще несколько минут назад мне не удалось даже сформировать мысли, а сейчас под руководством чужой силы я могла невнятно бормотать.
— Неужели наш дорогой барон до сих пор не поведал тебе такие тонкости магии, как подчинение души и тела? — усмехнулся мужчина, пробирая душу до дрожи пугающим страхом.
Прежде среди наших коротких разговоров с некромантом были, конечно, такие темы. Но Эрон всегда с точностью заверял меня, что подчинить душу не прошедшую грань могут разве что боги. Тело полностью было под моей властью и только в исключительных случаях, оборотень брал на себя такую задачу, как управление куклой. И к тому же оборотень неоднократно убеждал меня, что кроме него, ну и возможно Ирвунда, никто не сможет подчинить мое тело.
Теперь же я уже не была так уверенна в словах друга, ведь граф неоднократно смог заставить плясать меня под свою дудку. С того времени как меня окутала магия дракона, каждый приказ тело выполняло беспрекословно.
Естественно были мысли, что Эрон меня обманул, но доверять всплеску эмоций, не поддержанных фактами, я не решалась. Да и сила, клубившаяся в теле ректора, наверняка могла смести все поставленные некромантом заклятия. Такой вариант ответа на молчаливые вопросы мне нравился куда больше.
— Ладно, не буду томить твою любопытную душонку неизвестностью. — соизволил подать голос мужчина.
Щелчком пальца, дракон заставил тело действовать по его плану. Корявые движения и не менее корявые мысли были, скорее всего, последствием магического воздействия. Рваными шагами тело вернулось в исходную точку, прежде мне уготованную предусмотрительным магом и замерло под внимательным взглядом мужчины.
— Знаешь, эти знания слишком ценны, чтобы растрачивать их на пустые дела. — перед моим носом потрясли загадочным свитком. — Мне не один десяток лет пришлось потратить, чтобы найти все древние заклятия и способы их применения. Не всякая магия способна подчинить себе такую мощь. — на миг граф отвлекся и его взгляд направился на повисшее на цепях тело Лумины.
Девушка не поднимая головы, тихо всхлипывала, а истерзанное ранами и синяками тело мелко подрагивало. Смотрела на жуткую картину чужой боли и бессилия и ничего не могла сделать. Не могла освободиться от магических пут графа. Не могла помочь подруге. Даже просто словами не могла поддержать несчастную жертву дракона. Тело не принадлежало измученной чужим влиянием душе. А сама душа затухала под напором грязных действий и мыслей окружающих существ.
— Смотри. — отвлек меня от созерцания мужчина. — Сейчас мы с тобой проверим теорию на практике. Ну а если что-то пойдет не так, я уверен, ты найдешь выход за грань. — предположительная гибель могла бы меня порадовать. Ведь стоит мне покинуть этот мерзкий мир вместе с его сумасшедшими обывателями, и все окружающее меня доселе станет не важным. Но та часть меня, что всегда сострадала и готова была помочь в любой ситуации, сейчас воспротивилась, напоминая, что плохо не мне одной.
Плохо моей подруге, ее отцу, которого я с момента нашего появления в катакомбах графа до сих пор не видела. Плохо другим не известным мне магам. И если у меня есть хоть крошечный шанс помочь, я обязана им воспользоваться и помешать дракону совершить очередное убийство.
Мои чаяния оборвались в тот же миг, когда граф раскрыл свиток и начал плести магическую сеть, вкладывая в нее свою силу, и данные что нес в себе старый пергамент.
Громкие неизвестные мне словосочетания, на моих глазах приобретали силу и власть. Магия вплеталась в тонкую сетку заклятия, повисшего в воздухе слегка мерцающим, но отчетливым полотном.
— Душа взамен на силу жизни. Один огонь, одна бесконечная служба. — завершил вполне понятными словами свое волшебство мужчина.
Секунды потянулись медленно, будто издеваясь над перепуганным огоньком. Маг следил за каждым дуновением ветерка, что лёгкими порывами стал кружить вокруг моей неподвижной фигуры.
Острая как бритва, магическая струя впилась в душу, проникла в каждый уголок и захватила господство над мыслями, движениями, чувствами. Разъедающая боль коснулась своими грязными лапами самого светлого и никем не тронутого огонька свободы. Грязь и хаос поселились внутри моей души, растаптывая любые качества и желания. Хрупкие попытки противостоять захватывающей в плен магии, оборвались как жизнь маленького насекомого.
Омерзительная тьма разинула передо мной свою гниющую пасть и с нетерпением заворочалась, подначивая сдаться.
— Не борись. Будет хуже… — шелест крыльев и мягкий бархатистый голос проникли в остатки разума. — Подчинись… — обманчивое ощущение доверия колыхнулось на поверхности оголенных чувств, которыми лакомилась властвующая магия.
Сдалась!
Сил бороться не было. Полностью иссушенная ужасами и постоянной борьбой с магией, душа
