волосы блеснули в свете магических ламп.
— Я сменю класс на Теневой клинок, — тут же согласилась Селина, поправляя серебристую прядь. — Таким образом всё моё нынешнее снаряжение останется пригодным, и мы сможем бить из теней.
Я только открыл рот, чтобы остудить их пыл и посоветовать не рубить сплеча — поспешная смена классов могла вылезти нам боком, как тяжёлые парадные двери особняка с грохотом распахнулись. На крыльцо выбежала Марона в сопровождении Белинды.
Баронесса О’Мэлли выглядела взволнованной. Она тяжело дышала, инстинктивно прикрывая рукой свой сильно округлившийся живот.
— Насколько всё плохо? — спросила она, и в её обычно властном голосе промелькнули нотки паники.
На душе скребли кошки, я ненавидел быть вестником катастроф, особенно зная, каким тяжёлым ударом это станет для неё. Коротко и по существу выложил весь расклад, подытожив недавние события и слово в слово повторив предупреждение, сказанное Мэриголд.
— Прости меня, Марона, но выбора у нас нет, — тяжело выдохнул я, закончив свой невесёлый доклад. — Тебе придётся покинуть Терану прямо сейчас и не возвращаться, пока мы не покончим с этой угрозой.
Она побледнела так резко, словно из неё разом выкачали всю кровь. Ноги баронессы подкосились, она начала оседать, и я едва успел рвануться вперёд, чтобы подхватить её. Марона вцепилась в мои плечи мёртвой хваткой, её пальцы дрожали.
— Ты хоть понимаешь, о чём просишь, Артём? — прошептала она одними губами. От её волос пахло дорогими духами.
Я всё прекрасно понимал. Она отдала всю свою жизнь, всю без остатка, служению своему народу. Терана стала для неё всем: домом, долгом, детищем. Оставить город для неё приравнивалось к предательству перед самой собой, и стало почти таким же разрушительным ударом, как смерть её мужа Орина.
— Малин Медобрук уже доказал, на что способен. Он пытался стереть с лица земли дом, полный невинных женщин и детей, — мрачно произнёс я, глядя прямо в её испуганные глаза. — Этот ублюдок невероятно мстителен и не знает никаких границ, а ты приютила Мэриголд, дала ей убежище, позволила спрятаться у себя под крылом. Даже если ты понятия не имела, кто она такая на самом деле, для Малина этого достаточно. Но главное — ты моя женщина, и он с радостью пустит тебе кровь, просто чтобы сделать больно мне. Я не могу рисковать ни тобой, ни нашим ребенком.
Марона выглядела совершенно разбитой. От её всегдашнего холодного аристократического самообладания не осталось и следа. Она прижималась к моей груди, пряча лицо.
— Как… как мы вообще до этого дошли⁈ — глухо пробормотала она.
Стоявшая неподалеку Гарена неловко переминалась с ноги на ногу. Поняв, что момент слишком личный, она резко, суховато откашлялась и захлопала в ладоши, привлекая внимание.
— Так, девочки, не стоим на месте! — скомандовала старшая горничная, оперативно загоняя Белинду и остальных помощниц внутрь особняка. — Начинаем экстренную эвакуацию. Живо!
Слуги разбежались выполнять приказы, а я продолжал обнимать свою баронессу. Мне оставалось лишь крепче прижимать её к себе, чувствуя биение её сердца, и молча утешать женщину, которая вынуждена бросить дом, ради восстановления которого она стольким пожертвовала.
Я всем нутром чувствовал её отчаяние. Жизнь снова дала трещину.
Но Марона не была бы О’Мэлли, если бы так легко сдалась, на удивление быстро она взяла себя в руки. Мышцы её спины напряглись, она отстранилась, выпрямилась, и на её лицо, словно по щелчку, вернулась привычная маска властной аристократки, только в глубине глаз всё ещё пряталась затаённая боль.
— Что есть, то есть, — твёрдо и холодно отчеканила баронесса, расправляя плечи. — Как говорил Орин, мы принимаем удар и продолжаем бороться. Нас так просто не сломить.
— Мне жаль, что всё так вышло, — тихо сказал я, нежно проводя костяшками пальцев по её прохладной щеке.
Марона тяжело вздохнула и отрицательно качнула головой.
— Прекрати, Артём. Ты в этой ситуации такая же жертва, как я и твоя семья. Нам всем сейчас несладко, — она едва заметно поморщилась, погладила живот и развернулась к массивным дверям поместья. — В моём нынешнем положении я мало чем могу помочь с упаковкой вещей, но ещё в силах взять Дарина и собрать других детей у портала. Я прослежу, чтобы они были готовы перешагнуть на ту сторону по первой же команде.
— Дождись меня там, увидимся на той стороне, — кивнул я, шагая следом за ней в особняк, чтобы помочь остальным собрать самое необходимое для эвакуации, пока не начался кромешный ад.
Глядя в спину Мароне, я почувствовал, как внутри всё туже скручивается ледяной узел вины. Я принес хаос в её идеально выверенную, упорядоченную жизнь, разрушил то хрупкое равновесие, которое она с таким трудом выстраивала годами. Её удивительная несгибаемая стойкость вызывала у меня горькое, но искреннее восхищение, эта женщина была явно сделана из стали.
— Мы выживем, — пообещал я сам себе, стиснув зубы и сжав кулаки так, что побелели костяшки. — Выживем, чего бы это ни стоило!
Глава 3
Очередная лихорадочная гонка со временем подходила к концу. Воздух гудел и пах озоном, Кору наконец-то закончила открывать портал в секретный штурмовой лагерь. Нам удалось упаковать большую часть ценностей и самых необходимых вещей Мароны. Гарена пообещала собрать всё оставшееся, прихватив ресурсы баронессы из Новой Тераны, чтобы затем переправить их через второй портал, если, конечно, этот ублюдок Малин не натравит своего карманного Заклинателя на Поместье Горной Тени раньше.
Старшая горничная наотрез отказалась уходить с нами. Она решила остаться, чтобы лично контролировать дела госпожи в её отсутствие, упрямо игнорируя все настойчивые уговоры Мароны.
— Если этот мерзкий зверь захочет убить старую служанку, которая не имеет к делу никакого отношения, он это и так сделает, — отрезала Гарена бескомпромиссным тоном, поправляя строгий воротничок платья. — А я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы сохранить поместье.
Поняв, что женщину не переубедить, Марона крепко обняла её на прощание, а затем лично проводила до лошади, отправляя в ночную поездку до Новой Тераны. Гарену сопровождал небольшой отряд преданных слуг, готовых защищать её в пути.
Я стоял у самого края мерцающей воронки портала, напряжённый, как натянутая тетива. Глаза безостановочно сканировали ночное небо и горизонт, пока моя семья, сотрудники и домочадцы Мароны торопливо скрывались в переходе. Я выискивал малейшие признаки того, что где-то там, в темноте, Заклинатель снова концентрирует ману, готовясь обрушить на нас ещё один Метеорит.
