из репертуара Виктора Цоя: требовал перемен.
На пятом этаже я не задержался, потопал наверх. Но уже на лестнице остановился: увидел стоявшего у двери моей комнаты худощавого парня. Со спины я его не узнал. Поэтому присмотрелся к висевшей в воздухе над его головой надписи. «Андрей Вадимович Студеникин, 22 года». Студеникин словно почувствовал мой взгляд: обернулся.
Но я не посмотрел ему в лицо. Потому что из-под уже привычной для меня надписи с его именем внезапно выскользнула ещё одна строка текста, которую я раньше над другими людьми не замечал (хотя подобную надпись я уже видел в своём интерфейсе). Она мне сообщила статус Андрея Студеникина: «студент».
— Сержант, а я как раз тебя ищу! — сообщил Студеникин.
Он улыбнулся, шагнул мне навстречу. Я сместил взгляд на лицо Андрея — строка с надписью «Статус: студент» исчезла. Над головой у Студеникина остался лишь уже знакомый мне текст. Я хмыкнул, снова приподнял глаза, уставился на золотистые буквы. Вторая строка выскользнула из-под первой, когда сердце у меня в груди отсчитало три секунды.
Я подошёл к Студеникину.
Андрей указал на мою руку и спросил:
— С кем это ты уже помахался?
Я посмотрел на свой кулак, где снова выступили капли крови.
Ответил:
— Так… поспорил тут с одним человечком. Выясняли, кто круче: боксёр или каратист.
— Со Щёткой, что ли подрался? — уточнил Студеникин. — Щётка борзый. Ряха и Харя в позапрошлом году нехило его отпинали. Вдвоём.
Он убрал со своего лица улыбку и поинтересовался:
— Помощь нужна?
Я махнул рукой.
Слизнул скользнувшие по коже капли крови.
— Нормально всё, — ответил я. — Размялись немного. Все живы. У тебя-то что случилось?
Я посмотрел Андрею в глаза.
Студеникин дёрнул плечом.
— Ничего не случилось, — сказал он. — Вот…
Андрей показал мне картонную карточку (размером с пачку сигарет) — новенький пропуск в общежитие. Я увидел на пропуске чёрно-белую фотографию. Лицо на фото показалось мне знакомым.
— Кореец пропуск в общагу потерял, — сообщил Студеникин. — Парни нашли его и принесли мне. Знают, что я с Корейцем работаю.
Андрей кивнул на дверь моего соседа.
— Кореец сейчас работает, — сказал он. — Вернётся утром. А я утром буду… не в форме. Спать буду. Наверное. Так что…
Студеникин дёрнул плечом и протянул пропуск мне.
— Передашь? — спросил он.
— Конечно.
Я взял в руки пропуск и взглянул на фото Сергея Верещагина (Корейца). Пробежался взглядом по надписям на пропуске. Узнал, что Верещагин сейчас числился студентом группы ГТ-1–93: третьекурсником.
— Кореец учится на третьем курсе? — спросил я.
— Восстановился, — сказал Андрей. — В этом году.
— Я думал, что он уже на пятом. А то и вообще: в аспирантуре.
Студеникин усмехнулся.
— Серёга уже второй раз на третьем курсе, — сказал Андрей. — Не доучится и теперь. Стопудово. Он поступил сюда ещё при Союзе. После армейки, как и ты. В следующем полугодии опять академку возьмёт. У него это будет третья академка, насколько я знаю. Мы его называем «вечный студент».
Студеникин покачал головой и заявил:
— Готов поспорить, что ты, Сержант, окончишь универ раньше, чем он. Если Кореец вообще тут доучится. Ему от универа нужна только общага и прописка. В основном, конечно, прописка: ради неё он сейчас и восстановился. Поставит ещё на два года штамп в паспорте и снова на учёбу забьёт.
— Забьёт? — сказал я. — Ему два года до диплома бакалавра осталось.
Андрей махнул рукой.
— На кой чёрт ему этот диплом? — сказал Студеникин. — Чтобы поехать домой и забуриться в шахту? Сомневаюсь, что он свалит из Москвы. Он сам мне говорил, что именно в Москве все деньги страны сейчас крутятся. Знаешь, сколько бабла он тут поднимает? Нам с тобой столько и не снилось.
— Зачем тогда он живёт в общаге?
— Понятно, зачем: экономит. Баксы копит. Соберёт приличную сумму и запустит в Москве бизнес. Думаю, что до этого недолго осталось. Станет наш Кореец «новым русским». Нового мерина себе купит. И офис в центре Москвы откроет. Может, и нас к себе на работу возьмёт. По старой памяти, так сказать.
Андрей вздохнул и заявил:
— Бери с него пример, Сержант. Кореец не пьёт, не курит, деньги не спускает. Да ещё и вкалывает, как проклятый. Я слышал: у него нехилые связи среди братков есть. Думаю, потому для нас и есть работа на товарке. Сами бы мы её не получили. Кореец, наверняка, отстёгивает от своей доли кому следует.
Голоса на пятом этаже стали громче: на перекур к лестнице вышла новая группа студентов. Туда же переместился и бард. Потому что гитара бренчала теперь уже в коридоре.
— Дождь стучал по крышам, — запел бард, — словно мне назло…
Студеникин взглянул за перила и улыбнулся.
Я вынул из кармана ключ от комнаты.
Андрей поднял на меня глаза и спросил:
— Что будешь делать, Сержант? Ты сейчас со своими гуляешь?
Он выдержал секундную паузу и уточнил:
— С первокурсниками?
Я покачал головой.
— Нет. У меня сегодня отсыпной. Был.
— Тогда идём к нам! — сказал Студеникин. — С нами весело. Почти всех наших парней ты знаешь: мы вместе работаем. С остальными я тебя познакомлю. Или у тебя спортивный режим? К бою с Тайсоном готовишься?
Я усмехнулся и произнёс:
— Нет, но…
Я замолчал.
Потому что у меня перед глазами появилась золотистая надпись:
Доступно задание «Победить на ринге Майка Тайсона»
Срок выполнения: 365 дней
Награда: 5 очков опыта
Принять задание?
Да/Нет
Я вскинул брови и сказал:
— Серьёзно?
— Конечно, серьёзно, — сказал Студеникин. — Я тебя со своей девчонкой познакомлю. Пойдёшь?
Я заметил, как нижняя строка мне издевательски подмигнула.
Снова прочёл:
Да/Нет
— Вы издеваетесь? — сказал я. — Это уже не смешно. Нет, конечно!
Студеникин удивлённо вскинул брови.
Игра сообщила:
Задание отклонено
Тут же добавила:
Вы потеряли 5 очков опыта
— Это ещё почему⁈ — возмутился я.
Андрей пожал плечами, приоткрыл рот…
…Но я не услышал его слова.
Выронил пропуск и ключ от комнаты.
Схватился за голову и во весь голос проорал ругательство.
Потому что появилась БОЛЬ.
Глава 3
— … Говорила: подействует!
Я закашлял: едва не задохнулся от запаха аммиака. Моргнул — убрал с глаз мутную пелену из слёз. Увидел над собой лица студентов. Узнал
